Пенсионный тупик

В категориях: Трудные места


В этом году государство осознало, что пенсионная система становится главной проблемой экономики. С 1 января ставка взносов в России станет чуть ли не самой высокой среди развитых стран, чего не скажешь о пенсиях. Их уровень будет снижаться, а Пенсионный фонд (ПФР) останется в дефиците. Впереди годы реформ

Ольга Кувшинова

Расходы на пенсии в 2010 г. достигли 10% ВВП, превысив европейский уровень: в 27 странах ЕС, по данным Евростата, на пенсии тратится в среднем 9,1% ВВП. Средняя трудовая пенсия выросла на 44,5% до 37% от размера средней зарплаты против 24,5% в 2008 г. Страна ликвидировала бедность среди людей старшего возраста, говорит о результатах масштабных индексаций председатель ПФР
Антон Дроздов. Цена валоризации превысила 0,5 трлн руб., а дефицит ПФР — 1,3 трлн руб., или 3% ВВП, — оказался сопоставим с дефицитом федерального бюджета. «Но мы пошли на такой выбор сознательно, понимая нашу ответственность и моральный долг перед старшим поколением», — резюмировал премьер Владимир Путин. Не помешал даже кризис: государство не стало повышать на 8 п. п. до 34% страховые взносы в 2010 г. — потери ПФР компенсировал бюджет.

Тяжкий груз

Первыми забеспокоились эксперты: выполнить такие обязательства экономике не по силам. Придется ежегодно увеличивать ставку взносов на 1 п. п., подсчитал руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич. Или каждые пять лет увеличивать трансферт на 1 п. п. ВВП, говорит президент Центра стратегических разработок Михаил Дмитриев. К 2020 г. он достигнет 7% ВВП (объем фонда национального благосостояния сейчас — 6% ВВП). Министр финансов Алексей Кудрин, которому не хочется превращать Минфин в филиал ПФР, заявил о неизбежности повышения пенсионного возраста. А бизнес предупредил, что уходит в тень: в 2011 г. с новой нагрузкой ему просто не выжить.

Правительство экстренно раздало льготы — для IT-компаний, СМИ, Сколково, малого бизнеса. «Очень много обращений по библиотекам, музеям, книжным издательствам, аптечным сетям — целая кипа», — говорит замминистра соцразвития Юрий Воронин: если льготников станет больше, чем других страхователей, то «это уже не социальное страхование». Если бы решение о повышении взносов было правильным, оно бы не требовало льгот, отрезал чиновник ведомства, участвующего в обсуждении вопроса. Не исключено, что это решение придется пересмотреть, полагают замминистра финансов Сергей Шаталов и помощник президента Аркадий Дворкович. Чиновники Минздравсоцразвития и ПФР удивляются: по расчетам, дефицит ПФР сохраняется вплоть до 2075 г., размер средней пенсии к 2015 г. снижается до 35% и далее еще ниже — и все это учитывалось правительством при принятии решения в 2008 г. К тому же никто не собирался останавливаться на достигнутом — пенсионной системе предстояла дальнейшая настройка.

Назад, в 2001-й

Пока эксперты из президентского совета по инвестированию пенсионных накоплений разрабатывали для правительства концепцию развития накопительной части пенсии в сотрудничестве с Минздравсоцразвития, президент Дмитрий Медведев поручил правительству (а оно — Минздравсоцразвития) подготовить концепцию долгосрочного развития пенсионной системы. Когда эксперты узнали, что итог их полугодовой работы до правительства так и не дошел, зато дошел доклад Минздрава, ничего хорошего для пенсионных накоплений не обещавший, разразился скандал.

Из четырех сценариев, содержащихся в докладе, только один предполагает сохранение накопительной части пенсии в нынешнем виде и объеме, но и этот вариант полностью ее дискредитирует, возмутился Дмитриев: «Минздрав говорит: один из главных недостатков существующей системы накопительной части — отсутствие гарантий [сохранности накоплений], но при этом принципиально возражает против введения системы гарантий — вкладывайте во что хотите, государство никакой ответственности не несет». Другой вариант — упразднить накопительную часть для людей с зарплатой ниже среднероссийской (а это, по расчетам ПФР, 80% работающего населения) — «несерьезен для уважаемого ведомства», пожурил вице-президент НАПФ Юрий Люблин: получается, за 50 лет зарплаты 80% людей так и останутся ниже средних. Если предоставить людям выбор — продолжать направлять 6 п. п. взносов в накопительную часть или перевести в распределительную, дело закончится новым кризисом, не исключает Гурвич: «Средства молчунов (около 1 трлн руб.) перейдут в распределительную часть, вызвав рост обязательств; но с развитием финансовых рынков все больше людей начнут выбирать накопления, и финансировать выросшие обязательства станет нечем».

Когда средств в казне становится меньше, велик соблазн нарастить их за счет имеющихся накоплений, понимает мотивы чиновников замдиректора Независимого института социальной политики Оксана Синявская, но это подорвет доверие к любым инициативам государства. А падение доверия трансформируется в развитие неформальных практик и уклонение от уплаты социальных взносов, как показал опыт 1990-х гг., напоминает она, в итоге пострадает не только пенсионная система. Нужно думать не только о сегодняшнем дне — в будущем ухудшатся демографические пропорции, накопительная система в 2002 г. была введена как раз для решения долгосрочных проблем, напоминает Гурвич.

Еще одна содержательная часть реформы 2002 г. видится Минздраву неудачной: отказ от учета стажа при формировании объема пенсионных прав в пользу учета объема уплаченных взносов. Проблема адекватности формулы — ключевая для пенсионной системы, говорит Воронин. Возврат к прежней формуле позволил бы увеличить пенсионный возраст (сейчас чем дольше человек работает, тем больше объем уплаченных за него взносов и, соответственно, размер пенсии, что ведет к росту расходов ПФР) и порог облагаемого взносами заработка (он ограничен как раз для того, чтобы не провоцировать рост будущих обязательств пенсионной системы). Государство заинтересовано в более продолжительном стаже, особенно учитывая демографию, согласен Дроздов. «Возврат к учету стажа, как до 2002 г., — это абсолютно правильный тренд, мы будем его серьезно разрабатывать», — говорит Воронин. Останавливает одно: перспектива новой конвертации пенсионных прав, продолжает он, последняя — из-за реформы 2002 г. — завершится только в 2013 г. «Если удастся найти решение без конвертации, мы формулу уточним», — говорит он.

В 2011 г. Минздрав подготовит концепцию развития пенсионной системы до 2050 г. Надо решать проблему досрочных пенсий, оптимизации условий выплат пенсий работающим пенсионерам. Реформа досрочных пенсий покроет лишь примерно 15% долгосрочного актуарного дефицита, подсчитал Дмитриев, остальная часть должна быть решена за счет повышения пенсионного возраста и ресурсов от приватизации госактивов. По оценкам Кудрина, объем госсобственности — порядка 60% ВВП и, если передать эти активы (в виде акций или средств от продажи) в фонд национального благосостояния, за будущее пенсий можно быть спокойным. Раз принятые обязательства имеют многолетний характер, желательно активы, которые финансируют эти обязательства, обособить в фонд и закрепить право требования по ним за пенсионерами, поддерживает Дмитриев: при задействовании возможностей приватизации, повышении пенсионного возраста и при условии устойчивого роста экономики к 2030-2035 гг. коэффициент замещения может быть повышен до 40%. К повышению пенсионного возраста систему надо готовить, уйдут годы, указывает Воронин: «Думаю, это не вопрос ближайшего будущего».

http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/252735/pensionnyj_tupik#ixzz19aQI8yCo

www.mirvboge.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: