reveal@mirvboge.ru

Председатель Российского союза евангельских христиан-баптистов ЮРИЙ СИПКО о предстоящем съезде Российского союза евангельских христиан-баптистов и перевыборах его председателя

В категориях: Общество, Церковь и власть

10 марта 2010

"Портал-Credo.Ru": Юрий Кириллович, приближается съезд Вашего братства. Это очень серьезное событие в жизни Союза баптистов. Было решение Совета Союза о том, чтобы поддержать одну-единственную кандидатуру на пост будущего председателя. Не кажется ли Вам, что такое решение недемократично и навязывает съезду уже готовое решение?

Юрий Сипко: Съезд наш действительно приближается, событие для братства нашего радостное. Серьёзное, безусловно. Мы все граждане своего отечества. И даже духовное радостное всесоюзное собрание будет очень серьёзным. Но и радостным. Ведь собираются братья и сёстры со всех концов страны.

Отвечая на Ваш вопрос по выдвижению одной кандидатуры от лица Совета Союза, я скажу, что Совет – а это совет старших пресвитеров, около 60 человек – четыре года назад по прошествии 32-го съезда создал комиссию по поиску и подготовке кандидатов в председатели для рекомендации съезду. В течение этого времени эта комиссия работала, исследуя мнения церквей, служителей на местах, и проводя серьезный анализ тех потенциальных кандидатов, которые могли бы возглавить служение Союза. Было несколько кандидатов в этой комиссии испытано, были проведены собеседования в Совете Союза. И фактически результатом этой работы стала одна кандидатура – Смирнов Алексей Васильевич, руководитель пасторского отдела. Это был серьезный процесс, в котором было и голосование, и личные собеседования. В Совете Союза обсуждали вопрос выдвижения нескольких кандидатур на пост Председателя для голосования на съезде. И, как это ни покажется странным, но Совет Союза проголосовал за то, чтобы съезду предложить одну кандидатуру.

Это, конечно, можно расценить как давление, поскольку самый авторитетный орган, Совет Союза, глубоко исследовав вопрос, уже предлагает кандидатуру взвешенную, кандидатуру испытанную. Так или иначе, а председатель будет один. Делегаты Съезда вправе, поскольку это высший орган управления в братстве, предложить другую кандидатуру, вправе предложить несколько других кандидатур. Здесь полномочия съезда никаким образом не ограничиваются. Но регламент таков, что Совету Союза вменяется в обязанность подготовить кандидатуру на пост председателя и на пост первого заместителя.

– А кто, кстати, предлагается на пост первого заместителя председателя Союза?

– Пока этот вопрос еще открыт.

– Не кажется ли Вам, что было бы лучше отойти от чисто человеческого выбора и довериться Богу. В этом смысле показательно избрание Патриарха Тихона в 1917 году, когда были избраны три кандидатуры и тянулся жребий, то есть окончательный выбор оставлялся на волю Провидения.

– Да, в истории и библейской есть примеры, когда через жребий определялась Божья воля, и в нашем братстве сегодня такой опыт имеет место. На служение пасторское, на другие позиции. В церквах совершается выбор через жребий. Это не исключительная форма поиска ответа на вопрос.

Можно предположить, что съезд изберёт и такой формат определения воли Божьей. Но даже троих кандидатов нужно найти. Необходима предварительная поисковая работа.
Подбор кандидатов на духовное служение требует особого такта. В процессе поиска и выдвижения, и собственно голосования, мы всегда должны учитывать волю Божью. Именно Божья воля для нас в каждом эпизоде служения является главной. Союз живёт многие десятилетия, и всё время вырабатывались принципы его служения. Они зафиксированы в Уставе.

– Кстати, об уставе. Есть у вас в уставе норма, которая явно появилась на волне демократических изменений в 90-х годах, когда было ограничено время пребывания во главе братства одного человека двумя сроками. Не считаете ли Вы, что это несколько искусственная норма и что сегодня она, может быть, устарела и стоило бы от нее отказаться?

– Да, у нас есть такая дискуссия. Эта норма была введена действительно на волне демократических перемен. До этого у нас была несменяемая власть, как и в других советских институтах. Но мы приняли это решение. И сегодня, по прошествии почти 20 лет, я считаю, что это было правильное решение, и сегодня я сторонник именно этого ограничения – два срока подряд, не более. И я вижу, как, на самом деле, мы все не лишены искушения сохранить статус-кво, думая, что это уже наивысшая точка развития. Это искушение чревато застоем. Желание ничего не менять - это признак лени. На самом деле, мы должны понимать: развитие совершается в движение, в переменах, а мы можем остановиться. Мы можем себя убаюкать и сказать себе: это лучший формат, мы нашли самую совершенную формулу. Все – и овцы целы, и волки сыты. Но жизнь развивается, возникают новые обстоятельства. Жизнь меняется, независимо от наших желаний. Мы видим, как в политическом пространстве застой неизбежен, когда власть несменяема.

Когда мы централизованную систему создаем, когда мы ее делаем еще и несменяемой, жесткой структурой, мы обрекаем себя на лишение развития. Мы сразу демонстрируем, сами себе признаем, что мы нашли такую формулу, когда управление совершенно и не требует замен. И именно в этом органе управления сосредоточены наши успехи и развитие наше. И этим самым незаметно мы исключаем ответственность всех низовых звеньев. Убежден, что сама смена приводит в движение все процессы жизнедеятельности, заставляет самые низшие звенья, отдельного члена церкви, маленькую общину включаться в этот процесс, ставить вопросы о своих целях и задачах, осуществлять проверку своих собственных целей. И выдвигать новых людей на ключевые позиции. Это позитивный процесс. Для развития неизбежный, и абсолютно позитивный.

– Вы считаете, что факт смены высшего руководства является спусковым механизмом для оживления, освежения жизни братства в целом?

– Вот мы с Вами почти одинаковые внешне. Триллионы наших клеточек незаметных составляют каждого из нас. Люди науки свидетельствуют о том, что в течение семи лет происходит абсолютно стопроцентная замена всего меня, любого из нас. Вот это Божий порядок. Клеточка – это то, что составляет телесную суть каждого из нас. Она меняется постоянно. Меняется наш состав. Это жизнь, движение. Когда мы говорим, что стоячее положение является совершенством, мы действуем вопреки Божьему порядку.

Загляните в космос: там ничего нет застывшего. Ничего нет остановившегося. Представьте себе, что Ваше сердце остановилось на мгновение. Все. Точно так же в живом организме – в Церкви Божией. Жизнь – это движение. Движение – это перемены. Это замена дислокации, замена внешних обстоятельств, замена, в том числе, и ответственности. Как было в первой Церкви. Я убежден, что здесь мы должны быть верны этому Божьему замыслу. Мы должны быть чуткими.
Бог поставляет новых людей. В новых обстоятельствах Бог открывает новые таланты.

Если мы застойную форму создали – сегодня я скажу, что в нашем братстве очень много таких свидетельств, что именно элементы застоя, самоудовлетворения, самоуспокоения - лишили церкви, многие церкви развития. Не заметили одаренных людей. Не использовали таланты этих людей. Не вышли на новые рубежи. Только потому, что удовлетворились уже достигнутым. Захотели пребыть в покое. Вот как говорит слово Божье: "Проходил я мимо поля человека ленивого и мимо виноградника человека скудоумного: и вот, все это заросло терном, поверхность его покрылась крапивой, и каменная ограда его обрушилась. И посмотрел я, и обратил сердце мое, и посмотрел и получил урок: немного поспишь, немного подремлешь, немного, сложив руки, полежишь – и придет, [как] прохожий, бедность твоя, и нужда твоя – как человек вооруженный" (Притч., 24: 30-34).

– Вы не испытываете разочарования и огорчения из-за того, что должны будете оставить пост председателя Союза?

– Я, наоборот, испытываю радостное ожидание, что это мгновение приближается. У меня есть чувство некоторой тревоги: все-таки за все сделанное нам предстоит давать отчет. Я не льщу себя мыслью, что я был совершенен и безошибочен. Я знаю, что я несовершенен и ошибок, может быть, делаю больше даже, чем правильных дел. Но все-таки я радуюсь, что мы развиваемся как братство. Встают новые служители, которые на разных позициях готовы свои таланты применять. И я радуюсь, что я мог послужить по воле Божией, по согласию, доверию церквей братства нашего. Я радуюсь, что братство живое, очень живое, и в лице епископов Совета Союза чрезвычайно ответственное не только за судьбу каждой церкви отдельной, но за судьбу всего братства. Чрезвычайно ответственное за судьбу страны.

Я скажу, что мы – баптисты - в этом отношении понимаем свою ответственность, и знаем, что через нашу жизнь благочестивую, достойную, святую, мы евангельские ценности утверждаем в нашем обществе. Пусть мы остаемся меньшинством, пусть мы остаемся в какой-то степени даже гонимым меньшинством, но мы знаем, что наше присутствие в стране, наша чистая жизнь, наша проповедь и даже примеры нашего руководства в союзе все равно влияют на сознание общества.

– Каков механизм формирования съезда? Основную его часть, безусловно, составят служители – пасторы, пресвитеры, так или иначе зависимые от руководства Союза. А сколько среди делегатов съезда будет людей, не зависящих от руководства, тех, кого мы называем, условно говоря, "мирянами"?

– Я должен сказать, что у нас, в баптистской среде, вообще нет зависящих людей. Лучше сказать: все зависимы только от Бога. Один из семи принципов баптизма – всеобщее священство. Он выражает библейское откровение: "Вы царственное священство". И основан на слове Божьем: "Ибо един Бог, един и Посредник между Богом и людьми, Человек Христос Иисус". Каждый человек имеет свободный доступ к Богу, через Иисуса Христа, и Ему подотчётен. Как и перед кем будет зависим человек, который служит Богу? Мы, баптисты, всегда напоминаем – и внутри своей среды, и вовне – что каждый Божий сосуд, каждый человек отвечает за свою жизнь перед Богом. И поэтому у нас нет так называемого клира и мира. У нас в большей степени пресвитер зависим от общины. Вот этот, к сожалению, недуг у нас есть. Недуг потому, что священник все-таки должен быть лидером, он должен быть человеком, за которым стадо идет. А может быть, здесь есть недуг именно потому, что очень чутко ухо пастора к общине. Слишком большое желание угодить общине создает уже крен именно к угодничеству, когда пастор церкви не ведет паству к назначенной пажити, не ведет на духовные высоты, а, желая угодить стаду, и сам превращается уже в зависимого человека. Я понимаю, что в жизни есть и другая система отношений, безусловно, и есть некая вертикаль в нашем братстве, когда существует председатель, существуют старшие пресвитеры, существуют объединения церквей, но они все построены на взаимном уважении и доверии. Все служители на всех уровнях подотчётны Церкви.
Так же я, как председатель, подотчётен братству в лице съезда. Они меня избрали. Они меня наделили полномочиями. И мои рычаги влияния – это только слово Божие и духовный призыв.

Что касается состава съезда, то в процентном отношении мандатная комиссия даст нам точный ответ на вопрос, сколько мирян, следуя Вашему языку. Я думаю, что у нас большая часть все-таки будет относиться именно к мирянам, потому что собственно штатного священства в нашей семье чрезвычайно мало. Даже служители высокого духовного положения у нас работают на производстве, обеспечивая себя и свою семью хлебом насущным через общественно-полезный труд.

– А сколько всего будет делегатов?

– Всего у нас будет около 400 делегатов. Их избирают конференции в областных объединениях. Безусловно, они выбирают людей, у которых есть Божие призвание, есть уже проявившееся дарование служения, это те люди, которые могут на съезде от лица Церкви сознательно принять то или другое решение. Этот выбор происходит на местах. Сверху никаких директив никто не спускает.

– Сколько дней будет продолжаться съезд?

– Три дня. 23 марта мы начинаем работу и 25 марта мы её завершаем. Таков план, так предварительно расписание составлено.

– Много ли будет гостей на съезде?

– Мы не ограничиваем количество гостей, мы приглашаем всех, пожалуйста. Только лишь нужно уведомить и получить соответствующую регистрацию в оргкомитете. Если это в областях происходит, в регионах, то старший пресвитер местной религиозной организации ответственен за это.

– А если какой-нибудь заинтересованный гость захочет высказать свою точку зрения, ему будет предоставлена такая возможность?

– У нас очень открытый формат, и заинтересованные гости будут иногда приглашаться, чтобы высказать свое приветствие и свои пожелания. Мы приглашаем наших друзей из родственных нам союзов в России и за рубежом, и с пространства СНГ быть гостями нашего съезда. Так что будет большой состав гостей официальных, которых мы приглашаем, с которыми мы вместе совершаем служение в рамках мирового братства. Единственное, что гость лишен возможности голосовать, права решать какие-то вопросы. А все остальное… Мы же, так или иначе, связаны единством веры. Поэтому мы приглашаем Вас как корреспондента, от лица прессы, или как члена вашей баптистской церкви. Наши заседания, в основном, будут открытыми.

Беседовал Владимир Ойвин,
"Портал-Credo.Ru"

http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=76679&cf=

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: