Международный терроризм и СМИ: эволюция взаимодействия

В категориях: Политика, экономика, технология

Д.А. Журавлёв

За терроризмом прочно закрепилось понятие «оружие слабых». Только с помощью методов подпольно-диверсионной борьбы небольшая группка экстремистов в состоянии противостоять мощи государства и его правоохранительных органов. Но возможности террористической группы не идут ни в какое сравнение с силами государства до тех пор, пока в это уравнение власти не введен дополнительный коэффициент - деятельность СМИ. С самого начала публичность была одной из основ террористической деятельности. Религиозные секты древности совершали убийства на центральных площадях и оживленных улицах. Заявленное авторство совершенного теракта автоматически повышало рейтинг организации: как в глазах соратников по борьбе, так и среди противостоящих ей правоохранительных сил. Средства массовой информации - это тот механизм, с помощью которого самое незначительное событие можно превратить в явление вселенского масштаба. И именно эту особенность СМИ террористы всегда старались использовать.

Терроризм как коммуникация

Немаловажная особенность терроризма - его коммуникативная основа. Цель терроризма - добиться каких-либо изменений в существующем строе. Для этого необходимо как минимум артикулировать свое требование в системе политических коммуникаций. Маленькая группа подпольщиков вряд ли сможет добиться каких-либо перемен без как минимум нейтрального отношения общества к своей борьбе. Для этого его надо убедить в справедливости претензий террористов. «Предназначение теракта - передать определенное послание», - как отмечает известный исследователь терроризма Б. Хоффман1. Именно это и делает терроризм формой коммуникации. Авторитетные эксперты в области изучения коммуникационной составляющей терроризма А. Шмид и Я. де Грааф пишут: «Без коммуникации терроризма не может существовать»2.

Поскольку терроризм неразрывно связан с политическим действием, можно вслед за многими учеными, к примеру, Р. Крелинстеном, утверждать: «Терроризм - это форма политической коммуникации»3.

Власти неохотно допускают радикальные высказывания в СМИ, воспроизводящих основной дискурс власти о самой себе и окружающем мире. Террорист, таким образом, - это политический актор, который средствами угрозы и применения насилия, участвует в конкретном политическом дискурсе4. Властям невыгодны конкурирующие радикальные дискурсы еще и потому, что в современном информационном обществе глобальные информационные потоки и новые средства передачи сообщения (Интернет) все более размывают коммуникационную власть государства.

Вместе с тем средства массовой информации напрямую или косвенно зависят от государства и, как отмечает Филипп Шлезингер, «обычно СМИ выражают точку зрения властей во время освещения терроризма, независимо от типа политической системы государства, где они находятся, а мнения, отличные от правительственных, редко получают эфирное время»5.

Террористы стремятся достичь определенных целей, для чего им необходимо продемонстрировать свою власть, а власть невозможна без коммуникации. Как замечает Р. Крелинстен: «Если актор не имеет необходимого доступа к каналам коммуникации, он может создать новые каналы и новые институты»6. Именно этим, по сути, и занимаются террористы, поскольку власти в подавляющем большинстве случаев блокируют доступ радикальных групп к средствам массовой информации.

В итоге возникает следующая проблема: террористы могут получить доступ к каналам массовой коммуникации через СМИ, но лишь настолько, насколько это им позволяют сделать структурные особенности самих СМИ. «Террористы, - развивает свою мысль Р. Крелинстен, - создают параллельные каналы информации, которые вступают в противоречие с официальными заявлениями влас- тей»7. Значение «феномена параллельных историй»8 усиливается в том случае, если существует (часто оправданная интересами контртеррористических действий) задержка с передачей информации. Таким образом, одно из основных направлений борьбы с терроризмом перемещается в коммуникационную сферу, на уровень риторики и дискурсов.

Наиболее полно эти особенности проявляются в условиях кризиса, когда прямо сталкиваются интересы правительств и структурные факторы, оказывающие влияние на деятельность СМИ. Именно в этот момент существующий порядок может быть нарушен «успешным вторжением альтернативных дискурсов в СМИ»9.

Средства массовой информации являются главным проводником коммуникации. Поэтому «те, кто чувствует себя исключенным из коммуникационной структуры, стремится привлечь внимание СМИ посредством потрясающих воображение актов»10, - делает вывод Р. Крелинстен.

В общем и целом терроризм может рассматриваться как тактика, включающая использование или угрозу использования насилия с целью коммуникации. В связи с этим необходимо рассмотреть терроризм как коммуникационный процесс, а именно: выявить участников и рассмотреть модели коммуникации, задействованные ими.

Для любого коммуникационного процесса необходим адресат, а в случае с массовой коммуникацией - аудитория.

Обобщенную идеальную коммуникационную модель успешного теракта можно представить себе следующим образом: акция в наиболее чувствительной точке [отправление сообщения] ^ сообщение

об    акции в СМИ (прежде всего электронных) [трансляция сообщения] ^ обсуждение акции «аудиторией террора» [декодирование сообщения] ^ давление «аудитории террора» на власть [передача декодированного сообщения адресату] ^ уступки власти, легитимизация терроризма в той или иной форме [обратная связь]11.

Предполагаемая «аудитория» террористов меняется в зависимости от их целей, мотивов и задач. Это может быть правительство или политическая партия той или иной страны, конкурирующая этническая или религиозная группа, целая страна и ее граждане, наконец, международное общественное мнение. Теракт может совершаться либо в расчете на определенный сегмент аудитории, либо с целью воздействия на многие группы сразу12.

Аудиторию терроризма можно типологизировать в соответствии с разными критериями. По географическому принципу - местное население и мировое сообщество. По целевой установке - правительства (конечной целью терроризма является давление на власти стран), аудиторию, на которую непосредственно направлен теракт и собственно мировое сообщество. Причем необходимо заметить, что целевая аудитория может иметь двоякое измерение. В случае с этно- национальным терроризмом адресатами сообщения, передаваемого с помощью теракта, являются как этнос, от лица которого выступают террористы, так и представители враждебной этнической группы. Первых террористы хотят убедить в правоте своего дела и побудить к поддержке, а последних - запугать и вынудить пойти на уступки.

Аудиторию терроризма также продуктивно разделять на инсайдеров и аутсайдеров. Инсайдеры это участники движения или люди, активно сочувствующие и разделяющие его ценности. Аутсайдеры - это целевая аудитория и мировое сообщество.

Терроризм, как мы увидели, обладает свойствами коммуникативного процесса. Для передачи сообщения террористы используют СМИ. Особенности средств передачи сообщения неизбежно влияют на само сообщение. В этом и заключается известная формула Маршалла Маклюэна: «Средство коммуникации есть сообщение» («The medium is the message»)13. Следовательно, нам необходимо рассмотреть, каким образом эволюционировал терроризм с учетом развития СМИ.

Средства массовой информации прошли в своем развитии несколько ступеней, которые почти полностью совпадают с этапами в развитии терроризма.

«Революции в СМИ» и эволюция терроризма

Терроризм напрямую зависит от коммуникации, а следовательно, и от средств передачи сообщения. Возникновение новых СМИ (связанное в первую очередь с научно-техническим прогрессом) вызывало пусть и не мгновенное, но кардинальное изменение в системе коммуникаций. Вследствие глубинного изменения структуры коммуникации, вызванного подобными событиями, разумным представляется назвать их «революциями в СМИ». Сразу оговоримся, что новый этап в развитии не отменял использования коммуникационных моделей предыдущих этапов, а дополнял и временами видоизменял их.

Первая «революция в СМИ» - это появление типографского печатного станка (поначалу парового), произошедшее в первых десятилетиях XIX в. Соответствующий этап терроризма связан с деятельностью народовольцев и Боевой организации Партии социалистов-революционеров в Российской Империи, а также с действиями анархистов по всему миру. Уже тогда террористы понимали необходимость коммуникации с помощью СМИ: выпускали собственные листовки, желали благоприятного освещения своих действий в других печатных органах. Они понимали, что простая пропаганда действием неэффективна без пропаганды словом.

Вторая «революция в СМИ» произошла в конце 1960-х годов с запуском в США первого телевизионного спутника. Вместе с изобретением портативной видеокамеры и передатчиков, позволявших транслировать материал через спутник, это кардинальным образом изменило способы поиска и подачи новостей. Появилась возможность вести репортаж в прямом эфире.

Началом современного терроризма, в свою очередь, можно считать появление еврейского терроризма, направленного против колониальной власти Великобритании, препятствующей возникновению государства Израиль. Как пишет Б. Хоффман, «"Иргун" [еврейская террористическая группа] попытался обратиться к мировой аудитории, вынося локальный конфликт за пределы своей страны и даже метрополии»14. С этого момента важное (зачастую первое) место в деятельности современных террористических групп занимает интернационализация своей проблемы. Этого террористы пытались добиться в основном с помощью освещения своих действий в интернациональных (западных) СМИ. Еврейский терроризм и вызванный им палестинский стали образцом для большинства антиколониальных и этносепаратистских движений. С появлением на арене палестинских террористических группировок новый этап в развитии терроризма, связанный со второй «революцией в СМИ», развернулся в полной мере.

На рубеже 60-70-х годов XX в. палестинские группировки сделали ставку на проведение терактов в сферах, олицетворяющих высокие технологии (например, авиаперевозки). Датой появления на свет террористов нового поколения считается 22 июля 1968 г. В этот день три палестинских террориста из Народного фронта освобождения Палестины захватили авиалайнер израильской компании Эл Ал, следовавший по маршруту Рим-Тель-Авив15. Этот теракт получил широкую огласку.

Именно стремление к интернационализации проблемы посредством крупных актов и их освещению в СМИ привело к успеху палестинцев. Как заявляет Зеди Лабиб Терзи, в свое время главный наблюдатель Организации освобождения Палестины в ООН, «первые несколько случаев угона [самолетов] в большей степени оказали влияние на осознание проблемы, привлекая внимание СМИ и общественности всего мира, чем 20 лет выступлений в ООН»16.

В привлечении внимания мировой общественности палестинцы добились поразительных успехов. Как отмечает А. Глюксманн, «палестинская "поэзия", темная и мятежная, завоевала СМИ всего мира»17. Палестинцы, как ранее и израильтяне, поняли, что главное в их борьбе - это создание образа: образа себя, как борцов за справедливость; образ своей борьбы, как движения к свободе.

Одним из пиков палестинского терроризма был теракт на Олимпийских играх 1972 г. в Мюнхене. Не вдаваясь в подробности и абстрагируясь от моральной и этической стороны вопроса, можно заметить, что этот теракт стал величайшим успехом палестинцев. Весь мир напряженно следил за событиями в Мюнхене. И даже тот, кто никогда не слышал о палестинцах, теперь узнал о них очень многое. В массовом сознании возник образ, в котором смешивались не только трагедия и шок, но и заинтересованность. Террористы добились того, что, несмотря на глобальное осуждение теракта, о них и их проблеме заговорили.

Теракт в Мюнхене некоторыми авторами признан началом нового этапа в развитии терроризма - ТВ-терроризма18. Однако более логично видеть в Мюнхене лишь продолжение тенденций предыдущих 5 лет, чем событие, ставшее водоразделом. Точно так же нельзя говорить о том, что третья «революция в СМИ», произошедшая в 1980 г. с появлением CNN (первого новостного канала формата 24 часа в день / 7 дней в неделю), оказала значимое влияние на развитие коммуникационной составляющей терроризма. Террористы лишь стали в большем масштабе эксплуатировать особенности СМИ, такие как погоня за сенсацией и рейтингами. Логика же коммуникации осталась прежней. Террористы теперь стремились привлечь внимание CNN, поскольку этот канал стал оказывать серьезное влияние на формирование образа окружающего мира у лиц, принимающих решения, во многих странах. Эта особенность получила название «эффект CNN».

Новые вещательные технологии привели к возможности мгновенной передачи информации в эфир из любой точки Земли. Но зачастую, выигрывая в оперативности, новости теряют в качестве. Это оказало немаловажное влияние на терроризм и его восприятие обществом. По справедливому замечанию Б. Хоффмана: «Неясность определения того, что такое терроризм, поддерживается в том числе и СМИ, чьи попытки передать сложную и запутанную информацию со всего света при наименьших затратах эфирного времени привели к беспорядочному клеймлению словом "терроризм" проявлений насилия самого широкого спектра»19.

Кроме того, получив возможность практически мгновенной передачи информации, многие СМИ начали позиционировать себя как центр власти. Телерадиовещательные компании стали не только передавать новости, но и пытаться оказывать реальное влияние на политику властей, в частности в ситуации кризиса.

Теперь остановимся чуть подробнее на некоторых основных особенностях телевидения, которое на протяжении более полувека остается основным источником информации для большинства людей.

Несмотря на активное наступление Интернета, телевидение сохраняет свои позиции за счет большей доступности и дешевизны; более удобной для восприятия аудиовизуальной формы подачи информации; а также за счет большей структурированности в подаче основной информации. Газеты постепенно утрачивают свои позиции, однако их роль (в частности применительно к нашему анализу) в прошедшие десятилетия была чрезвычайно важной.

В качестве базовых характеристик телевидения в настоящее время можно выделить следующие. Во-первых, это акцент на развлекательный характер, а также на насилие и кровь. Во-вторых, выборочная передача новостей, которая определяется не только и не столько важностью передаваемой информации, сколько в том числе и такими соображениями, как стоимость освещения (комплексные затраты на производство медийного продукта), а также тем, «кто в данный момент находится на месте событий»20. В-третьих, существование новостных телеканалов формата 24/7, нацеленных на постоянную «погоню» за новостями.

Кроме того, скорость передачи информации изменила характер ответственности за ее появление в эфире - если раньше она лежала на редакторе в студии, то теперь, в большей степени - на корреспонденте «в поле». Данная особенность современных СМИ привела к тому, что некоторые авторы напрямую ставят вопрос о необходимости усилить функцию «сторожа» (gatekeeper) в СМИ (редактора, отвечающего за отбор сообщений и форму представления новостей), поскольку в итоге именно они (редакторы) определяют то, каким образом и в каких выражениях будет передано сообщение о терроризме21.

В этих обстоятельствах подача новостей обусловлена, прежде всего, скоростью передачи информации в эфир или печать, а также поиском дополнительного материала для оправдания расходов и потраченного труда и последующего заполнения ниши в эфирном времени или печатной странице. Подобная ситуация, хоть и непреднамеренно, просто создана для манипуляций и замыслов террористов22.

С появлением Интернета связана четвертая «революция в СМИ», ставшая подлинной революцией в средствах массовой коммуникации. И одновременно с развитием Интернета шло становление «нового терроризма», которому присущи следующие черты:

1)    преобладание в качестве основной организационной формы - сетевой;

2)    первостепенное значение религиозного терроризма, в том числе радикально исламистского (джихадистского);

3)    новое отношение к насилию - ориентация на акции террористов-смертников;

4)    значительная роль информационных и коммуникационных технологий;

5)    объединение посредством религиозно-мировоззренческих, а не конкретных политических установок;

6)    меньшая зависимость от поддержки со стороны государств;

7)    апелляция к глобальной аудитории единоверцев и единомышленников.

Появление сети Интернет привело к возникновению термина «новые СМИ», включающие в себя новые средства массовых коммуникаций (в первую очередь, сам Интернет). Также термин «новые СМИ» частично применим к интернет-сайтам телеканалов и газет. Вместе с тем логика построения новостных сообщений на сайтах газет, телеканалов и служб новостей осталась той же, что существовала до появления Интернета. Особенности «новых СМИ» тесно переплелись с характеристиками «нового терроризма» в наши дни.

«Новые СМИ» и «электронный джихад»

Три новые технологии 1990-х годов позволили террористам вырваться из мертвой хватки коммерческих и государственных СМИ в сфере массовых коммуникаций - это Интернет, дешевое и быстрое производство и размножение видеопродукции; возможность эксплуатации частных ТВ-станций террористами.

С развитием «новых СМИ» и распространением передовых технологий «традиционных СМИ» на весь мир, экстремистам уже не обязательно было обращаться к западным СМИ посредством тех каналов коммуникаций, которые они использовали в 1970-1990-е годы.

Среди «традиционных СМИ» особняком стоит канал «Аль- Джазира», чье влияние на формирование повестки дня в странах «Большого Ближнего Востока» оказалось столь велико, а представленный в эфире спектр мнений столь широк, что исследователи даже говорят о возникновении «эффекта Аль-Джазиры»23, названного по аналогии с «эффектом CNN».

Сеть Интернет стала кардинально новым средством массовой информации. Она - яркое проявление информационных сетей, которые опутывают весь мир, делая его все более «тесным».

Террористы активно эксплуатируют следующие особенности Интернета: легкий доступ; незначительные масштабы регулирования и цензуры со стороны государственных органов или полное отсутствие подобного контроля; потенциально огромные масштабы аудитории; анонимность коммуникации; быстрая передача информации; мультимедийность среды, позволяющая комбинировать различные типы информации: текстовую, графическую, аудио и видеоматериалы. Также Интернет позволяет преодолеть то, что Дороти Деннинг назвала «управление восприятием - то есть террористы могут позиционировать себя точно такими, какими хотят казаться, без фильтров, налагаемых традиционными СМИ. Интернет также позволяет создавать ажиотаж в сети относительно нужных террористам аспектов событий24. При использовании Интернета террористы получают возможность еще больше влиять на освещение своей деятельности в традиционных СМИ, поскольку последние часто обращаются к сайтам террористических движений за информацией25.

Однако использование Интернета террористами связано с рядом проблем. Предоставление текстовой информации и фотографий может происходить практически мгновенно. Размещение же видеокартинки сопоставимо по скорости с телевизионным освещением события. И дело здесь не в скорости загрузки видеоматериала на сайт, а в том, что любой видеоматериал, выпускаемый с серьезными целями, должен быть подвергнут монтажу.

В самом общем виде Интернет нужен террористам для следующих целей: получение информации; общение участников террористических организаций, обмен опытом и т. п.; пропаганда; рекрутирование; обучение новых рекрутов; сбор средств (от предложений пожертвовать с помощью SMS до продажи атрибутики движений); планирование операций26.

Использование исламистами (джихадистами) Интернета получило название «киберджихад» или «электронный джихад»27.

Аксиома эпохи телевидения: «Если тебя нет на экране ТВ и на страницах газет - ты не существуешь», - во многом была заменена в наши дни аксиомой эпохи Интернета: «Если ты не в сети, ты не существуешь»28.

По мнению исследователей, «с момента потери Афганистана как физического убежища, Интернет стал для Аль-Каиды прибежищем виртуальным»29.

На сайтах террористы часто используют изображения, которые вызывают в памяти ассоциации с другими известными событиями: так фотография палестинского подростка, кидающего камень в израильский танк, вызывает в памяти изображение одинокого китайского борца за демократию, который встал на пути танка на площади Тяньаньмынь в 1989 г.30

Свободный характер Интернета привнес в дискурс террористов риторику свободы слова и проблем ее ограничения. Исследователь Б. Хоффман развивает эту идею: «Сайты Аль-Каиды и других движений предупреждают мусульман о том, что информация о джихаде контролируется, подавляется и подвергается цензуре на Западе или по указанию Запада в подконтрольных ему СМИ. "Наши враги, США, оказавшись неспособными победить моджахедов на поле боя, - гласит одно из заявлений, опубликованное в июне

2002    г., - с 11 сентября [2001 г.] пытаются заткнуть рот мировым СМИ. Чем сильнее Соединенные Штаты подавляют свободу слова, тем больше крепнет наша решимость нарушить тишину. Америка проиграет в свою очередь и медиа-войну"»31.

Проблемой, связанной с электронным джихадом, является масштаб влияния, оказываемого онлайн-СМИ террористов: их сайты регулярно закрываются, а информация доступна в первую очередь на арабском языке32. Только отдельные группы имеют Интернет- страницы на нескольких языках, апеллируя как к домашней, так и зарубежной аудитории.

Террористы не только создают собственные сайты и службы новостей, преодолевая уже упомянутый эффект «управления восприятием», но и идут дальше в плане использования новых информационных технологий. Хезболла даже выпустила компьютерную игру, которую Центральный Интернет-отдел разрабатывал два года33.

Использование Интернета как средства коммуникации определенным образом изменило коммуникационные стратегии террористов. Основные отличия состоят в следующем.

Во-первых, интернет-сайты террористических организаций меньшее внимание уделяют репрезентации насилия. Они выстроены по модели сайтов легитимных политических движений и партий, а основное внимание уделено описанию дела, за которое борются террористы, проблемам политзаключенных и свободы слова. Таким образом, террористы пытаются завоевать симпатии либеральной публики и правозащитников в западных странах. Именно поэтому на многих сайтах не публикуются сведения об ответственности за организацию терактов.

Во-вторых, большая часть наполнения сайтов террористических организаций состоит из справочных материалов, в первую очередь, по истории движения. Именно недостаточность освещения контекста отличает медийные репрезентации терроризма в традиционных СМИ. С помощью Интернета террористы пытаются компенсировать данный недостаток.

В-третьих, именно с помощью Интернет-сайтов, террористы могут мобилизовать публику на свою поддержку. Они призывают оказывать помощь в виде денежных пожертвований или ретрансляции идей террористов. С другой стороны, на подобных сайтах нечасто встречаются прямые призывы к насилию.

Подобный «пацифизм» связан в том числе с аудиторией, на которую ориентированы Интернет-сайты террористов. С одной стороны, это сторонники движения, для которых существуют арабоязычные версии сайтов. С другой это представители враждебной группы. С третьей, это международное сообщество, ради которого создаются версии сайтов на английском языке. Наполнение страниц зачастую различно для третьей группы и первых двух. Точно так же отличается и риторика: она жестче на арабо-язычных версиях сайтов34.

Выводы

Терроризм представляет собой форму коммуникации и пропаганды. Как коммуникационный процесс он обладает определенной аудиторией. Насилие в терроризме используется для передачи сообщения. Коммуникационная составляющая стала определяющей для любых политических действий, и терроризм здесь не исключение.

Терроризм и СМИ неразрывно связаны между собой. Терроризм развивался параллельно со средствами коммуникаций, и его формы менялись вмести с ними. Основное качественное изменение произошло с появлением современного телевидения (с возможностью выхода в прямой эфир через спутниковую связь) и новостных каналов формата 24/7. Эпоха телевидения была связана с революционным и этнонациональным терроризмом, а наступающая эпоха Интернета - с сетевыми радикальными исламистскими (джиха- дистскими) организациями.

Таким образом, эволюция средств коммуникации шла параллельно с развитием терроризма, а зачастую обуславливая его. Именно Интернет, как наиболее развитая и «чистая» форма коммуникации, в значительной мере соответствует целям террористов. С другой стороны, Интернет является средством «добровольного» потребления информации - никто не заставляет сознательно искать сайты радикальных движений или посещать экстремистские форумы. Именно поэтому появление «новых СМИ» не отменило использование «традиционных», а «киберджихад» не подменил собой стремление террористов получить освещение своих действий в «традиционных СМИ».

Примечания

1    Хоффман Б. Терроризм - взгляд изнутри. М.: У-Фактория, 2003. С. 191.

2    Цит. по: Hoffman B. Inside Terrorism / Rev. and expanded ed. N.Y.: Columbia University Press, 2006. P. 225.

3    Crelinsten R.D. Terrorism as Political Communication: The relationship between the Controller and the Controlled // Contemporary research on terrorism / Ed. by Paul Wilkinson and Alasdair M. Stewart. Aberdeen: Aberdeen University Press, 1987. P. 6. См. также: Оганян Р. Театр террора. М.: Грифон, 2006. С. 20; Тре- бин М.П. Терроризм в XXI веке. Минск: Харвест, 2003. С. 19.

4    Crelinsten R.D. Power and Meaning: Terrorism as a Struggle over Access to the Communication Structure // Contemporary research on terrorism / Ed. by P. Wikinson and A.M. Stewart. Aberdeen: Aberdeen University Press, 1987. P. 419.

5    Picard RJ. News Coverage as the Contagion of Terrorism: Dangerous Charges Backed by Dubious Science / Paper presented at the 69th Annual Meeting of the Association for Education in Journalism and Mass Communication. University of Oklahoma. 1986. August 3-6. 21 p. [Электронный ресурс]. URL: http://www. eric.ed.gov/ERICDocs/data/ericdocs2sql/content storage 01/0000019b/80/2f/ 59/32.pdf. P. 16. (дата обращения: 02.03.2009).

6    Crelinsten R.D. Power and Meaning. P. 420.

7    Crelinsten R.D. Op. cit. P. 424.

8    Lukaszewski J.E. The media and the terrorist: a dance of death. [Электронный ресурс]. URL: http://www.e911.com/speeches/mediaandterrorists.html. (дата обращения: 02.03.2009).

9    Crelinsten R.D. Op. cit. P. 421.

10    Ibid. P. 420.

11    Weimann G. Mass-media theater // Foreign Policy Agenda. 2007. May. Vol. 12. No. 5. P. 29; Холмогоров Е. Террор. [Электронный ресурс]. URL: http://www. strana-oz.ru/?numid=4&article=224. (дата обращения: 02.03.09).

12    Хоффман Б. Разновидность психологической войны. [Электронный ресурс]. URL: http://www.america.gov/st/peacesec-russian/2008/September/2008101 6115001SrenoD0.3957178.html. (дата обращения: 02.03.2009).

13    См.: Маклюэн Г.М. Понимание Медиа: Внешние расширения человека. М.; Жуковский: Канон-пресс Ц, Кучково поле, 2003. С. 9-26.

14    Хоффман Б. Терроризм: взгляд изнутри... С. 60.

15    Dunne T. Terrorism and the News Media. 77 p. [Электронный ресурс]. URL: http://www.rusi.ca/ns/Terrorism%20and%20the%20Media.pdf. P. 9. (дата обращения: 02.03.2009).

16    Хоффман Б. Терроризм: взгляд изнутри... С. 79.

17    Глюксманн А. Философия ненависти. М.: АСТ: АСТ МОСКВА: Транзиткнига,

2006.    С. 78.

18    Dunne T. Op. cit. P. 14.

19    Там же. С. 5.

20    Хоффман Б. Терроризм: взгляд изнутри... С. 171-172.

21    См. напр.: Bowdish R.G. Cerberus to mind: media as sentinel in the fight against terrorism. [Электронный ресурс]. URL: http://www.ccc.nps.navy.mil/si/2006/ May/bowdishMay06.pdf. (дата обращения: 02.03.2009).

22    Хоффман Б. Указ. соч. С. 172.

23    Dunne T. Op. cit. P. 32-33; Подробнее об этом см.: SharpJ.M. The Al-Jazeera news network: opportunity for challenge for U.S. foreign policy in the Middle East / CRS Report for Congress. RL 31889. 2003. 14 p.; Sharp J.M. The Middle East Television Network: An Overview // CRS Report for Congress. RS 21655. 2005. 6 р.

24    Цит. по: Hoffman B. Op. cit. P. 202.

25    Weimann G. www.terror.net: How Modern Terrorism Uses the Internet / Special Report. United States Institute of Peace. [Электронный ресурс]. www.usip.org/reports. (дата обращения: 02.03.2009).

26    См.: Thomas T.L. Al Qaeda and the Danger of «Cyberplanning» // Parameters.

2003.    Spring. P. 112-123.

27    Подробнее см.: Bunt G.R. Islam in the digital age: e-jihad, online fatwas and cyber Islamic environments. L.; Sterling: Pluto Press, 2003. 246 p.; Corman S.R., Schiefelbein J.S. Communication and Media Strategy in the Jihadi War of Ideas / Consortium for Strategic Communication, Arizona State University. Arizona, 2006. 24 p.

28    Hoffman B. Op. cit. P. 206.

29    Ibid. P. 214.

30    Ibid. P. 211.

31    Ibid. P. 215.

32    Подробнее также см.: Rogan H. Abu Reuter and the E-Jihad // Georgetown Journal of International Affairs. Summer 2007. Fall. P. 89-96.

33    Hoffman B. Op. cit. P. 209.

34    См. Tsafti Y., Weimann G. www.terrorism.com: Terror on the Internet // Studies in Conflict & Terrorism. 2002. Vol. 25. P. 317-332.

 

В Е С Т Н И К Р Г Г У № 14/09 Научный журнал Серия «Международные отношения. Регионоведение» Москва 2009


Мир в Боге

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: