Госдума закрыла осеннюю сессию, отрапортовав о большом законодательном рекорде.

В категориях: Трудные места

Ольга Болотова

Всю сессию депутатов пытались отучить от прогуливания пленарных заседаний. Выдержали не все.

Рекорды законотворчества

В пятницу Госдума завершила осеннюю сессию. Спикер Борис Грызлов бодро отрапортовал о поставленных рекордах. Выяснилось, что в эту сессию принято 203 документов - лучший показатель среди всех осенних сессий (абсолютный рекорд в истории палаты — 249 законов - поставлен в прошлую весеннююю сессию). Спикер не стал раскрывать секрет такого успеха, хотя все депутаты знали, что время обсуждения инициатив в полностью подконтрольной «Единой России» Госдуме сократилось до двух-трех минут.

Одним из самых важных стал закон «О полиции». После внесения документа в Госдуму депутаты обещали, что документ будет серьезно доработан. Однако, судя по итогам обсуждения в ходе принятия документа в первом чтении, радикальной правки и ко второму чтению не произойдет.

Во всяком случае, выступая в декабре, первый зампред профильного комитета по безопасности Михаил Гришанков серьезных замечаний к принимаемому в первом чтении законопроекту не высказал.

Свое слово, правда, попытался сказать комитет по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству, который подготовил на документ достаточно жесткий отзыв. Тем не менее, желания бороться за внесение своих рекомендаций в виде поправок в комитете пока не демонстрировали.

Реформе подверглось и другое силовое ведомство — Следственный комитет. Депутаты не без труда и споров, но все же приняли закон «О следственном комитете», внесенный президентом. Несмотря на формальное превращение комитета под руководством Александра Бастрыкина в полностью самостоятельную структуру, с некоторыми полномочиями ведомству пришлось расстаться в пользу Генпрокуратуры. В ходе встречи с представителями фракции ЛДПР Бастрыкин сетовал, что категорически не согласен с поправкой, запрещающей следователям получать доступ к материалам оперативно-розыскной деятельности.

СНВ вместо флота

Еще в весеннюю сессию Госдума ратифицировала два важных документа – лежавший несколько лет без движения 14-й протокол к Европейской конвенции по правам человека и договор о продлении пребывания в Севастополе Черноморского флота.

Важнейшим международным документом осенней сессии в разделе ратификаций стал новый договор с США о сокращении наступательных вооружений (СНВ).

Подарка Вашингтону к Новому году не получилось: на последнем заседании Госдумы документ был принят только в первом чтении. Основной же этап принятия парламентарии решили оставить на посленовогодний период.

После праздников депутатам предстоит решить, каким образом российская Дума ответит на резолюцию сената США, в которой американцы решили напомнить, что система ПРО должна развиваться без оглядки на договор.

Бегут депутаты

В эту сессию заявления о досрочном сложении депутатских полномочий написали пять парламентариев, причем все единороссы. Из нижней палаты ушли Юрий Зеленский, Василий Копылов, Вячеслав Володин, Валерий Корнилов и Эрнст Исаев.

Володин поменял кресло вице-спикера на кресло вице-премьера правительства.

Зеленский ушел руководить главным управлением Банка России по Саратовской области, Копылов – в замы министра сельского хозяйства, Исаев вернется в Башкирию вице-премьером правительства. Самой загадочной стала история нижегородского депутата, вагранщика Валерия Корнилова. Он вдруг взял и отказался от мандата «по семейным обстоятельствам», чего никогда в истории палаты не было. Вместо него мандат получит бизнесмен Любомир Тян.

С нежеланием депутатов ходить на заседания в эту сессию стали бороться. Этого в мягкой форме требовал Дмитрий Медведев. Впрочем, многомесячная интеллектуальная работа комиссии по мандатным вопросам, которая пыталась изобрести способы контроля посещаемости палаты, закончилась тем, что большая часть рекомендаций была положена под сукно.

После поправок в регламент депутаты вроде бы и обязаны ходить на заседания, но наказать за прогул их все равно нельзя.

Чтобы хоть как-то наполнить зал, руководство думы ввело специальный час голосования. Депутат может не присутствовать при обсуждении документов, а потом прийти и проголосовать за все сразу в определенное время. Что будет с качеством закона, в текст которого никто уже не вникает, вопрос не настолько принципиальный.

В прошедшую сессию в Думе пополнился список парламентариев, лишенных депутатской неприкосновенности.

Депутатом, оставшимся без статуса спецсубъекта, стал Ашот Егиазарян из ЛДПР.

Депутата обвиняют по ст. 154.2 (мошенничество в особо крупном размере). Сам он находится в Штатах и утверждает, что не может вернуться, так как в России его жизни угрожает опасность. Депутат настаивает, что его неприятности связаны с конфликтом с сенатором Сулейманом Керимовым, с которым они не смогли поделить гостиницу «Москва».

Задний ход

Из 249 принятых Думой законов, о которых радостно доложил парламентскому корпусу председатель, к одному документу пришлось возвращаться дважды.

В ноябре президент воспользовался правом вето и отказался подписывать скандальные поправки в закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Законопроект, внесенный в Думу весной уходящего года, считался спущенным из администрации президента.

Документ устанавливал обязанность согласовывать акции с участием автомобилей и предлагал запретить выступать организаторами лицам, «считающимся подвергнутыми административному аресту» (по КоАПу этот срок составляет 1 год). Последняя норма не понравилась президенту, который счел ее ущемляющей права граждан, в то время как саму идею совершенствования законодательства о демонстрациях глава государства поддержал.

В итоге на согласительной комиссии норма «об административном аресте» из документа исчезла, а требование о согласовании акций для «синих ведерок» вступило в силу.

Еще одна проблема возникла с поправками к закону «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», внесенными в Думу в марте 2009 года единороссами. Парламентарии предложили запретить проносить на свидания с подзащитным телефоны, ноутбуки, диктофоны, видеокамеры, а также фото- и копировальную технику (ко второму чтению были внесены поправки, разрешившие проносить с собой копировальные и фотоаппараты или запрашивать у администрации заведения платное копирование материалов).

На этапе прохождения через Совет федерации документ был неожиданно остановлен и отправлен назад на доработку в Думу.

Источник в нижней палате рассказывал «Газете.Ru», что на инициативу, ущемляющую права адвокатов, обратил внимание президент, и поэтому было дано устное распоряжение возвратить закон.

После неожиданного разворота документа в верхней палате в Госдуме говорили, что особенного смысла дорабатывать его нет: скорее всего, он будет пылиться в согласительной комиссии.

Однако в сентябре в думской базе появилось заключение комитета по безопасности, который фактически рекомендовал депутатам преодолеть вето Совфеда и не вносить изменения в документ.

Решения по этим поправкам в нижней палате с тех пор не принималось.

О чем промолчал парламент

В эту сессию Дума была весьма осторожна в оценках.

Депутаты молчали при экстрадиции Виктора Бута, безмолвствовали после погромов в Москве, слабо реагировали на прошедшие в эти выходные парламентские выборы в Белоруссии, не заметили конфликт Кремля и Юрия Лужкова.

Зато оперативно среагировали на очередные выходки Александра Лукашенко после появления соответствующей критической записи в блоге Дмитрия Медведева. Заявление с критикой белорусского руководства было принято депутатами 6 октября, хотя еще вечером 5-го парламентарии не знали, будут ли вообще обсуждать этот вопрос на пленарном заседании.

http://www.gazeta.ru/politics/2010/12/24_a_3477918.shtml

www.mirvboge.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: