reveal@mirvboge.ru

Государственная политика по интеграции мусульман в немецкое общество потерпела фиаско

В категориях: Трудные места

Владислав Мальцев

«Я бы не хотел, чтобы страна, в которой будут жить мои внуки или правнуки, была бы по большей части мусульманской, где на улицах говорили бы по-турецки и по-арабски, где женщины ходили бы в платках, а ритм жизни задавал призыв муэдзина с минарета». Это слова из вышедшей в Германии 30 августа книги «Германия – самоликвидация. Или как мы ставим нашу страну на карту» (Deutschland schafft sich ab. Wie wir unser Land aufs Spiel setzen). Ее автор – 65-летний Тило Сарацин, представитель истеблишмента: успешный финансист, работавший в 2000-е годы министром берлинского Сената и на руководящих должностях в Немецком федеральном банке, член совета директоров Бундесбанка. Впрочем, все свои высокие должности Сарацин потерял после серии громких заявлений о провале политики интеграции иммигрантов-мусульман. Опросы общественного мнения в сентябре с.г. показали, что 56% немцев разделяют его идеи и 18% готовы проголосовать за новую партию, которую бы он возглавил. Представители правящей коалиции спустя полтора месяца после выхода книги фактически повторяют Сарацина, признав провал построения мультикультурного общества.

За последние полвека этнорелигиозный облик Германии претерпел разительные изменения. Когда в 1960-е годы в страну прибывали гастарбайтеры из Турции, вряд ли кто-то ожидал, что в отличие от других приезжих рабочих турки не вернутся на свою родину, а обоснуются в Германии. Сейчас в этой стране проживает около 3 млн. турок (эту цифру публично назвал в начале 2008 года турецкий премьер-министр Тайип Эрдоган), а Берлин уже давно негласно называют «вторым по величине турецким городом после Стамбула». В кварталах, где живут турки, вывески дублируются на их родном языке, а уличная атмосфера напоминает восточный город. Если добавить сюда еще и курдов, боснийцев, албанцев, выходцев из Азии и Северной Африки, то получим 4,3 млн. мусульман («сарацин», как назвали бы их в Средние века). К концу 2009 года уже построено 240 полноценных мечетей и более 2500 молелен. К тому времени претерпела изменения и архитектура мечетей. Как писала в 2006 году газета «Русская Германия»: «Мечети, до недавних пор застенчиво таившиеся за фасадами жилых домов, во внутренних дворах, теперь претендуют на заметное и почетное место в городском пейзаже. В немецких городах вырастают внушительные здания в гордом османском стиле, с куполами и минаретами». В 2006 году планы строительства новой мечети в берлинском районе Хайнерсдорф вызвали волну протестов, горожане вышли на улицы. В 2007 году это повторилось в берлинском районе Панков, в 2008 году – в Кельне.

"Сарацинский вопрос"

Государственная политика по интеграции мусульман в немецкое общество потерпела фиаско

В сентябре с.г. федеральный канцлер Германии Ангела Меркель в интервью Frankfurter Allgemeine Zeitung призвала немцев смириться с тем, что их города будут менять свой облик из-за переселившихся в страну иммигрантов. «Например, мечети все чаще будут становиться частью наших городских пейзажей», – заявила она.

Но проблема не только в наличии миллионных общин мусульман, но и в их нежелании интегрироваться в немецкое общество, принять ценности страны, в которой они живут. Хотя у других иммигрантов таких проблем не возникает. Тило Сарацин пишет: «Возьмем вьетнамцев: родители не говорят по-немецки, торгуют сигаретами или держат киоск. Зато их дети имеют уже лучшие оценки в школе и более высокий процент поступающих в вузы, чем их немецкие сверстники… То же самое можно сказать о китайцах и индийцах... Если же говорить о турках и арабах, то они отличаются от только что упомянутых групп, как небо и земля. Даже в третьем поколении многие из них толком не говорят по-немецки, очень многие не оканчивают школу, а уж процент студентов среди них совершенно мизерный».

Мнение Сарацина подтверждают и социологические данные. Так, проведенный в апреле с.г. по заказу федерального министерства образования опрос показал, что каждый четвертый живущий в Германии турок практически не знает немецкого языка или не использует его в быту, каждый второй почти не общается с немцами, среди которых живет. Многие из них вообще не ходят в школу, а процент людей с высшим образованием среди турок самый низкий в стране. В итоге в конце марта с.г. Ангела Меркель была вынуждена принять предложение Эрдогана об открытии в Германии турецких школ! Что это, как не признание провала интеграции детей турецких иммигрантов?

С другой стороны, когда дети из турецких семей посещают школу, немецкие родители вынуждены забирать из этих учебных заведений своих детей из-за повышенного уровня насилия. В конце сентября с.г. Tagesspiegel привела слова учителей из берлинского района Кройцберг о том, что немецкие школьники уже превратились там в «отторгнутое, подвергающееся провокациям и дискриминации меньшинство». Учителя даже опубликовали в издании своего профсоюза Berliner Lehrerzeitung статью под красноречивым названием «Враждебность к немцам в школах». Вслед за Tagesspiegel о подобных случаях сообщили газета Bild и телеканал Das Erste. Bild дала интервью с 15-летним Домицианом, учеником школы в берлинском районе Шарлоттенбург. По его словам, «из 29 учеников в классе, кроме меня, только один немец, все остальные – арабы и турки», которые с первых дней учебы начали подвергать мальчика оскорблениям из-за его светлых волос и чистого немецкого языка. Аналогичная ситуация, по данным телеканала Das Erste, сложилась в школах Эссена (Северный Рейн-Вестфалия). Дети иммигрантов составляют там около 70% и над немецкими детьми в классах «насмехаются, часто даже бьют». «В классе с ними никто не разговаривает, они держатся забито, постоянно начеку и редко высказывают свое мнение, короче говоря, они не интегрированы в классе. Думаете, речь идет о детях иммигрантов в немецкой школе? Нет, это немецкие дети в обычной средней школе – 5-9 классы», – сообщается в репортаже телеканала. 11 октября федеральный министр по делам семьи Кристина Шредер подтвердила это в эфире телевидения, отметив, что очень часто в школах и в общественном транспорте «немецких детей унижают за то, что они немцы», и что это является формой этнической дискриминации.

Отдельная проблема – упомянутая выше высокая рождаемость у турок на фоне низкой (меньше даже необходимой для возмещения поколений) у немцев. «Турки покоряют Германию так же, как албанцы покорили Косово: с помощью высокой рождаемости», – говорит Тило Сарацин. Последние месяцы об этом упоминают и другие публичные фигуры. Удо Райтер, исполнительный директор телерадиокомпании «Средненемецкое вещание», близкой к партии Христианско-социальный союз (ХСС), написал в октябре в свой Twitter юмористическое сообщение о том, что якобы ждет Германию через 20 лет: «Федеральный президент Мухаммед Мустафа призвал мусульман уважать права немецкого меньшинства».

На прошлой неделе из уст представителей власти Германии зазвучали уже совсем откровенные высказывания, едва ли не повторяющие Сарацина. 10 октября Хорст Зеехофер, премьер-министр Баварии и лидер ХСС, партнера Христианско-демократического союза (ХДС) Ангелы Меркель по правящей коалиции, в интервью журналу Focus заявил, что «Германии не нужны иммигранты из других культурных кругов, таких как Турция и арабские страны, потому что они только добавляют проблем». 15 октября Зеехофер, выступая на създе ХСС, заявил под аплодисменты делегатов: «Мы выступаем за возврат к немецкой культуре и против мультикультурализма». А 16 октября и бундесканцлерин Меркель признала на съезде молодежного отделения ХДС: «Мы исходили из идеи мультикультурализма и думали, что будем жить рядом и ценить друг друга, но такой подход совершенно провалился». По ее словам, отныне иммигранты должны будут принять немецкую культуру и ценности.

http://religion.ng.ru/people/2010-10-20/4_saracin.html

www.mirvboge.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: