Мировоззрение: утраченное измерение?

В категориях: Политика, экономика, технология


Андрей Пузынин

 

События 22 июля, произошедшие в Норвегии, были главным потрясением этого лета. Тридцатидвухлетний Андерс Брейвик, осуществив взрыв зданий правительства в Осло, в результате которого погибло во-семь человек, и хладнокровно расстреляв шестьдесят девять человек в лагере Рабочей партии на острове Утойя, сдался полиции. Брейвик заявил полиции, что знает о том, что поступил по-зверски, но считает, что его поступок был вызван необходимостью. Брейвик планировал этот теракт на протяжении девяти лет и вложил в его осуществление 300 тыс. евро.

Как выяснилось позднее, упорство и хладнокровие Брейвика основывалось на его идеологической программе, озаглавленной «Декларация независимости Европы 2083 года». Член Европейского парламента Марио Боргезио очень положительно отозвался о содержании этого документа: «Некоторые изложенные им идеи хорошие, за исключением насилия. Некоторые из них просто замечательные».

Декларация Брейвика состоит из полутора тысяч страниц, ее суть сводится к тому, что основным врагом европейской христианской цивилизации является ислам и либеральный мультикультурализм, покоящийся на идеологии «культурного марксизма». Отстаивая христианскую идентичность европейского континента, Брейвик ссылается на российское прокремлевское движение «Наши» в качестве примера, достойного подражания. Действия, осуществленные им 22 июля, он рассматривал в качестве начала нового крестового похода за освобождение Европы от мусульман.

События, произошедшие в Норвегии, с особой остротой высветили фундаментальную важность и роль мировоззрения, на которое зачастую не обращают внимания евангельские верующие. Слова «христианство» и «христианский», как видится, имеют свое собственное значение для того, кто их произносит. Каждый наполняет их своим собственным смыслом по собственному желанию.

Однажды проректору одного из христианских университетов, кандидату наук, был задан вопрос: «Каким образом можно знать, что тот или иной преподаватель Вашего университета преподает свой курс на платформе христианского мировоззрения?». На него был дан следующий ответ: «Все наши преподаватели являются членами церкви». Является ли членство в церкви и даже активное служение в ней гарантом того, что наши мысли, слова, эмоции и образ жизни являются выражением христианского мировосприятия Бога, людей и мира? Настоящая статья посвящена анализу «мировоззренческого подхода» в восточном евангелическом движении. В первой части статьи мы сфокусируемся на теоретической составляющей. Во второй ее части мы проиллюстрируем различия двух мировоззренческих подходов на примере сравнительного их описания в области отношения христианства к психологии.

Краткая предыстория

Термин «мировоззрение» был впервые введен Иммануилом Кантом в работе «Критика способности суждения», написанной в 1790 году. Кант использовал это сложносоставное слово в простом и буквальном его значении, указывающем на способность человеческого разума выстраивать картину мира на основании его восприятия органами чувств. В XIX веке термин укрепился в немецкой философии, получив развитие в трудах крупных немецких философов, и перекочевал в другие европейские языки, одновременно выйдя за рамки сугубо философского его использования. В общем смысле слова, мировоззрение состоит из допущений и верований (не обязательно религиозного характера и зачастую неосознанных), благодаря которым человек определяет, понимает и строит свое отношение к жизни, миру, другим людям и Богу.

На протяжении большей части двадцатого века в России господствовало марксистско-ленинское мировоззрение, не только оказавшее значительное влияние на культуру, искусство, науку и образ жизни (и смерти) простых советских людей, но также ставшее важным фактором большой политики до и после Второй мировой войны. Падение СССР в 1991 привело страну в состояние идеологического вакуума, который быстро начал, наполняться разнообразными социально-политическими, культурными и духовно-религиозными продуктами, программами и проектами.

Протестанты по достоинству оценили открывшуюся возможность в деле евангелизации стран СНГ. В 1991 году Билли Грэм выступил в Москве перед пятью тысячами христиан, собравшихся вместе на проекте «Школа благовестия» из всех республик бывшего СССР. Он призвал их «использовать грандиозную возможность, предоставленную им Богом впервые за долгие годы». В следующем году д-р Грэм провел массовую, широкомасштабную и дорогостоящую кампанию «Возрождение-92», которая стала началом активной протестантской деятельности в России и странах бывшего СССР.

На волне массового евангелизма начала 90-х западная протестантская интеллигенция реализовала ряд образовательных и апологетических проектов, ориентированных на достижение Евангелием Иисуса Христа обитателей славянской университетской среды и интеллигенции. Наиболее интересным евангелическим проектом, с точки зрения рассматриваемой нами темы, является международный симпозиум «Человек и христианское мировоззрение», который ежегодно проводился в Крыму в период между 1995 и 2008 годами. Начало этого проекта было весьма впечатляющим — первый симпозиум проводился в здании Верховного Совета Крыма. Премьер-министр Автономной Республики Крым А. Демиденко торжественно провозгласил: «Поддерживаю идею выпуска нового альманаха по материалам этих международных конференций и надеюсь, что сборник вызовет несомненный общественный интерес». Начало регулярных слушаний Симпозиума в октябре 1995 года было включено в ЮНЕСКО в число десяти наиболее важных событий месяца.

За этот период времени было издано тринадцать номеров альманаха. На ежегодных симпозиумах рассматривались разные аспекты социальной, культурной и научной сферы: медицина, философия, глобальные проблемы, гуманизм и ряд других тем. По словам представителя оргкомитета симпозиума и члена редколлегии альманаха С.Л. Головина, организаторами этих ежегодных встреч ставилась двойная цель. С одной стороны, симпозиумы рассматривались как «краткосрочные миссии в племена интеллектуалов, дабы навести с ними профессиональные мосты для свидетельства о Христе. Главным было — завязать личные и профессиональные отношения. Игра велась по-честному — оргкомитет был сформирован по профессиональному признаку, в основном из профессоров-неверующих, хотя спонсировалось все из христианских источников». С другой стороны, целью альманаха было привлечение на симпозиум спикеров, жаждущих опубликоваться, и эта цель, по словам Головина, была достигнута. Отобранные христианские доклады впоследствии публиковались в интернете и в тематических сборниках. Ежегодные симпозиумы были своеобразной нейтральной диалоговой площадкой, организованной христианами для выражения своей позиции на социально значимые вопросы.

Несмотря на то, что многолетняя работа симпозиума была не столь эффективной с точки зрения заметного изменения стиля жизни его постоянных участников-нехристиан, его проведение способствовало снятию напряжения и негативного отношения к христианскому мировосприятию рассматриваемых на симпозиуме тем. Вне всяких сомнений, крымский опыт является важной вехой на пути диалога между представителями межконфессионального христианства и представителями разнородной светской культуры и науки в постсоветском контексте.

Христианское мировоззрение

Постоянный автор альманаха Джордж Кэриллей пишет: «На пороге двадцать первого века перед нами встает вопрос: какое мировоззрение должно восторжествовать? Это должно быть мировоззрение, которое учило бы нас, как нравственно использовать новейшие технологии для нужд человечества, а также как относиться друг к другу с уважением и состраданием, учитывая, что мы живем в этнически, религиозно и политически плюралистическом обществе... Авторы этого сборника, будучи серьезно обеспокоены, рассматривают разные темы с позиций конкретного мировоззрения. Они осознанно относятся к своему мировоззрению и понимают, каким образом оно формирует их жизни». (ЧХМ 1:6).

Итак, что такое мировоззрение согласно христианским авторам альманаха и каким образом оно себя проявляет? Чарльз Тэйбер поясняет: «Каждая серьезная идеология является попыткой объяснить реальность, особенно — реальность человеческого бытия, на наиболее доступном и глубоком уровне, насколько это возможно. Ее задачей является объяс¬нить мир, каким образом он стал таким и куда он идет, почему мир не находится в идеальном состоянии, — почему, например, в нем есть зло и страдание, — и объяснить, как достичь идеального состояния». Следует отметить, что Тэйбор фокусируется только на идеологической функции мировоззрения, упуская из вида его практический аспект.

Повествования, истории, рассказы

Проникнуть на мировоззренческий уровень можно через анализ повествований и историй, которые рассказывает человек, давая толкование событиям настоящего, прошлого или будущего. Тэйбер обращает внимание на то, что объяснительная сила мировоззрения выражается посредством повествовательного жанра: «Каждая идеология на простейшем уровне имеет свое выражение в форме некоего повествования. Я говорил выше, что идеология ставит своей целью объяснить реальность с точки зрения ее происхождения, развития и предназначения. А это, собственно, и есть историческое повествование по определению».

Согласно Тэйберу, истинное неупрощенное христианское повествование заимствовано из Библии, всеобъемлющая структура которой включает в себя историю от сотворения мира до его завершения. В оставшейся части своей работы Тэйбер фокусируется на ключевых вехах библейского повествования: сотворение благим Богом вселенной, грехопадение, неспособность человечества самостоятельно управлять вселенной без участия Бога, активное участие Бога в процессе восстановления Своего непокорного царства и возрождение человечества. Стоит расширенно процитировать пятый пункт, который находится в центре христианского повествования: «Бог завершил процесс откровения, послав на землю Своего Сына, Иисуса из Назарета. Через Свое непорочное зачатие и чудесное Рождение, а также через Свое человеческое наследие как потомка царского дома Давида, Иисус представлял Собой завершение обещаний Бога Израилю и всему человечеству. Иисус совершил три вещи в истории человечества для осуществления замысла Бога: (а) Он представлял Бога в Его совершенстве и человечество в его реальной лучшей форме, (б) Он учил, чем является Царство Божие, и предлагал людям войти в него, (в) Он умер, восстал из мертвых и вознесся на небеса. В Своем последнем деянии Иисус завещал Своим последователям продолжать показывать и провозглашать Его Царствие и приглашать людей всего мира стать Его последователями и соучастниками Его Царствия. Он послал Свой Дух направлять их и придавать им силы в их деяниях. И обещал прийти снова, во время непредсказуемое людьми, для завершения Своей работы и установления Своего Царствия на земле на вечные времена.

Показательно, что характерной чертой христианского повествования является (к большому сожалению, не всегда и не у всех христиан) его (а) смиренная самокритичная рефлексия: «Церковь в своем историческом развитии иногда была верна этому завету, но чаще — нет. Иногда она чувствовала себя в мире "как дома", слишком уютно, чтобы бросать миру вызов; иногда она была запугана миром; иногда она была так глубоко коррумпирована в мире, что принимала на себя роль традиционной общественной религии, пытаясь дать священное обоснование сложившемуся положению вещей», и (б) универсальная значимость: «Вопросы и проблемы, которыми занимаются общественные науки и их приложения — вопросы и проблемы, которые собственно определяют эти науки, основываются на отчуждении от Бога, которое обсуждалось выше». Тэйбер заканчивает свою статью, поставив сильный акцент на исключительной важности восприятия реальности через призму библейского повествования: «Я делаю вывод: любая оценка положения человека, индивидуальная, коллективная, в мировом масштабе, которая не берет во внимание факты сотворенности, богоподобия и греховности человека и человеческих институтов, потерпит неудачу. И любой план устройства жизни человека, который не будет осуществляться с верой и надеждой на пришествие царства Божия, непременно обречен на провал в создании пригодного для жизни мира» (ЧХМ 1:26-33, 40).

Вопросы

Второй дверью в мировоззренческое пространство являются базовые вопросы. Основываясь на книге Дж. Сайра «Парад миров» (Спб: Мирт, 1997), В. С. Ольховский приводит показательный перечень вопросов, позволяющих определить установки того или иного мировоззрения: «Что такое первичная реальность?», «Что такое человек?», «Что происходит в момент смерти?», «Можно ли познавать окружающий мир и почему?», «Каково происхождение морали?», «В чем смысл человеческой истории?», «В чем смысл моей жизни?», «Откуда мы взялись?», «Зачем мы здесь?», «Куда мы идем?», «Почему человек обладает мудростью, но часто ведет себя безрассудно?», «Почему человек проявляет и творческие способности, и тягу к разрушению?», «О чем говорит наше стремление к истине и личной самореализации?» (ЧХМ 2:75-82). Такого рода вопросы и мировоззренческие повествования-ответы, рассмотренные выше, тесным образом связаны между собой: как правило, ответ на вопросы принимает форму повествования. Однако вопросы не всегда бывают осознанными. Разные мировоззрения дают разные ответы на эти вопросы, разные повествования формируют разные сообщества с разными ценностями, опытом и образом жизни.

Внутренне согласованная система, обладающая внешней объяснительной силой

Брюс А. Литтл рассматривает мировоззрение с точки зрения объяснительной системы, которая позволяет ему жить в этом мире с наименьшим дискомфортом и наибольшей уверенностью и надеждой. Он обращает внимание на то, что эта система должна быть внутренне согласованной и открытой для критики и проверки. Если свидетель в суде постоянно путается в показаниях и противоречит сам себе, отвечая на перекрестные вопросы, то внутренняя несогласованность его повествований может дисквалифицировать его как надежного свидетеля в процессе установления истины: «Адекватность мировоззрения держится на его истинности, его соответствии тому, что происходит на самом деле. Для определения этого выдвигаются четыре критерия, посредством которых можно узнать, насколько мировоззрение соответствует истине: логическая состоятельность, непротиворечивость, эмпирическая адекватность, способность объяснять происходящее и практическая применимость... Важно осознавать, что правильное мировоззрение обязательно должно охватывать как космологические, так и личные (психологические) измерения жизни. Это означает, что мировоззрение должно объяснять как материальные аспекты реальности, так и эмоциональные» (ЧХМ 4:65-71).

Открытость для внешней критики и проверки жизнью

С христианской точки зрения, любая мировоззренческая система должна быть не только внутренне согласованной, давая повествовательные ответы на насущные жизненные вопросы, но также быть способной непротиворечиво толковать публично доступные факты, выдерживать обоснованную критику, предоставлять веские контраргументы альтернативным толкованием фактов. На этом уровне действуют вопросы следующего рода: соответствует ли наше объяснение фактов действительности? Дает ли наше мировоззрение исчерпывающий ответ на наши вопросы и вопросы представителей других мировоззрений? (ЧХМ 1:74-75).

В конечном итоге, мировоззрение проверяется своей жизнеспособностью и преображающей силой на всех уровнях человеческого бытия, а не одной лишь рациональной аргументацией. К сожалению, в христианских статьях Альманаха, посвященных теории мировоззрения, делается чрезмерный акцент на интеллектуально-рациональной, идеологической функции в ущерб практике жизни. Следует отметить в этой связи, что христианство преображает не только умы людей, но и обладает силой преображать жизнь людей и сообществ во всей их целостности: их волю, эмоции, воображение, поступки, представления о благе, справедливости и красоте и т.д. Это был один из основных аргументов, которые использовал Иисус, предупреждая учеников об опасности, исходящей от лжепророков: «Доброе дерево приносит добрый плод... Каждое дерево узнается по плоду» Мф 7:15-20.

Указав на этот теоретический недостаток, следует отметить, что не-достаточно выделенный практический аспект преобразующей силы христианского мировоззрения представлен в номерах альманаха реалистично и честно: «Авторы-христиане вполне сознают те несоответствия между идеологией их мировоззрения и тем, как они претворяют ее в жизнь, но знают, кто они, куда они направляются и почему» (ЧХМ 1:6). Все тринадцать номеров свидетельствуют о том, что христиане способны аргументированно представить свою точку зрения по разным общественно важным аспектам человеческого бытия и практики.

Символы и ритуалы

Основным теоретическим изъяном Альманаха является упущение из внимания символического аспекта при анализе мировоззрения и его функций на теоретическом уровне. Символы и ритуалы являются важной видимой частью мировоззренческого айсберга. Собор Василия Блаженного, Кремль и Мавзолей с их соответствующими архитектурными достоинствами, являются символическим олицетворением и выражением государственной идеологии России прошлого и настоящего. Мишень атаки 11 сентября — башни-близнецы на Манхеттене — были избраны не случайно, поскольку они являлись визитной карточкой Нью- Йорка и видимым выражением американской идеологии с ее системой ценностей.

Пустой крест является основным символом христианства — он указывает на самую главную часть христианского повествования: Сын Божий был распят за грех мира и воскрес из мертвых. В православной традиции ритуальная и символическая составляющие являются основ-ной магистралью для проникновения в христианское мировоззрение: апогеем литургии является Евхаристия — приобщение к плоти и крови распятого, воскресшего и прославленного Христа. Отсутствие всякой

внешней символики в некоторых баптистских церквях можно истолковать как крайнюю реакцию на тенденцию к обрядоверию более широкого социально-религиозного контекста России. Не случайно в таких церквях в центре служения находится чтение библейского повествования.

В своей книге «Новый Завет и Божий народ» (London: SPCK, 1992) Том Райт дает следующую полезную иллюстрацию функций мировоззрения: 

Уникальность христианского мировоззрения

Эндрью Пэррис справедливо замечает, что «христианство, как и другие религии, учит, что есть Бог, сотворивший все, что все люди яв-ляются грешными и что существует добро и зло... Однако только христианство учит, что Бог, по Своей великой любви к нам, пришел в мир в Иисусе Христе... только христианство учит, что человек может воссоединиться с Богом не путем усердного совершения добрых дел, но лишь приняв Его дар, Его жертву — крестную смерть Иисуса Христа. Только Христианство учит жить по любви, подражая Богу, который Сам прожил на земле совершенную жизнь и тем явил и показал на практике, как различать добро и зло. Господь даровал христианам Библию и Церковь как основные источники, которые указывают на направление и критерии различения добра и зла (ЧХМ 4:83-90).

Джэймс Пэйтон в статье «Третьему тысячелетию — православное мировоззрение» указывает, что Апостольский Символ Веры является мировоззренческим повествованием, рассказывающим об отношении Триединого Бога к сотворенной Им и отпавшей от Него вселенной. В центре христианского мировоззрения находится не абстрактная идея, а живая Личность — Иисус из Назарета, воплощенный Сын Божий, «который превознесен и прославлен не только как Господь церкви, но и как Господь всего» (ЧХМ 4:95-105).

Владимир Соловьев в «Краткой повести об антихристе» наглядно иллюстрирует этот личностный центр христианского мировоззрения, на который указывает Пэйтон. В этой повести антихрист предстает в виде политического деятеля-гуманиста, заботящегося о благе всего человечества. Он готов идти на любые уступки церкви, пытаясь добиться признания его власти и делая церковь участницей его социальных преобразований. Он готов давать любые свободы в деле служения и проповеди, предлагать финансирование социальных, образовательных и исследовательских проектов и пр.

Согласно Соловьеву большая часть церкви — католиков, православных и протестантов — готова принять власть антихриста, поскольку не понимает главной ценности христианства. Он проницательно изображает момент разоблачения антихриста небольшой горсткой верных христиан: «Грустным тоном обратился к ним император: "Что еще могу я сделать для вас? Странные люди! Чего вы от меня хотите? Я не знаю. Скажите же мне сами, вы, христиане, покинутые большинством своих братьев и вождей, осужденные народным чувством: что всего дороже для вас в христианстве?" Тут, как белая свеча, поднялся старец Иоанн и кротко отвечал: "Великий государь! Всего дороже для нас в христианстве Сам Христос, — Он Сам, а от Него все, ибо мы знаем, что в Нем обитает вся полнота Божества телесно. Но и от тебя, государь, мы готовы принять всякое благо, если только в щедрой руке твоей опознаем святую руку Христову. И на вопрос твой: что можешь сделать для нас, — вот наш прямой ответ: исповедуй здесь теперь перед нами Иисуса Христа Сына Божия, во плоти пришедшего, воскресшего и паки грядущего, — исповедуй Его, и мы с любовью примем тебя как истинного предтечу Его второго славного пришествия". Он замолчал и уставился взором в лицо императора. С тем делалось что-то недоброе...».

2.    Гуманистическое мировоззрение: антропологический манифест

Академик крымской Академии наук, профессор Феликс Васильевич Лазарев являлся постоянным действующим участником и членом оргкомитета симпозиума «Человек и христианское мировоззрение», а также членом редколлегии одноименного альманаха. Несмотря на многолетнюю работу в рамках христианского проекта, профессор Лазарев твердо стоит на гуманистических позициях и верит в способность человека найти выход из сложившегося тупика собственными силами. После двенадцати лет работы в рамках мировоззренческого проекта он постулирует «Антропологический манифест» (ЧХМ 12:14-20).

Согласно данному манифесту для решения проблем человечества необходимо два основных ингредиента: 1) осмысление гигантского материала фактов и наблюдений в самых различных областях знаний, касающихся жизни человека, и, как следствие, формирование единой комплексной науки о человеке; 2) организационная финансовая и общественная поддержка со стороны государственных и неправительственных организаций для осуществления этой систематизации. По сути, манифест не является оригинальным, повторяя антропоцентрические максимы древних греков: «Человек есть мера всех вещей» (Протагор) и «Правильная жизнь является следствием правильного знания» (Сократ). В своей философской основе он созвучен предыдущим гуманистическим манифестам 1933, 1973 и 2003 гг.

В данной мировоззренческой конструкции нет места Творцу, перед которым мы несем ответственность, нет места Воплощению и Искуплению человечества. Творение, грехопадение, искупление и суд — не являются составной частью повествования этого мировоззрения. Для выхода из тупика, согласно этому повествованию, человечеству необходимо осознать себя частью природы и частицей Космоса и сформировать собственными усилиями экологическое и космическое сознание (ЧХМ 12:20).

Интересно отметить в этой связи, что сотрудничество с христианами не убедило крымского академика в философской серьезности и научной обоснованности богословского подхода к восприятию и толкованию мира. Он пишет: «Между тем, известно, что современная наука накопила гигантский материал фактов и наблюдений в самых различных областях, касающихся жизни человека, — медицине, биологии, валеологии, истории культуры, психологии и др. Существует многовековая традиция осмысления феномена человека в философии. Возникает настоятельная задача синтеза, обобщения и интерпретации всех этих накопленных знаний. Необходимы комплексные исследования, нужна единая наука о человеке. Очевиден факт, что возникла глобальная, общецивилизационная задача — направить творческие силы ученых-антропологов, культурологов, философов, психологов на систематическое комплексное исследова¬ние этой проблемы» (ЧХМ 12:19).

Как представляется, в расчет не принимается факт того, что мировоззренческие установки оказывают существенное влияние на выбор методов и параметров научных исследований, а также на толкование полученных данных. Не совсем понятно, каким образом решается вопрос многообразия конкурирующих научных теорий в рамках любой из отраслей знания.

Апостольское свидетельство о Распятом и Воскресшем и вновь Грядущем Христе не попадает в зону действия мировоззренческого радара данной идеологии. Антропологический манифест является также нечувствительным к фундаментальным вопросам бытия отдельно взятого человека: какой смысл моей жизни, если я всего лишь частица безликого космоса? Откуда мы? Есть ли жизнь после смерти?

В свете рассмотренного выше антропологического манифеста стоит упомянуть о результатах недавнего дорогостоящего проекта «Познание, религия и богословие», опубликованных в статье Science Daily от 14 июля 2011 года. Данный исследовательский проект возглавлялся двумя учеными из Оксфордского университета. Д-р Джастин Барретт и профессор Роджер Тригг занимались изучением вопроса «являются ли понятия "Бог" и "загробная жизнь" приобретенными или же эти концепции являются выражением человеческой природы?». Проект проводился на протяжении трех лет в двадцати разных культурах, включая атеистические страны. В нем принимало участие 57 исследователей, его общая стоимость составила 1.9 миллионов фунтов стерлингов (три мил¬лиона долларов).

В заключение оксфордские ученые пришли к выводу, что «люди предрасположены к вере в Бога и загробную жизнь, и что как богословие, так и атеизм являются логическими ответами на естественный импульс человеческого разума». Профессор Роджэр Тригг поясняет:

«Проект показывает, что религия — это не то, чем по воскресеньям занимаются некоторые избранные вместо игры в гольф. Мы собрали достаточно доказательств в пользу того, что религия является частью природы человека в разных культурах. Из этого следует, что все попытки подавить религию будут носить лишь временный успех, так как мысль человека уходит корнями к религиозным концепциям, таким как существование сверхъестественных сущностей или богов, а также возможности жизни после смерти или же до рождения».

Данное многомиллионное исследование, посвященное природе человека, указывает на то, что наука лишь подводит нас к порогу рели-гии, которая исключается в тексте антропологического манифеста. Как представляется, напрасными оказались усилия коллег-христиан на протяжении тринадцати лет издания альманаха указать на первостепенную важность богословских предпосылок при толковании реальности и невозможности выхода из тупика без помощи Божьего откровения в

Писании и Церкви, свидетельствующей о спасении через юродство кре¬ста, а также без активного действия Его благодати.

 

ФОРУМ 20. Двадцать лет религиозной свободы и активной миссии в постсоветском обществе. Итоги, проблемы, перспективы евангельских церквей. Материалы к дискуссиям

 

Мир в Боге

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: