reveal@mirvboge.ru

Сталинский проект: И в ванне люди живут

В категориях: Трудные места

24 августа 2009

Максим Трудолюбов
Павел Аптекарь

С удобствами частной жизни у многих из нас до сих пор не все хорошо. А в раннесоветское и даже в «зрелосоветское» время проблема жилья была главной для большинства жителей страны. Жизнь была коллективной не потому, что государству удалось привить гражданам вкус к романтике «обобществленного быта», а потому, что в стране, построенной по проекту Сталина, все должны были быть на виду. Жилья (как и по сей день) не хватало. Но что еще важнее, жилье — от койки в общежитии до элитной квартиры в номенклатурном доме — было инструментом манипулирования людьми.

По формуле Ленина

Каждый сейчас сможет проверить, достиг ли он уровня жизни, запланированного для всех нас Владимиром Лениным. Аристократ Ленин мыслил комнатами (квадратные метры возникли позже). Комнат у городских жителей старой России было слишком много, считал вождь, поэтому расселять новых жителей в реквизированные квартиры предлагал по такой формуле: К = N — 1, где К — количество комнат, а N — число жильцов. Людей в квартире, таким образом, должно было быть на одного больше, чем комнат. Так, по его мнению, они не должны были чувствовать себя «богачами» (М. Г. Меерович. Наказание жилищем: жилищная политика в СССР как средство управления людьми. М.: РОССПЭН, 2008, с. 16). Многие не чувствуют себя богачами и сегодня.

Первая волна переселения рабочих и записанных в трудящиеся городских низов в новые дома сопровождалась отстранением от дел прежних управляющих городским хозяйством. Отсутствие управления, нехватка топлива и варварское отношение новых жильцов к «господской» обстановке быстро привели крупные города к коммунальной катастрофе. В 1921 г. в Москве непригодными для проживания считались 37% домов. (Наказание жилищем, с. 131). Вот как выглядел в 1922 г. существующий и ныне дом № 9 по Большой Дмитровке: «Системы водопровода, канализации и отопления разрушены. В квартирах отсутствуют водопроводные краны и батареи центрального отопления, сняты кухонные плиты. В большинстве квартир разобраны полы, всюду грязь и мусор» (цитата по: Г. В. Андреевский. Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху: 1920-1930-е гг. М., 2003, с. 420).

Впрочем, среди разрухи и всеобщего запустения находились очаги благополучия: благоустройством Кремля и бывшей гостиницы «Астория» в Петрограде, где жила партийно-советская элита, занимались десятки дворников, сантехников и горничных. Число комнат по ленинской формуле определяли не все. В частности, партийный наместник Петрограда Григорий Зиновьев занимал с женой пять комнат.

И в ванне живут добрые люди

Власти могли распоряжаться жилыми помещениями как угодно. Тех, кто уже был обладателем жилой площади, «уплотняли» новыми жильцами. Когда невозможно было снять комнату, люди снимали «угол», т. е. часть комнаты, жили в коридорах, на кухнях. Домом для семьи могла стать кочегарка, сторожка, подвал, пространство под лестницей и даже ванная комната.

Бенедикт Сарнов в статье «Уплотнение» своего «Словаря советского новояза» рассказывает о перипетиях обмена комнаты в одной коммунальной квартире на комнату в другой коммунальной квартире в сталинской Москве. Когда пришло время ударить по рукам, выяснилось, что в новой квартире есть недостаток: в ванной живет семья прокурора. «Что ж, и в ванне живут добрые люди. А в крайнем случае, перегородить можно… Одно только неудобство — по вечерам коммунальные жильцы лезут в ванную мыться. На это время всей семьей приходится в коридор подаваться» — это уже из рассказа Михаила Зощенко «Кризис», написанного от лица человека, которому дали жилплощадь в ванной. Коммунальный быт 1920-х гг. ярко описан в булгаковском «Собачьем сердце» и «Золотом теленке» Ильфа и Петрова.

Обеспеченность москвичей жильем за вторую половину 20-х гг. снизилась с 5,8 до 5,2 кв. м на человека (Жилищно-коммунальная санитария в Москве. Сборник статей. М., 1930, с. 45-47). В Ленинграде было просторнее, но положение ухудшалось. Теснее всех в крупных городах с населением более 100 000 человек жили в Иванове (4,3 кв. м на человека) и Новосибирске (4,1 кв. м). «Жилье», о котором здесь идет речь, далеко не всегда было жильем в нашем понимании — бараки и общежития тоже считались. «В общежитии Краснохолмской фабрики в Москве в мужской комнате на 60 кроватей — 80 человек, из них несколько жен рабочих с детьми. Некоторые кровати заняты семьями <

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: