СОЦИАЛЬНЫЙ ИДЕАЛ В РЕЛИГИОЗНОМ СОЗНАНИИ. Часть 4: ЦАРСТВИЕ НЕБЕСНОЕ КАК ИДЕАЛ

В категориях: Трудные места

Т.П. Короткая

 

Традиционные христианские конфессии в своей современной практике делают акцент именно на социальном аспекте учения о Царстве Божии, призывая верующих к активной деятельности на ниве культурного творчества. При этом эсхатологический момент не устраняется (он присутствует), хотя реальные сроки конца неизвестны (они присутствуют в качестве теоретического постулата временной неопределенности). В реальном же опыте и реальной практике акцент делается на трезвой (без исступления и крайности) работе, которая понимается как приуговление к царству Божию (при этом не допускается экстатичность переживания конца света, свершения концов и сроков).

Также следует заметить, что в реальной (психосоматической) истории дистанция между земным и небесным царствами довольно часто размывалась, эсхатологизм ослаблялся, и земному царству приписывали, усваивали признаки образа и качеств царства Небесного.

Подобный сценарий трактовки учения о царстве Божием представлен в так называемых новых религиозных движениях. Важнейшей особенностью их неохристианской части является поиск социального идеала, который имеет четко выраженную хилиастическую окраску. Эти движения в той или иной степени представлены, например, в современных Беларуси и России (Церковь Унификации Муна, Церковь Последнего Завета, «Белое Братство» и т.п.).

Религиозная практика, которую осуществляют члены неокультовых образований, эклектична, строится на основе разных источников, разнообразных практик. Как правило, этот пестрый набор состоит из техники, заимствованной из дзэн-буддизма, индуизма, переработанных в определенном духе постулатов гуманистической психологии, положений европейского мистицизма и теософии. Адепты широко применяют различные психотехники, стремятся достичь «умственного» экстаза, особого видения. Целью этих практик, как правило, является достижение некоторой точки сознания, в которой индивид соединяется с другими людьми и с миром в целом — ощущает себя как частичку Единого. Это предполагает как установку, так и осознание того, что каждый человек несет в себе частичку Единого, а поэтому индивид должен стремиться раскрыть в себе внутреннее божественное Я. Для этого необходима особая процедура самовыражения, расширения сознания, поднятия его на уровень сверхсознания. Обретение этого горизонта бытия — расширения сознания — должно якобы привести к изменению статуса собственно мира в целом и обретению человеком гармонии во взаимоотношениях с собой, другими людьми и природой. Неокульты делают акцент на том, что благодаря усвоению «истинного» знания, которым они обладают, возможно наступление на земле царства справедливости.

Идеи хилиазма, т.е. учения «о тысячелетнем царствии Божием» на земле, имеют большую и яркую историю, восходя к Апокалипсису. В разные периоды истории хилиастические учения приобретали то более мистические черты, то наполнялись утопическими идеями построения совершенного общества в реальной истории. Эти идеи в полном объеме получили свое развитие в истории у Иоахима Флорского, который разработал концепцию мирового развития. Он разделил историю человечества на три эры, соответствующие лицам Пресвятой Троицы. В эру Ветхого Завета, которая длилась до Христа, люди поклонялись Богу как своему монарху; это поклонение было основано на чувстве страха и подчинении. В эру Нового Завета — эру Христа — поклонение людей Богу было основано на чувстве любви. Третья эра — эра Святого Духа (она наступит после 2260 г. и будет продолжаться до конца света) будет торжеством на земле любви и мира, когда люди будут жить по Евангельским заповедям.

Нечто подобное можно найти и в неокультовых трактовках мировой истории, для которых характерны мистико-утопические проекты построения совершенного общества (сам же переход к подобным совершенным обществам у одних трактуется эволюционистски, без громких катастроф и потрясений, а у других он ими-то маркируется и сопровождается).

Для неокультовых движений характерно и особое восприятие времени. Здесь недостаточно просто констатировать факт своеобразия понимания хилиастами времени. Хилиаст (в этом можно согласиться с К. Маннгеймом) вносит в понимание времени и соответственно истории качественную дифференциацию: есть эпохи, временные отрезки, лишенные особого смысла, и есть эпохи напряженные, «нагруженные» особым смыслом. «Хилиастическое сознание невосприимчиво… к процессу становления, для него существует лишь внезапность мгновения, преисполненная смысла "теперь"… нормативно-либеральное сознание также содержит эту качественную дифференциацию исторического процесса… различие заключается в том, что здесь полное осуществление идеала перемещается в далекое будущее и возникает в недрах становящегося здесь и теперь, в недрах повседневного, тогда как хилиаст связывает его с находящимся вне истории экстатическим переживанием», а потому можно сказать, что в течении времени есть особые точки, в которых смысл истории, ее конечные идеи проявляются с особой очевидностью, — они дают возможность «вечности» прорваться во временное. История дает различные примеры «поведения» религиозного утопического сознания, хотя в любом случае основная роль в осуществлении царства добра и справедливости отводится Божественному действию, при котором модель человеческого поведения с неизбежностью оказывается вариативной.

Наиболее ценным во всем этом «духовном производстве» остается призыв к нравственной чистоте, молитве и покаянию. Эти установки в определенных условиях, надо полагать, могут наполняться различным социальным содержанием — элементами либо социальной активности, либо эзотерического самоуглубления.

Главным же в хилиазме является представление о земном царстве. Переворот и потрясение, осуществленные Божественным действием, преобразят земную реальность и приведут к созданию рая на земле. Неокультистские варианты этой идеи достаточно разнолики при общем типическом родстве (земной рай). Характерной чертой (практически для всех неокультов) является способ производства — восстановление патриархального уклада жизни с его семьей-коммуной, которая ведет натуральное хозяйство вне городов (сгустков «зла» современной цивилизации). Это — первое. И второе, неразрывно с ним связанное, — партикуляризм: спасается лишь «верный остаток» праведников, проникшихся установками нового знания, истины. В этом плане харизматический лидер, носитель истины, понимается как носитель божественных смыслов-энергий, «проводник» между мирами — земным и божественным, который наставляет избранников божественным истинам и готовит их к спасению. Человеку остается лишь подготовиться к Божественному свершению «конца времен и сроков» — спасению, используя предлагаемые духовным наставником приемы и методы.

 

Журнал "Государство, религия, церковь в России и за рубежом", № 4 2010

www.mirvboge.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: