Духовные источники благотворительности богачей

В категориях: Движение все – но цель еще лучше


ИГОРЬ СОХАНЬ

 

В теории благотворительности, которая рассматривается в данной статье, внимание акцентируется преимущественно не на фискальных функциях государства и не на деятельности благотворительных фондов, которые, по сути, представляют собой крупные или мелкие неприбыльные организации и подчиняются известным законам, и не на роли благотворительности в современном обществе (так как общества могут быть разными и, в зависимости от общества, благотворительность может быть эффективной, может и не быть таковой), а на психологии, философии, вере, целях и надеждах людей, которые решились совершить пожертвования в свободном обществе.

Таких людей условно можно разделить на две категории: 1) совершающие добродетельный поступок ради налоговых выгод (перечисляют средства на счет фонда, который занимается определенной деятельностью (помогает голодным детям, беженцам или бездомным), но сами не следит за деятельностью таких фондов); 2) отказывающиеся от какой-то суммы денег ради убеждений: религиозных, добродетельных, человеколюбивых и не преследующие никаких иных целей, хотя, возможно, они и реализуют налоговые льготы, если они по закону положены дарителю (такой благодетель обычно более вдумчиво относиться к выбору фонда). Есть, однако, исключительный слой жертвователей, принадлежащих ко второй названной категории, которые решили совершить истинную жертву, отказываясь от многого, в чем, возможно, потом будут нуждаться сами (или их наследники). Разобравшись в причинах такого исключительного поступка, мы сможем понять, почему другие жертвуют меньшим, но все равно - совершают поступок, жертву, отказ, принимают личное решение, свидетельствующее о том, что человеку нужно больше, чем он имеет, и чтобы получить это, он иногда готов пожертвовать абсолютно всем.    

В истории благотворительности известны случаи, когда отдельные успешные, богатые граждане жертвовали состояние на благотворительные цели. С одной стороны, это были такие люди, как «исторический человек» Генри Форд, основавший благотворительный фонд, который должен был находиться под контролем семейства Фордов, или в дореволюционной России подобный Форду, но не во всем - П.М. Третьяков, потративший жизнь на создание теперь уже всемирно известной художественной галереи, где собраны самые лучшие образцы русского искусства. Говорят, что Третьяков эксплуатировал художников, наживался на их работе, потому что платил очень мало, и бедные художники вынуждены были соглашаться, зато потом они могли использовать факт, что картины были куплены и представлены в галерее Третьякова.

Жертвователи типа Третьякова - это подвижники, их трудно осуждать за то, что они делали. Павел Михайлович Третьяков с молодых лет собирал живопись, первые картины приобрел, когда ему было 24 года, и уже через четыре года на всякий случай написал завещание: «Для меня, истинно и пламенно любящего живопись, не может быть лучшего желания, как положить начало общественного, всем доступного хранилища изящных искусств, принесшего многим пользу, всем удовольствие». Благодетели типа П.М. Третьякова и его родного брата С.М. Третьякова – со основателя галереи, с юных лет сознательно приносили жертву и служили добродетельным целям. Можно сказать - это классические благотворители и меценаты.

Что делать человеку, который добился самых высоких успехов в жизни? Что нового появилось у тех, кто этого добился в тридцать лет? Раньше это удавалось только очень немногим, так как обычно богатство в молодости доставалось по наследству. Например, П.М. Третьяков, как бизнесмен, был достойным наследником коммерсанта-отца. Теперь многие современные молодые бизнесмены сами стали легко добиваться колоссального финансового, делового успеха. Интересно, чем они будут заниматься позже? Пойдут в политику, как, например, это случилось в постперестроечной России в новейшее время? Или самые успешные молодые бизнесмены займутся спортом? Купят футбольный клуб? Или будут соперничать друг с другом, конкурировать между собой в постройке художественных галерей, как молодой мексиканский миллиардер Лопес, который давно слывет меценатом и, подобно русскому Третьякову, с юных лет поддерживает современное мексиканское искусство. А недавно его старший товарищ, мексиканский миллиардер меценат Карлос Слим, чье состояние однажды сделало его самым богатым человеком планеты (вознесло выше Билла Гейтса и Уоррена Баффета), открыл художественную галерею Soumaya Museum.

Обладатели уникальных состояний ищут пути самовыражения, стремятся понять, что великое и значительное они должны сделать, чтобы оказаться достойными того богатства, которое на них по разным причинам свалилось. Мексиканских меценатов, действующих по законам прошлого, можно противопоставить паре современных американских парней - друзей-благотворителей: Уоррену Баффету и Биллу Гейтсу, которые без обычной для многих имущих скрытой ревности друг к другу вместе решили последовательно и сообща делать одно дело. Баффет отдал свое состояние в руки Билла, а Билл не стал отказываться. Понимая, что должен сделать, ушел с работы и принял в управление дар. Поступок беспрецедентный. В истории известны случаи, когда состоятельные люди отдавали богатство другим (посмертно), но чтобы богатый человек отдал все свое имущество другому тоже богатому человеку за просто так, ради ближних - такого еще никогда не было. Хотя в истории, возможно, было всякое. Если перефразировать известное выражение Лютера «спастись можно только верой», можно сказать: теперь спастись можно и деньгами, потому что деньги уже не то адское зло, что было раньше, и никого не сжигают, бизнес работает не во вред людям.

Оказывается, деньги возникли и существуют, чтобы простым людям стало жить хорошо. Деньги спасают всех. Это самый эффективный современный инструмент всеобщего спасения! Это звучит кощунственно и совсем отличается от того, что говорили раньше: что деньги - мусор, грязь, что они губят мир, и только благотворительность, справедливое распределение доходов между гражданами, только работа ради людей, а не ради денег - единственное спасение. Но современные бизнесмены доказали, что деньги произошли не от дьявола, хотя, конечно, никто не знает, откуда они произошли... Деньги - это пустота, которая может быть и всем и ничем, в зависимости от того, как на деньги смотришь и как ими распоряжаешься. Если исследовать вопрос «Что спасает?», наверное, можно найти много неожиданных ответов и решений. В этой статье обсуждается только одно решение: с помощью успешного бизнеса, с помощью денег, а значит - благотворительности.

Господа Гейтс и Баффет, сами того не замечая, поменяли отношение к деньгам. Деньги после них стали уже не такими деньгами, которые зарабатывали раньше миллионы других капиталистов, недоплачивая наемным рабочим, вынуждая массы тружеников работать за минимальную зарплату, как проклятых каторжников. Теперь деньги очистились, они стали работать в свободном мире, создавать благосостояние миллионов, и каждый теперь может спросить: «Зарабатываешь много, а на что, скажи, тратишь?» Раньше, до Билла и Уоррена, таких вопросов не задавали. Заработал человек копеечку или рублик (центик или доллар) - честь и хвала! Богатому всегда и везде были почет и уважение. А теперь каждый спросит: «Какой ты на самом деле с этими деньгами человек? Какой ты бизнесмен? Сорвал банк, получил свои миллиарды и убежал? А куда убежишь? К кому? От кого?» Мир изменился. Хотя в чем-то мир остался прежним. Благотворительные люди всегда были одинаковы и мало чем отличаются.

Самый богатый современный благотворитель Уоррен Баффет, в сущности, ничем не отличается от прежних благотворителей, он поступил как простой верующий христианин, который еще в древние времена тайно вечерами приносил свой дар, свою жертву: две-три копеечки, цент, сантим, песо, шиллинг в церковь и незаметно клал на алтарь, чтобы священник, слуга божий, потом сам распределил дарованное по назначению. Даритель не знал, когда, кому и как поступит его дар, и не участвовал ни в выборе, ни во славе, ни в благодарностях. Даритель верил церкви и доверял ей свои жертвованные излишки. Только в современном мире почему-то случилось необычное: Баффет не доверил все деньги церкви, а сам решил выбрать священника, которому может передать созданное им богатство, чтобы тот распределил между страждущими и заключил контакт с распорядителем-священником (это Билл Гейтс!), как будто доверял свое самое главное предприятие главному менеджеру, а не слуге Господа. (Условия этого договора очень сложные, многоэтапные, трудно сказать заранее, какие будут результаты, но, на первый взгляд, кажется, что это была исключительно сложная, но блестяще выполнена юридическая работа). Как показали последние исследования, религиозная жизнь современных американцев очень подвижна: более четверти сами решили изменить веру, в которой были рождены, ушли из церкви, к которой принадлежали с детства, избрали другую религию, конфессию или перестали относить себя к какой-либо церкви. Это свидетельствует о том, что современный человек на Западе продолжает искать веру, ищет религиозные ценности.

Вопросы, которые будут обсуждаться дальше, во многом спорны. Не так много было сделано попыток понять, что происходит с успешным человеком в современном мире. Трудно поймать, остановить таких людей, чтобы расспросить и «влезть в их душу». Богатый человек - это, с одной стороны, публичная личность, о которой за ужином говорят все, как о знаменитом актере, с другой стороны, - это человек, который заработал капитал не на публичности, и у него достаточно средств, чтобы создавать «свою» приватную жизнь, свою глубокую внутреннюю личность в секрете от «желтой прессы» и «соседей». В данной статье мы не преследуем цели разбираться, кто и как заработал какие деньги. Интересно понять, почему, кто и как тратит деньги на благотворительность? Это сложный вопрос. Благотворительность бывает разная! В последнее десятилетие многие молодые бизнесмены пытаются строить бизнес как благотворительность, другие уходят из бизнеса в благотворительность и пытаются сделать благотворительную деятельность прибыльной за счет своего опыта, строят благотворительную организацию по принципу венчурной фирмы.

Крупных бизнесменов-благотворителей можно разделить, по крайней мере, на два класса: когда помощь оказывается анонимно, и когда это делается публично: все знают, когда, сколько и куда перечислил какой-либо богатый человек. Благотворительную помощь можно оказывать анонимно, но адресно, например, когда какой-то бизнесмен лично или через посредников помогает конкретному артисту или художнику. А можно отдавать деньги не анонимно, но безадресно, например, если крупный бизнесмен перечисляет средства в какой-то фонд и потом уже не может контролировать, как дальше расходуются средства, и на какие цели. Но есть и третий путь: не анонимный, однако и не безадресный. Такой путь выбрал Уоррен Баффет, заключив контракт с благотворительным фондом семьи Билла Гейтса на ежегодные перечисления некоторых крупных сумм в виде пожертвований. Кажется, что это очень щедрый, но в то же время умный ход. Дарующий, в результате всех этих ухищрений, уверен, что на всех этапах контролирует свой дар и следит, кому, через какие руки распыляется и попадет его добро. Однако только внешне кажется, что деньги просто перешли от одного богатого человека к другому. От Баффета к Биллу. На самом деле, это очень непростой вопрос, который может поменять основы современной западной цивилизации.

Западная цивилизация построена на принципе наследования, как на краеугольном камне. Поддержанию этого закона служила вся система государства. Если поменять законы наследования и начать писать в завещаниях черт знает что, можно расшатать всю западную цивилизацию. Благотворительность может разрушить современный мир. Наверное, может и спасти.

Процесс наследования богатства был коренным вопросом, который создавал современную цивилизацию. Кто наследник, какие у них должны быть права и обязанности - это создавало сложности и открывало новые возможности. Так возник современный буржуазный мир с торжеством закона, с адвокатами, с завещаниями и градацией наследников, с четко определенной процедурой наследования богатства: когда, кто, что должен получить и когда, сколько заплатить государству, которое охраняет право наследования. Новый будущий мир будет создаваться, отталкиваясь от других пониманий: кому доверять деньги, кто достоин стать финансовым наследником. Конкуренция государства, семьи, церкви будет доминировать в ближайшее время.

Баффет столкнулся с самым важным вопросом в благотворительности - с религией благотворительности, с вопросами веры. Кому поверить до «после-смерти», как знать, кто и по какому назначению будет распределять и направлять средства благотворителя, когда сам жертвователь уже не сможет решить - правильно ли использованы средства? В самом деле, что делать с деньгами «ушедшему на пенсию» богатому, состоявшемуся человеку? Если не знаешь, что делать, какой наказ оставить в завещании? Подарить все своим детям? Часто этот давно ожидаемый дар служит только во вред близким. Пожертвовать государству? Часто это идет во вред государству. Перечислить в благотворительный фонд и получить налоговые льготы, которые использовать в пользу прямых законных наследников? Но ведь никто не знает, как будет работать благотворительный фонд, когда наступит смертный час и будет ли исполнена воля завещателя - спонсора? Уйдет в другой мир человек, попадут его капиталы в какой-то фонд, но может фонд уже будет не тем, о котором мечтал даритель. Неужели завещатель должен следить за выбранным фондом, как мелкий инвестор следит каждый квартал за бюджетом выбранной корпорации или паевого фонда? Наверное, не только Баффет думал о том, кому достанутся его деньги, когда он не сможет (или решит, что уже не должен) сам ими распоряжаться. Об этом думают миллионы людей, которым есть что терять, которые заработали за жизнь какие- то деньги.

И большинство из этих простых людей сами не могут решить, куда эти деньги направить после того, как им самим эти деньги будут уже не нужны. Отдать государству? Или перечислить в благотворительные фонды? Отписать церкви? Или оставить детям, дальним родственникам? Завещать все состояние любимой собачке? В благотворительных организациях в современном мире владычествует бюрократия, и каждый понимает, что никто не может предсказать, какой будет бюрократия через сколько-то лет. Пример Баффета может оказаться заразительным, и все будут отдавать лишние центы и доллары Биллу, «доверяя только самым знаменитым». Так дело может дойти до истерики. «Отдай наследство Биллу и спи спокойно, уважаемый даритель!» - может стать лозунгом новой эпохи. Только случай Баффета отличается от случая «простого жертвователя», готового пожертвовать двести долларов, потому что мелкий жертвователь не может добиться контроля над распределением средств по назначению.

Никто еще не составлял справочник завещаний мелких и крупных завещателей, однако можно представить, что должно быть написано на первой странице: «НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ МОИ ДЕНЬГИ ДОСТАЛИСЬ ДАРМОЕДАМ!». Потому что деньги нужны не для того, чтобы покупать картофель-фри, бутерброды с бифштексами и сладкие газированные напитки. Кому- то деньги девать некуда, кто-то мечтает о деньгах, а для многих деньги - это итог всей жизни! Кому отдашь свои деньги - тому, считай, доверишь свою «историю», свою «судьбу», свое «предназначение». От большинства людей остаются только деньги, потому что мало кто живет в старости в доме отца - дом отца продают, и вырученные деньги пускают на другие проекты. В современном западном мире мало кому нужен «отчий дом, в котором провел лучшие годы детства». Живые деньги для большинства стоят больше «какого-то дома» (например, самый значительный благотворитель мира Баффет по-прежнему живет в том же доме, который сам купил в молодые годы. Это, наверное, тоже что-то значит!).

До Реформации благотворительная деятельность в западной Европе была под контролем церкви, затем государства, теперь сами бизнесмены в своей узкой масонской церкви избранных руководителей высшего класса хотят руководить благотворительной деятельностью, которая осуществляется за счет их средств.

Пока благотворительная деятельность крупных бизнесменов не мешает государству, государство не вмешивается, но как только Фонд Билла и Мелинды или иной подобный начнет завлекать массы простых донаторов, а в государственные закрома не будет поступать достаточно налогов и пожертвований, тогда возникнет конфликт, и он неизбежно возникнет рано или поздно. Тогда государство, возможно, перестанет поддерживать Билла, а станет поддерживать новые венчурные фонды типа Google.org, которые платят налоги, и запретит классические charity-фонды, пожертвования в которые освобождаются от налогов.

Уже сейчас можно заметить, что происходит нечто необычное. Меняются основы веры, потому что современный западный человек больше не ценит, не верит государству, церкви, часто сам ищет свою веру, и в этих поисках опирается на тех, кто оказался близок по духу. В таком случае, церковь и государство сливаются, объединяются в одном лице! Современный человек отдает таким друзьям не только деньги, а доверяет свою историческую судьбу, все свое протестантское предназначение. Если Билл Гейтс растратит впустую деньги Уоррена Баффета - это будет катастрофа для Уоррена! Значит, никакого предназначения не было у господина Баффета, и даром этот человек прожил жизнь: играл на акциях, выигрывал, проигрывал, занимался пустым делом, которым серьезный человек не будет заниматься. А добьется Гейтс успеха в своем фонде, поможет миллионам страждущих, тогда и все, что сделал мистер Баффет, оценят по достоинству, и жизнь великого бизнесмена приобретет иной смысл.

Кажется, это скорее торжествует византийский подход, а не европейский, не римско- католический. Потому что человек верит не церкви, не системе и иерархии, а другому человеку, ближнему. Ведь мог Баффет завещать все свои лишние миллиарды не другу Биллу, а направить десятью частями (церковными десятинами) в различные известные всем, прочные, устоявшиеся, уважаемые, надежные фонды: Армию спасения, Красный крест. И было бы почета ему намного больше, потому что крупные уважаемые фонды знают, как отблагодарить, умеют уважать дарителей. Он мог создать, наконец, какой-то благотворительный венчурный фонд, чтобы он разросся, выжил без посторонней поддержки и даже стал приносить прибыль. Баффет взял и не отдал! Отдал деньги Гейтсу.

Ясно, что здесь что-то нечисто. Кто и чем соблазнил Уоррена? Почему мистер Баффет даже не пытался построить художественную галерею, назвать роскошную постройку в честь детей или жены. Взял и отдал большую часть имущества другу Биллу! Как будто принадлежал к какому-то тайному благотворительному союзу, масонской ложе благотворителей XXI в. и выполнял какую-то религиозную миссию! Хотел продемонстрировать своей жизнью пример человека, для которого благотворительность стала не просто поступком и решением, а чем-то естественным, таким, как простая человеческая страсть.

 

2008, №3 ♦ НАУКА-КУЛЬТУРА-ОБЩЕСТВО

Мир в Боге

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: