О прощении

В категориях: Созидая свой внутренний мир


 

ЖАН Ванье

 

( Фонограмма перевода)

 

…Христос пришел проповедовать послание мира и прощения. Я хотел сегодня поделиться великим подарком Господа, я бы сказал – великим секретом Господа, который в прощении. Простить… Простить…

Во время войны, когда очевидны притеснения и страдания, мы можем молиться о мире в далёких странах. Но может быть у нас, в нашей семье, в нашей общине, в нашем приходе есть орудия войны. Презирая людей, осуждая их, приговаривая – используют оружия языка, чтобы раздавить человека. Каждый из нас может использовать оружие языка, слово хулы, ранящее слово, обесценивающее. Слово, способное убить. Как оно способно и ободрить, помочь, поддержать, воодушевить. Быть человеком мира.

А воля Нашего Отца – работать на единство, стать людьми мира и прощения. Христос пришел на эту землю, Слово, обретшее плоть, чтобы научить нас одному, я сказал бы – главному: прощению. Прощение. Вот зачем пришел Христос, чтобы дать нам силы, мудрости – прощать. Вот почему прощение и в молитве Христа. И когда мы просим Господа простить нас, простить как мы прощаем, Петру это показалось тяжким – прощать. Трудно прощать. Он сказал: «до семи ли раз?». Нет – семижды семьдесят раз! Да, до бесконечности. Ты затем, чтобы прощать. Для того ты и создан, чтобы научиться прощать. Не так важно знать математику и географию, философию, теологию – всё это ничто, если не умеешь прощать. Потому что это умение, составляющее основу человека. Нет человеческих отношений, нет совместной жизни, нет жизни в семье, настоящей, если она не основана на прощении. В этом основание всех человеческих отношений. Уметь прощать.

Важно поразмыслить вместе о прощении. В сердце послания Христа есть фраза, которую, выслушав, люди и нации изменились бы в корне. Всё человечество. Это, может быть, ключевая фраза Евангелия. «Истинно, истинно говорю вам – любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас, молитесь за обижающих и гонящих вас». Христос продолжает, говоря «легко любить любящих вас». Очевидно. Легко любить любящих вас, так поступают и мытари и язычники. Для этого не нужно особой силы Господней. Но «Я говорю Вам – любите, любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас…».

Я советую вам попробовать благословить кого-то, кто вас проклинает. Попробуйте сказать о нем: «он умен». Вы заметите, как миндалины в вашем горле начнут раздуваться и вы не сможете этого сказать. В этом сердце Евангелия – любить врага вашего. И не думайте, что враг в другой стране. Враг рядом. В семье, в общине, в коллективе, где я работаю. Это человек, которого я избегаю, которого я боюсь. Человек, перед лицом которого я немею. Человек, который мешает проявлению моей свободы. Человек, с которым я не сел бы за один стол.

Да, человек, которого я избегаю. И этот человек – в моей семье, в моем коллективе, в моей общине. И Христос говорит – люби этого человека. Я не могу! Я не способен! Он причиняет мне слишком много зла! Ранит меня. Пробуждает во мне такой ужас, что я болен, если он рядом. Я не могу снести его прикосновения, не могу! Он делает мне слишком больно!

  Я советую вам одну вещь – попробуйте распознать врага. Я прошу вас в своем воображении, в мыслях назвать своего врага. Для одних этот враг очевиден – человек, ранивший вас, бросивший вас. Человек, оставивший в вашем сердце кровоточащую рану. Для других враг не так очевиден, он спрятан… (далее дефект записи)

…все враги друг другу. Все – потому что это наша рана. Кто-то разбередил ее и она – залог чувства вины и всего, чего я не хочу замечать внутри себя.

Да, мы все искалечены и все ненавидим врагов. Но по сердцу Евангелия мы не можем надеяться, чтобы следовать Христу, если слово Христа не берется всерьез, не понимается. Я говорю, что мы не сможем и осмелиться вкусить Тела Господня, если не осознаем, что мы призваны быть, мужчины и женщины, людьми прощения. Поэтому-то Христос и говорит: прежде чем идти к жертвеннику, пойди и примирись с братом, с сестрой. В этом сердце Евангелия, сердце молитвы Христа – прощение. И Христос явился простить нас. Мы, каждый, несем бремя вины. Вины первопричинной, психологической, о которой я говорил вчера с вами с Элен. Если я не люблю – я сам не любим. Если я брошен, отстранён – значит, есть во мне что-то гадкое. Это может быть детское воображение, но оно цепляет, укореняется очень глубоко в моей плоти, в крови, в чувстве ненужности. Это глубоко. Но, помимо этого, множество ран, причиняющих нам, в нашей жизни.

Есть ли родители, которые могут сказать, что действительно любили своих детей? Можно сказать – мы хотели владеть, но любить? В самом деле любить? Помогать им понять жизнь, свободу?

Есть ли супруги, которые могут сказать: мы всегда любили друг друга?! Сколько ран причиняют нежность, сексуальность...

Избегая ранят. Ранят, подчиняя. Я живу в подчинении. Да. От этих ран в нашем существе, от чувства вины от чувства той изначальной психологической вины закладывается вина вины, которую прячут, стараются забыть. И Христос говорит: «Идите ко Мне все, искалеченные собственным бременем, бременем вины». Вина – это бремя. Вина как паралич. Вина разрушает наше доверие к себе. А Христос говорит: «отдай её Мне, и Я дам тебе свободу. Я хочу, чтобы ты был свободен. Я пришел, чтобы снять с ваших плеч бремя вины. Я пришел простить».

И знаете, что такое грех? Если внимательно читать Евангелие, то грех это не верить в Христа и в Его Святой Дух. Это значит – отвернуться от Христа. Не позволять себя кормить Духом Христа. О грехе говорится в книге пророка Иеремии. «О, Яхве, – пророк кричит, – Я дал источник воды живой, они же пили воды затхлой и грязной». Вот что такое грех. Отказаться от пищи Господней и силы Господней, Духа Святого, дающего новые силы, чтобы вступить в единоборство с миром, чтобы любить. Я пил воды затхлой, я отдал себя во власть мнимых ценностей, я отказался вкусить Слова и Тела Господня, я отказался вкусить пищи бедных. И когда Христос говорит женщине: «иди и не греши впредь», Он говорит – иди и не оставляй Меня. Он сказал: «Я тоже, Я не осуждаю тебя».

Я предлагаю вам в своем сознании обратиться к врагу. Не так давно одна женщина сказала: «Вы знаете, я всё больше понимаю, что мой муж – мне враг. Он меня не слышит, не слышит совсем. Он доволен, что я занимаюсь детьми и кухней, как если бы он не замечал, что у меня есть своё мнение, есть что сказать. Он закрыт со мной, не слушает меня, не хочет слышать. И я чувствую как во мне поднимается гнев и протест».

Другой отец сказал мне, что выясняется, что его старший сын – его враг. «Едва он открывает рот, я набрасываюсь на него. Я не понимаю. Когда другие дети говорят то же самое, я выслушиваю, его – нет. Я подавляю его постоянно». Потом он пришел сказать: «Я начинаю понимать, почему я всё время набрасываюсь на старшего сына – я вижу в нем все мои собственные недостатки, которые я не хотел признавать. У него все мои недостатки, и это меня раздражает».

У каждого из нас есть враг, есть один и много врагов. Людей, которых я убираю с моего горизонта, которым отказываю в понимании, отказываюсь идти вместе с ними.

Восстановите в своём сознании и в сердце этого человека и услышьте, как Христос говорит: «Любите этого человека! Любите его. И не чувствуйте сопротивления внутри». – Я не могу. Не способен. Он причиняет мне беспокойство, делает мне слишком больно, слишком ранит моё сердце. Я не могу. И вы услышите голос Христа: «Это правда. Ты неспособен, ты не можешь, не можешь. Но не знаешь ли ты, что Я пришел сделать всё по-новому. Если хочешь – Я дам тебе Мой Святой Дух, Я изменю твоё каменное сердце. Каменное, потому что ты должен был воздвигнуть вокруг своего сердца систему защитных стен, потому что ты слишком уязвим, твоё сердце слишком уязвимо. Я понимаю, что ты не можешь. Но если хочешь – Я изменю твоё каменное сердце, Я дам тебе сердце плоти, Я дам тебе Мой Святой Дух, Я научу».

Не думайте, что дары Христа скоротечны. Я советую вот что. После всех эмоциональных отступлений: «я прощу! я хочу простить!» – как только я возвращаюсь к себе, в свой коллектив, я нахожу моего врага, я кидаюсь на него с любезностью: «Я прощаю тебя! Я прощаю! Я прощаю!». А человек не принимает.

Нет. Прощение – не эмоция. Не эмоция! Не чувство! Это творение Господа в твоём сердце. Это нечто, что создаётся очень медленно, по чуть-чуть. Вы видите, что жизнь наших эмоций, нашего сердца искорежена ранами, и как искореженной ветви нужно время, чтобы она дала прямой росток, по-новому. Наша чувствительность, наша уязвимость – не думайте, что всё изменится в один миг, нет. Творение Господа неспешно. Это семя, посаженное в уязвимую почву нашего «Я». Его надо питать.

Так что же такое – прощение? Если это не вспышка эмоций – что же это в самом деле?

Противоположность прощения – разрыв, отторжение. «Я не хочу тебя видеть. Тебе нет места здесь. Пропади ты пропадом. Исчезни навсегда». Желание, чтобы другой исчез и не существовал. «Я хочу, чтобы тебя не было. Я исключаю тебя из моего сознания». Прощение противоположно этому. Это признание за тобой права на жизнь, место. Верно, что я не выношу тебя. Мне больно, если ты рядом. Но я признаю, что мы связаны и что у тебя есть место, и это твоё право иметь его. И даже надо, чтобы ты существовал. У тебя есть место и право на жизнь.

Это начало прощения. Без эмоциональных бросков, но внутренне признать, что у другого есть право на жизнь. Это очень просто. А потом так или иначе дать ему это почувствовать. Без эмоциональных бросков. Мы, люди, так искалечены, что приходится искать способ выразить своё прощение, не ранив и не подвергнув себя опасности. У тебя есть право на жизнь, право занять своё место в общине и в обществе. И я хочу, чтобы ты это знал. Я не люблю тебя. Моя чувственность не позволит нашей встрече, но затем, затем – молитва, чтобы ты стал «врагом», как Господь того желает. Постепенно обнаружить, что я призван понять другого.

Я пережил нечто чрезвычайно благоприятное для меня. Несколько лет назад, в тюрьме здесь, в Канаде, человек встал и начал вопить на меня, создавая поле электрического напряжения. Он сказал: «Тебе легко жилось. Ты ничего не понимаешь в нашей жизни». И он начал говорить о том, что он пережил. «Когда мне было 4 года, я видел, как на моих глазах изнасиловали мою мать. А в 7 лет мой отец продал меня старику-гомосексуалисту, чтобы тот давал на выпивку. В 13 лет люди в форме явились за мной – полиция – на 10 лет. И кончилось тем, что я сказал: если кто-то придёт сюда, в эту тюрьму, чтобы говорить о любви – я разобью ему морду!». И он замолк.

Он говорил с жуткой ненавистью. Когда он говорил, я старался сохранить спокойствие, прося Христа дать мне подходящие слова. Я сказал ему: «Это правда. Правда. Я ничего не знаю о вашей жизни, и верно, что моя жизнь была легка, всегда легка. Это правда». И я добавил, я сказал: «это правда – то, что ты сказал – и это важно. Так важно, что мне хотелось бы рассказать об этом вне стен тюрьмы. Вы позволите мне повторить Ваши слова, потому что люди не понимают людей в тюрьме, не понимают». И он сказал: «Да». И наше общение было восстановлено.

И я сказал, что «если важно людям вне тюрьмы знать историю мужчин и женщин в тюрьме, может быть, было бы хорошо, если бы и они пришли поговорить с Вами, чтобы Вы знали, что происходит за стенами тюрьмы. Вы позволите мне еще вернуться поговорить с Вами?» Он сказал: «Да». Общение продолжилось.

И были другие вопросы, и сразу после я встретился с ним в группе мужчин, и я искал с ним встречи. И я спросил: «Откуда ты?». – «Из Монреаля». – «А имя?». – я забыл. Я спросил: «Ты женат?». – «Да». – «Расскажи мне о твоей жене». И в этот миг у человека, способного возглавить бунт в тюрьме, глаза наполнились слезами, он стал, как плачущий мальчик. Он говорил о своей жене, калеке на кресле-каталке в Монреале. Он не видел ее очень долго. Сердце этого человека было глубоко ранено. Он рыдал в душе, а я, пришедший говорить о любви и нежности… Он не мог этого снести – вот почему его ненависть обернулась против меня. Но за этой ненавистью – раненое сердце.

Если бы только я воспринял его ненависть, она спустила бы пружину механизма ненависти. Мне захотелось бы защититься, убежать или напасть. Если не останавливаться на этом, обнаруживаются душевные раны человека, жаждущего любви. И во мне уже нет ненависти, но сострадание. Я понимаю – когда кто-то меня ранит, за действием, ранящим меня, стоит раненое сердце. Его надо понять. Это тяжёлая рана, верно? Что и он меня ранил, но он тоже был ранен.

В реальности прощения главный фактор – время. Святой Дух пользуется временем. Я помню человека, который говорил мне о своём отце. Он говорил: «Я начинаю прощать отца». Его отец был человеком жестоким властным деспотом и глубоко ранил своего сына. Потом он сказал: «Я начинаю прощать, прощать своего отца». Я предложил – может быть, встретиться с ним? Он сказал: «Нет. Я не готов. Не готов. Я чувствую себя слишком уязвимым. Если сегодня я встречусь с отцом – я рискую восстановить всю систему моей защиты. Нет, я не хочу». Он простил не эмоционально, но в глубине. Он знал, что надо еще подождать, чтобы Святой Дух дал ему внутренние силы. И однажды, однажды он сможет вернуться и говорить с отцом. Внутри у него будет достаточно сил, чтобы завязать беседу. Но сегодня он еще не готов.

Прощение не просто эмоция – это и мудрость. И Святой Дух работает не только в нашем сердце, но и в нашей голове тоже. Потому что Святой Дух хочет не просто эмоционального прощения, недолговечного, но укоренившегося прощения. И чтобы оно пустило корни – нужно время. Надо, чтобы постепенно изогнутая ветвь восприняла своё движение. Надо, чтобы Святой Дух внушил мне – как воспринимать истинный диалог, как распознать внутри себя то, что ранит других. Потому что ошибка не бывает с одной стороны. Я тоже раню, я тоже не умею слушать, я тоже не всегда обходителен. Мне тоже нужны силы, чтобы выслушать, чтобы понять, чтобы постепенно сблизиться.

Прощение уже свершилось в этом юноше как только в сердце своём он сказал: «прощаю ему». Но диалог… Надо подождать. Диалог – это полнота прощения. Мы – люди, и должны быть осторожны на этом пути. Позволив Святому Духу питать нас, чтобы вкушать от Тела Господня.

И сегодня мне не хотелось бы эмоциональных потрясений, но может быть, просто сказать себе: «я не способен, но может быть Господь изменит моё сердце».

Мне говорили об одной заключенной, которая много страдала, будучи предана кем-то, несправедливо. Она говорила: «Я не могу простить, не могу! Он сделал мне слишком больно! Слишком!». Но она добавила: «Я молю Христа каждый вечер, чтобы Он его простил». В самом деле, она не могла простить. Её чувственность не восприняла в полноте глубину её веры. И речь идет не об эмоциональном потрясении. Речь идёт об укоренении в нас веры. И женщина, говорившая: «Не могу. Он сделал мне слишком больно, но каждый вечер я молю Христа простить его». Великая тайна Христа в том, что Он принял насилие этого мира, насилие солдат, насилие Понтия Пилата, насилие фарисеев и книжников, насилие толпы, то кричавшей «Осанна, осанна, Царь Давидов», а через несколько дней «Распни Его!». Он принял вероломство Иуды, отречение Петра… То тайна Христа.

http://damian.ru/Actualn_tema/raznoe/JeanVanier.html

www.mirvboge.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: