Еврейский вопрос: как он в свое время помог России одолеть Наполеона

В категориях: Политика, экономика, технология


Кирилл Привалов

 

Заметную роль в тайной войне накануне вторжения войск Наполеона сыграли жившие на границе Российской империи евреи. В так называемой черте оседлости — от Бессарабии до Литвы — в начале XIX века проживали как минимум полтора миллиона евреев. Как только стало очевидным скорое вторжение Великой армии, раввин Шнеур-Залман (Алтер Ребе — на фото), духовный лидер белорусских и литовских хасидов, обратился к своей пастве с воззванием «усердствовать всеми силами российским военным командирам».

Почему эта национально-религиозная группа выступила на стороне русских? Дело в том, что еврейское сообщество России жило обособленно. «Черта оседлости» была не только формой дискриминации, но и системой защиты от чужого образа жизни. Всем внутри еврейского сообщества управляли кагал (совет общины) и раввинат (духовники). Евреев не призывали в русскую армию, они не платили налогов, им позволяли разные промыслы — скажем, винокурение. Контраст с судьбой соплеменников в наполеоновской Франции был разительным. В 1807 году Бонапарт собрал в Париже синедрион представителей еврейских общин и спросил их: «Кто вы — граждане или изгои?» В итоге евреев кооптировали во французское общество со всеми гражданскими правами и обязанностями.

Французские евреи пошли под знамена Великой армии, а русские решили: «Нас хотят уничтожить, разрушив традиции и веру предков». Неудивительно, что только под угрозой расстрела евреи в Белоруссии и Литве соглашались служить французам проводниками или снабжать оккупантов фуражом.

Заметной была роль российских евреев и в схватке разведок накануне и во время Отечественной войны. Вот что рассказал «Итогам» Петр Черкасов: «Работая в российских архивах, я натолкнулся на подборку документов. Это досье касалось «еврея Ушера Вольфа Мошковича Жолквера о награждении его за услуги, оказанные им в 1812 году». Оказывается, в 1811 году в штаб армии под руководством генерала Петра Багратиона был откомандирован полковник Турский. Задачей его было создать в приграничной полосе сеть информаторов, прежде всего из местных евреев. Из их числа быстро выделился своей активностью Ушер Жолквер. «В 1812 году, находясь за границею для секретных узнаний о движениях неприятеля, Жолквер был взят оным в плен», — сообщается в служебной реляции. Но разведчик успел свои записи уничтожить — съел их. Французы его избили и сожгли дом. Но не повесили — прямых доказательств вины Жолквера как шпиона не было. Короче, российский лазутчик выжил и потом сумел бежать. Помогал русским властям и во время наступления наших армий.

В январе 1825 года Ушера Жолквера лично приняли сперва начальник главного штаба генерал Иван Дибич, а потом и министр финансов Егор Канкрин. Домой Жолквер вернулся «облагодетельствованным». Ему выдали 300 рублей, что равнялось годовому жалованью капитана гвардии, и, главное, выписали паспорт на проживание в любой части Российской империи. Для бывшего разведчика «черта оседлости» стала прозрачной — невероятная привилегия в ту пору.

itogi.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: