Трудись, пока молодой

В категориях: Трудные места

6 мая 2009

Варвара Петренко

В понедельник уполномоченный по правам ребенка в Москве Алексей Головань представил думской комиссии по социальной политике свой ежегодный доклад о соблюдении и защите прав, свобод и законных интересов ребенка. Как и в прежние годы, позитива в докладе оказалось не много. Московские дети испытывают жилищные проблемы, суды выселяют их на улицу, руководствуясь Жилищным кодексом РФ и не вспоминая о нормах международного права, госслужащие препятствуют усыновлению сирот, нарушаются права ВИЧ-инфицированных детей и детей с отклонениями в психическом развитии.

А ситуация с эксплуатацией детского труда в Москве потребовала отдельного доклада.

В основу специального доклада по проблемам эксплуатации детей легли результаты организованного уполномоченным социологического исследования. Проводилось это исследование Санкт-Петербургским государственный университетом при поддержке Международной организации труда (МОТ).

По оценкам экспертов, число работающих детей в столице составляет 22–27 тыс. человек. Треть работающих в Москве детей – приезжие (в том числе из российских регионов и Подмосковья). Примерно четверть работающих детей помогает взрослым на погрузо-разгрузочных работах. Дети занимаются уборкой рабочих и торговых мест, торгуют на рынках и охраняют товар, моют машины, работают на стройке и служат «ходячей рекламой». Всего эксперты выделяют более 20 основных видов работ, на которых используется детский труд.

Часть москвичей выполняет те же работы, что выпадают на долю мигрантов, но в целом они заняты на работах, которые все-таки несут меньшую угрозу их здоровью. Молодым москвичам значительно чаще доверяют раздавать листовки, расклеивать объявления и афиши, продавать газеты. Что касается возраста работающих детей, то тут нарушаются все допустимые нормы трудового законодательства РФ и конвенции МОТ № 138 «О минимальном возрасте для приема на работу».

Как показало исследование, большая доля работающих детей приходится на 13–15-летних подростков, но были выявлены случаи эксплуатации детей с пятилетнего возраста.

Большинство несовершеннолетних работают в Москве без официального оформления (81,6%). У 10,2% опрошенных была заведена трудовая книжка, еще 8,2 % подростков сообщили, что они работают по гражданско-правовому договору. Как правило, речь в этом случае шла о работе в крупных торговых точках или кафе типа «Макдоналдса» и т. п. Но и среди них медицинское освидетельствование при приеме на работу проводилось только в 66% случаях. Что касается противоречащих конвенции МОТ наихудших форм детского труда, то, по оценкам экспертов,

в Москве в занятие проституцией вовлечены 2–3 тыс. девочек и 1–1,5 тыс. мальчиков. Количество детей, занимающихся противозаконной деятельностью (наркоторговля, принудительный труд, воровство и т. п.), составляет 6–8 тыс. человек.

Контингент детей, занятых на опасных производствах (а к ним можно отнести большинство видов работ, на которых заняты дети), состоит из 5–6 тыс. девочек и 8–9 тыс. мальчиков. Материальные издержки, которые могут нанести урон бизнесу (милицейские проверки, редкие задержания сутенеров среднего звена и обслуживающего персонала борделей), компенсируются с помощью взяток, а законодательная база для привлечения к ответственности за вовлечение в проституцию несовершенна и ограниченна.

Но где бы ни работал ребенок, отмечают эксперты, он нередко вовлекается в криминальный бизнес. Более десятой части опрошенных детей признались, что им приходилось заниматься и сбытом краденых вещей, и мелким воровством. Половина из опрошенных работающих детей употребляет крепкие спиртные напитки. Каждый третий признал, что ему приходилось пробовать марихуану или гашиш, а 3,5% детей сообщили, что курят «травку» постоянно. Почти каждый десятый опрошенный (9,1%) признал, что ему приходилось пробовать и сильнодействующие наркотики.

Большинству детей приходится работать по 8 и более часов в сутки, почти каждый пятый ребенок трудится по 12 и более часов.

При этом нелегальный характер детского труда позволяет работодателям оплачивать его по минимуму и прибегать к наказаниям, в том числе и физическим. Помимо рисков производственного характера дети становятся и объектом сексуальных притязаний. Особенно часто признались в этом дети из числа мигрантов. Не всегда дети получают за свой труд деньги. С некоторыми расплачиваются продуктами или вещами, иногда работодатель «одаривает» их алкоголем или наркотиками.

Неудивительно, что здоровье работающих детей сильно подорвано. Особенно встревожены эксперты состоянием здоровья детей, втянутых в занятие проституцией. Кроме того, ранняя половая жизнь, как результат совращения и насилия, связана с психическими травмами.

Что до опрошенных в ходе исследования работодателей, то многие из них, даже соглашаясь с тем, что, используя детей, они нарушают закон, считают, что дают детям заработать кусок хлеба. А 14% работодателей вообще заявили, что, работая у них, «дети находятся под присмотром». Впрочем, зачастую они не очень грешат против истины. По мнению экспертов, наиболее сложная ситуация в семьях детей-москвичей, вовлеченных в занятие проституцией. Даже если у таких детей есть оба родителя, ни один из них не работает и уж тем более не занимается воспитанием.

Школа жизни на рабочем месте в ряде случаев заменяет малолетним труженикам и обычную школу.

О том, что они регулярно посещают занятия, сообщили менее половины всех опрошенных работающих детей. Еще 15% не посещали школу в течение последних месяцев и 12% – в течение последнего года. Каждый пятый участник опроса не учился более года. И при этом, как отмечается в докладе, многие дети уже не хотят возвращаться к нормальной жизни, даже если бы у них и была такая возможность. Особенно много тех, кто уже привык к своей новой жизни и не хочет ничего менять, среди детей, занятых на «обычных» видах работ.
Вырваться из порочного круга, в котором они оказались, стремятся дети, втянутые в занятие проституцией. Они выражают готовность поселиться в приемной семье, жить в «детской деревне», устроиться при монастыре. Некоторые наивно рассчитывают накопить денег и уехать жить за границу. Впрочем, даже в этой категории детей каждый седьмой опрошенный москвич и треть детей из числа приезжих с трудом представляют для себя иную жизнь.

«Детям нужно учиться, а не работать, – считает Головань. – К сожалению, окунувшись во взрослую жизнь, они уже не хотят возвращаться в обычные школы. Но получить профессию, которая обеспечила бы им больший заработок, освоить новую квалификацию те, кто уже нашел себе более или менее приличное место, готовы». Кроме того, по мнению уполномоченного, необходимо включить в российское законодательство требования международных документов о запрете использования детского труда, особенно в его наихудших проявлениях, усилить ответственность за нарушения трудовых прав несовершеннолетних. Но всем этим надо заниматься. Так же как и выявлением асоциальных семей и конкретной помощью растущим в них детям.

Но столичные власти, похоже, решили, что все проблемы с правами детей в городе решены – с 1 октября 2009 года Служба уполномоченного по правам ребенка в Москве прекращает свою работу.

В принятый недавно закон о введении в столице должности уполномоченного по правам человека единороссы в последний момент внесли норму, упраздняющую институт детского обмундсмена. «С 1 октября у нас не будет оснований для выполнения сегодняшних полномочий, – объяснил Головань журналистам после заседания комиссии. – Назначение уполномоченного по правам человека состоится не раньше 1 ноября. Финансирование начнется в январе, и только после этого он сможет формировать структуру и набирать штат, в том числе подразделение по защите прав детей. В течение этого времени в городе не будет ни одной, ни другой службы».

Как служба детского обмундсмена будет работать в новой структуре, Головань пока не представляет. «Международный опыт говорит, что такое возможно только на первоначальном этапе создания подобных структур, – считает он. – Сейчас у нас есть определенные полномочия. Если будет идти речь о том, чтобы заниматься теми же самыми проблемами, но с другим арсеналом средств, – это невозможно. Подразделение превращается в почту по пересылке обращений от заявителей к ведомствам. Сейчас мы занимаемся с каждым обращением отдельно». По словам Голованя, он не планирует выдвигать свою кандидатуру на должность уполномоченного по правам человека. «Я являюсь, может быть, не самым последним экспертом в этой области, но я не готов заниматься правами граждан, – рассказал он. – И считаю, что в большей мере важно заниматься защитой прав детей, которые не могут сами постоять за себя».

gazeta.ru

http://www.gazeta.ru/money/2009/04/27_a_2980017.shtml

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: