Как можно было спасти казненных белорусских террористов

В категориях: События и вести

Лукашенко, как и Путин, ни при каких обстоятельствах не хочет считать себя слабаком

Дмитрий Герасимов

В Белоруссии расстреляли террористов, признанных виновными в совершении прошлогоднего теракта в минском метро. Президент страны Александр Лукашенко отказал им в помиловании. Во всем этом нет ничего удивительного, кроме одного – масштаба международного шума, поднятого вокруг этого дела.

Акции протеста против приговора прошли чуть ли не в половине европейских столиц от Лондона до Варшавы, и даже в Тель-Авиве. Белорусскую власть сегодня пинают везде: от Европарламента и Бундестага до российского телевидения. Мать одного из расстрелянных, Владислава Ковалева, называет своего сына «жертвой преступного режима»: «Ни Владу, ни Димке (Коновалову – Slon.ru) это не надо было, поймите!». Иностранные журналисты с удовольствием тиражируют эти заявления. Правда, семья Ковановалова от общения с прессой отказывается.

Я могу понять чувства матери, которая лишилась сына и которая до конца будет отстаивать его невиновность. Я могу понять европейских чиновников и дипломатов, для которых Лукашенко давно стал «преступником», и они готовы его винить во всех смертных грехах, не разбираясь в сути дела. По этой же причине я понимаю, почему о невиновности обоих твердят все оппозиционные политики Белоруссии.

Но я не могу понять тысячи белорусов, которые продолжают верить в то, что ни Коновалов, ни Ковалев не виноваты. Для меня их вина абсолютно доказана. Взять хотя бы полное видео допроса обоих во время очной ставки, на котором ясно видно, что Коновалов не только не пытается оправдаться, но еще и улыбается, получая удовольствие от происходящего. Независимая электронная газета «Ежедневник», которую всегда считали оппозиционной режиму, приводит мнения зарубежных экспертов-психологов, которые подтверждают, что на обоих террористов не оказывали сколько-нибудь значительного психологического или физического воздействия.

Для белорусского следствия это дело оказалось не таким уж сложным. Действия Коновалова, оставившего сумку на перроне, фиксировали не только камеры наружного наблюдения. Белорусский террорист №1 сразу после взрыва спокойно вышел из метро и пошел на съемную квартиру, засветившись на всех камерах, которые патрулируют все минские улицы. Его лицо есть на всех камерах, установленных на улицах. Собственно, свою вину Коновалов вообще не отрицал, а факт его знакомства с Ковалевым подтверждают близкие обоих.

Если смотреть на ситуацию со стороны, то, несмотря на некоторые темные «пятна», оставшиеся в этой истории, вина обоих неоспорима. Поэтому я решительно не понимаю, почему десятки людей носят цветы к дому Ковалева или зажигают свечи возле белорусского посольства в Москве. И уж тем более мне непонятна истерика белорусских властей по этому поводу: зачем задерживать и разгонять несогласных с тем, что в Белоруссии до сих пор не отменена смертная казнь? Зачем МВД спешно оправдывается и рассказывает, что за 13 лет в стране приговорено 102 человека, помиловано – 156?

Потому что белорусские пропагандисты, идеологи, милиционеры и все прочие «ответственные лица» катастрофически не умеют общаться с прессой и с обществом. После теракта в Минске для власти случилась настоящая PR-катастрофа. Почему видео в высоком разрешении, на котором можно разобрать лицо Коновалова, не показали по белорусскому телевидению? Почему там не выступали зарубежные эксперты и следователи, которые бы высказали свое мнение? Почему независимым журналистам не дают никакой информации, вынуждая их пользоваться слухами, хотя есть внятные доказательства?

В ситуации, когда власть привыкла подавлять инакомыслие, а не убеждать людей в своей правоте, такой катастрофы избежать было нельзя. После того как государственные телеканалы и газеты постоянно врали 17 лет подряд, люди в Белоруссии потеряли всякое доверие к официальным источникам информации даже в тех случаях, когда это доверие оправдано. Сегодня большинство белорусов поверит скорее сообщению на интернет-форуме, чем официальной информации.

Возникает еще один вопрос: почему Лукашенко не помиловал террористов? Ведь мог приятно удивить общественность и заработать очки на Западе. Но у Лукашенко свои принципы. Помиловать террористов для него сейчас – значит, признать свою слабость и намекнуть на то, что санкции Европы и шумиха на оппозиционных сайтах могут быть эффективны. А Лукашенко никогда и ни при каких обстоятельствах не хочет считать себя слабым. В этом смысле он – как Путин. И европейские политики, которых Лукашенко в разговоре с Доренко назвал безъяйцевыми, не могут заставить его что-то там сделать. Действительно, спасти жизнь хотя бы одного из приговоренных террористов – Ковалева – можно было только молчанием. А никак не апелляциями к Европе и ООН.

slon.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: