О домостроительстве церквей: пасторские послания апостола Павла

В категориях: Общество, Церковь и власть


Меррилл Тенни

Общий фон

Не существует последовательной истории, которая рассказала бы обо всем, что происходило с церковью после событий, описанных в Книге Деяний и до конца I века. Некоторые сведения о событиях этого периода могут дать только отдельные канонические книги, да в придачу к ним кое-какие намеки из писаний отцов. Проблему усложняет отсутствие достоверной информации о времени и месте написания этих произведений, так что почти невозможно реконструировать последовательную картину этой эпохи.

Явная перемена произошла после заключения Павла. Сам Павел изменился, как мы видим из Флп 3:12, он еще не был готов оставить свое призвание, но время было против него. В Послании к Филимону он называет себя Павлом-старцем (Флм 9), а в Послании к Филиппийцам намекает на то, что его смерть не за горами (Флп 1:20,21). Он все больше и больше полагается на помощь молодых сотрудников, которые оставались на свободе и лучше, чем он, могли продолжать работу.

Пасторские послания — 1-е Тимофею, Титу, 2-е Тимофею — относятся именно к этому периоду служения Павла. Их подлинность оспаривалась из-за стилистических, языковых и содержательных различий между ними и остальными писаниями Павла. Тем не менее, они все еще носят имя Павла, и их связь с его известной биографией достаточно прочна для того, чтобы принять его авторство, поскольку язык и стиль могли меняться с изменением возраста и обстоятельств. Между посланиями, написанными в тюрьме и во время путешествий, тоже существует заметная разница, так что различия между ними и пасторскими посланиями не удивительны.

Биографические данные, которые можно почерпнуть из них, как будто указывают на то, что он был оправдан на первом суде перед кесарем, и после этого еще некоторое время пользовался свободой служения. Первоначально он был намерен сам доставить пожертвования церквей из язычников в Иерусалим, а потом поспешить на запад, утвердить церковь в Риме и двинуться в Испанию. Прошло, по крайней мере, четыре года, пока он смог снова стать хозяином самому себе, но в конце концов он все же был освобожден. То, что говорится о его путешествиях в пасторских посланиях, не имеет ничего общего с тем, что сказано в Деяниях, следовательно, можно сделать вывод, что эти три послания писались позже, когда Павел снова начал путешествовать.

Хронологическая связь между пасторскими посланиями и посланиями, написанными из тюрьмы, проясняется благодаря тому, что написано о спутниках Павла. Многие из них упоминаются и в тюремных посланиях, но только находятся в других местах, а значит не в непосредственной близости от Павла. Тимофей был оставлен в Ефесе, когда Павел шел в Македонию (1 Тим 1:3), между тем как в последнем путешествии Тимофея вместе с Павлом, упомянутом в Деяниях, они двигались из Македонии в Асию (Деян 20:4-6), а Тимофей не оставался в Ефесе. Димас оставил Павла (2 Тим 4:10), а тюремные послания упоминают его среди тех, кто служил в Риме (Флм 24). Тит был оставлен на Крите (Тит 1:5), а потом пошел в Далмацию (2 Тим 4:10), но в Деяниях ни разу не упоминается о путешествии Павла на Крит, да и Тита не было с ним, когда он, наконец, пошел туда во время своего путешествия в Рим. Марк был в Асии (4:11), куда Павел рекомендовал его в одном из своих асийских посланий (Кол 4:10). Лука был все еще с ним (2 Тим 4:11). Тихик был послан с поручением в Ефес (4:5-12). Сам Павел посетил Ефес (1 Тим 1:3), Крит (Тит 1:5), Никополь (3:12), Коринф (2 Тим 4:20), Милит (4:20) и Троаду (4:13) и в настоящее время находился в Риме (1:17). Он был в тюрьме (1:16) и был почти уверен, что конец его жизни близок (4:6,7). Во всех отношениях ситуация отличается от той, что описана в тюремных посланиях.

Между пасторскими посланиями должен быть какой-то промежуток времени. Первое послание Тимофею изображает Павла путешествующим, полным сил, наставляющим своего молодого помощника в отношении обязанностей пастыря. Послание к Титу также весьма похоже на него. 2-е Послание к Тимофею, однако, звучит как прощание, так как Павел, видимо, не надеялся пережить зиму (2 Тим 4:21). Первое следствие, на котором его никто не защищал, закончилось в его пользу (4:17), но обвинители еще больше озлобились (4:14), и его осуждение и казнь оказались только вопросом времени. Нерон обладал очень неустойчивым характером, что делало шансы Павла на еще одно оправдание ничтожно малыми.

Пасторские послания образуют единую группу. Если основываться на их языковой и стилистической близости, то становится понятным, что они, несомненно, написаны одним и тем же человеком и при одних и тех же обстоятельствах. Поэтому они представляют собой хорошее основание для суждений о состоянии церкви в 60-х годах христианской эры.

1-е Послание к Тимофею

Итак, мы пришли к заключению, что Павел был оправдан в 60 или 61 г. н.э. после апелляции, поданной кесарю, и снова приступил к своей миссионерской деятельности. Вопреки первоначальным ожиданиям (Деян 20:38), он вновь получил возможность посетить церкви Асии. Там были допущены некоторые отступления, что видно из наставлений, которые Павел дает Тимофею, говоря: «Я просил тебя... увещевать некоторых, чтобы они не учили иному и не занимались баснями и родословиями бесконечными...» (1 Тим 1:3,4). Они желали быть учителями Закона, но были неопытны и не научены его таинствам (1:7). Помимо блуждающих умом там были еще и блуждающие морально, например, Именей и Александр (1:20), которые были наказаны самым суровым образом. Пустословие (1:6) и духовное крушение сопутствовали этим тенденциям.

Организация церкви становилась все сложнее и сложнее. В ней утвердились ответственные посты, которые стали желательны для тех, кто искал высокого положения. Главной целью стал престиж занимаемого местa, а не приносимая польза. Упоминаются епископы, диаконы и старейшины, хотя первые и третьи, вероятно, идентичны. Вдовы, жившие на иждивении церкви, «избирались» для какого-то общественного служения в общине (5:9). Собрания приобрели определенные регулярные особенности: молитва с воздетыми руками (2:8), безмолвие и подчиненность женщин (2:11), чтение, проповедь и учение (4:13), передача духовных даров через возложение рук (4:14). Когда в церковь пришло второе и третье поколение, богословские основания все больше и больше просто принимались на веру и теряли свою жизненность. Споры и разногласия возникали из-за расхождений во мнениях по любому вопросу, и ереси представляли все большую угрозу.

Биография Тимофея

Тимофей сам по себе был интересным человеком. Рожденный в Листре от отца-грека и матери-еврейки, он воспитывался в еврейской вере и был с детства наставлен в Писании. Павел сделал его своим помощником во время второго путешествия (Деян 16:1-3), и Тимофей с тех пор оставался с ним. Он участвовал в проповеди в Македонии и Ахаии и в течение трех лет помогал Павлу в Ефесе, где хорошо узнал город и нужды местной церкви. Он был в числе посланных на собор в Иерусалим (20:4) и, вероятно, на всем пути туда сопровождал Павла. Он был с Павлом в Риме во время его первого заключения, так как его имя встречается в Посланиях к Колоссянам (1:1) и Филимону (1). После освобождения Павла он путешествовал вместе с ним и был, по-видимому, оставлен в Ефесе, чтобы разрешить создавшиеся там затруднения, в то время как Павел посещал церкви Македонии. В последние годы жизни Павла он присоединился к нему в Риме (2 Тим 4:11,21) и сам пережил заключение (Евр 13:23), из которого его позже освободили.

Тимофей был человеком благонадежным, но не обладавшим сильным характером. Он производил впечатление незрелого человека, хотя ему было, по крайней мере, лет тридцать, когда Павел поручил ему быть пастырем ефесской общины (1 Тим 4:12). Он был застенчив (2 Тим 1:6,7) и страдал от какой-то болезни желудка (1 Тим 5:23). Адресованные ему послания были написаны с целью ободрить его и укрепить в выполнении важного поручения, данного ему Павлом.

Полный план этого послания невозможен из-за его разговорного стиля и личных интонаций. Некоторые фразы кажутся неуместными в контексте, как, например, совет: «Впредь пей не одну воду» (5:23). Такого рода советы характерны для личного разговора, когда говорящий по ходу дела вставляет какие-то замечания, не заботясь о придании им литературной формы. Вступление (1:3-17) набрасывает картину того срочного дела, ради которого Павел оставил Тимофея в Ефесе. Он приводит Тимофею на память свой собственный опыт как образец служения. Он часто напоминает Тимофею об обязанностях этого призвания (1:18; 4:6,12,16; 5:21; 6:11,20), как бы стараясь удержать его от отказа от трудного дела. Само же поручение, которое открывается словами: «Преподаю тебе такое завещание...» (1:18), относится к организационным делам в церкви. Вопросы призвания, структурные и связанные с вероучением проблемы обсуждаются открыто, организационные обязанности пастыря изложены ясно. В разделе личных увещеваний (4:6-6:19) Павел излагает отношение проповедника к его собственному служению и ко всем группам людей, имеющимся в общине, объясняя, как относиться к каждой из них. Последнее обращение к Тимофею как к мужу Божьему можно назвать классическим. Оно выражено четырьмя повелительными словами: убегай, держись, подвизайся и соблюдай (6:11,12,14), которые Павел использует, чтобы обрисовывать основы личной жизни служителя.

Послание к Титу

В хронологическом порядке Послание к Титу следует за 1-м Посланием к Тимофею. Оставив Ефес, Павел отправился в Македонию, а оттуда, возможно, переплыл на Крит, где уже побывал, направляясь в Рим. Тогда он, проведя там немного времени, оставил Тита завершать дело основания церкви и исправлять заблуждения. Возможно, Павел чувствовал, что у него осталось совсем немного времени, а он хотел еще возвратиться в Ефес, поэтому он говорит о последующей отправке Тихика на Крит (Тит 3:12). Его конечной целью был Никополь (вероятно, в Эпирии), где он намеревался перезимовать.

Положение на Крите было плачевным. Церковь не была организована, верующие вели себя легкомысленно. Если то, что сказано в главе 2, хотя бы отчасти указывает на то, в чем нуждалась церковь, можно заключить, что мужчины были распущены и легкомысленны, старицы сплетничали и упивались вином, а молодые женщины бездельничали и флиртовали. Быть может, проповедь Евангелия благодати создала у критян впечатление, что спасение по вере не имеет никакого отношения к трудолюбивой и нравственной жизни. Шесть раз (1:16; 2:7,14; 3:1,8,14) в этом коротком послании христиане призываются к добрым делам. Хотя Павел и говорит, что спасение не может быть заслужено добрыми делами (3:5), он так же энергично утверждает, что христиане должны творить добрые дела.

Беспорядки на Крите были вызваны сочетанием моральной распущенности, вызванной природными склонностями критян (1:12,13), и многочисленными спорами вокруг иудейских басен и постановлений, которые распространялись иудействующими (1:10), безбожными (1:16), непокорными (1:10), сеющими распри (1:11) и корыстными (1:11). Эти учителя отличались от тех, кто вносил беспокойство в галатийские церкви, тем, что их заблуждения носили моральный характер, тогда как у галатийцев вce сводилось к строгому законничеству. В этом же послании осуждается и то, и другое.

Как 1-е Послание к Тимофею, так и Послание к Титу писалось с целью наставить ученика-пастыря, которому приходилось разрешать трудные проблемы своей паствы. Адресат данного послания, Тит, был знаком Павлу более пятнадцати лет и был его сотрудником. Он был обращен из язычников с первых дней служения в Антиохии. Его обращение было настолько убедительным, что он был «первым доказательством» и примером необрезанного христианина из язычников, когда Павел и Варнава пошли на иерусалимский собор (Гал 2:1,3). По-видимому, он был с Павлом в его третьем путешествии, потому что стал посланником Павла в трудные дни церковных беспорядков в Коринфе и успешно привел коринфян к покаянию и верности (2 Кор 7:6-16). Он обошел почти всю Македонию, собирая средства, и получил сердечное одобрение Павла (8:16,19,23). Возможно, что он подразумевается под местоимением «мы» в Деян 20:5, хотя нигде не упомянут по имени. Последний раз в Новом Заветe о нем говорится в связи с тем, что он пошел в Далматию (2 Тим 4:17). У него, видимо, был более сильный характер, чем у Тимофея, и он был более способен к тому, чтобы справляться с противоборствующими.

Общее содержание Послания к Титу такое же, как и 1-го Послания к Тимофею, за исключением большего упора на формулировку вероисповедания. В двух отрывках Павел высказывает нечто близкое к целостной формулировке вероисповедания всего Нового Завета (2:11-14, 3:4-7). Обратите внимание на пункты, содержащиеся в этих отрывках:

Все эти вышеприведенные пункты составляют краткое изложение новозаветного богословия.

Послание к Титу — хорошее изложение учения церкви в тот момент, когда она приняла видимые, организованные формы. Хотя оно писалось начинающему миссионеру, он представлял церковь, которая уже пережила стадию начального развития и утвердила основные правила и вероисповедание. Слово «здравое» означает, что был уже принят некий общепризнанный стандарт, по которому и должны были равняться правильная жизнь и учение.

2-е послание к Тимофею

Исполнил ли Павел свое намерение посетить Испанию, неизвестно. Климент Римский (95 г. н.э.) в своем письме говорит, что Павел «... учил правде весь мир, и когда достиг пределов Запада, засвидетельствовал перед правителями...» Если бы Климент писал из Рима, для него было бы так же странно говорить о Риме, как о «пределе Запада», как жителю Чикаго или Новосибирска говорить, что он живет у западных границ своей страны. Климент не упоминает Испании и, возможно, он просто предполагает, что Павел исполнил то, что собирался. Было бы интересно узнать, действительно ли Павел проповедовал там и были ли первые церкви Северной Африки и Британии основаны теми, кого он обратил.

Итак, его поездка в Испанию лежит в области догадок, и появление этой страны на карте путешествий апостола в лучшем случае предположительно. Если путешествия Павла строго следуют тому, что изложено в пасторских посланиях, то он останавливался в Коринфе (4:20), где предпочел остаться Ераст; в Милите, где он оставил больного Трофима, и в Троаде (4:13). Точный порядок этих путешествий в тексте не указан. Он становился в Ефесе, но послал туда Тихика. Его арест был, вероятно, внезапным, и он был отправлен в Рим, так как его планы остались неисполненными. Оставленные им в Троаде книги он, вероятно, надеялся забрать позже, но ему не удалось это сделать. Место его ареста неизвестно; это могло произойти в Троаде или в Никополе.

Причина ареста также неясна. Если Александр-медник, упомянутый во 2-м Послании к Тимофею 4:14, тот же Александр, о котором говорится в Деяниях 19:33, можно допустить, что это был еврей-ремесленник, который возмущался Павлом по двум причинам: из-за проповеди Павла о свободной благодати для язычников и из-за снижения спроса на его изделия, копирующие ефесские святыни, после того как Павел ревностно проповедовал против идолопоклонства и язычества. Ситуация в Ефесе была напряженной. Во 2-м Послании к Коринфянам 1:8 Павел писал: «О скорби нашей, бывшей с нами в Асии, потому что мы отягчены были чрезмерно и сверх силы, так что не надеялись остаться в живых». В Деян 20:19 он говорил о злоумышлениях иудеев, которые становились все сильней. Быть может, Александр, все еще возмущенный бегством Павла из Ефеса и потерей сбыта товаров, отчего страдали его собратья по профессии, обвинил его перед римской властью и навлек, наконец, на Павла осуждение. Тимофей тоже был знаком с Александром, и совет Павла остерегаться этого человека свидетельствует о том, что тот действовал там же, где был Тимофей, то есть скорее всего в Ефесе.

Общий тон пасторских посланий открывает картину Церкви, борющейся за свое существование против злобной зависти переживающего свои проблемы иудаизма и растленного равнодушия приходящего в упадок язычества. Павел, представляя собой уходящее поколение первых миссионеров, передавал свои обязанности более молодым и энергичным помощникам, некоторые из которых, подобно Титу и Тимофею, были достойными преемниками, тогда как другие, как Димас, оказались отступниками (2 Тим 4:10). 2-е Послание к Тимофею было последним наставлением Павла к его помощникам и друзьям прежде, чем он покинул сцену.

Содержание этого последнего послания представляет собой смесь личных чувств и организационных указаний, воспоминаний и наставлений, грусти и уверенности. Его главной целью было укрепить Тимофея для трудного дела, которое сам Павел готовился оставить. Он изложил образец жизни пастыря, впервые говоря о своем собственном опыте, включая в него Тимофея: «...Бога, спасшего нас и призвавшего званием святым, ѕпо Своему изволению и благодати...» (2 Тим 1:9). Он убеждал Тимофея, имея в виду это призвание, разрешать все проблемы подобно тому, как воин начинает битву (2:3), уповая на своего полководца, который составит план битвы, безропотно и всем сердцем служа в рядах воинов там, где он нужен. В личной жизни и в общественных отношениях с церковью он должен быть всегда служителем Божьим, не сварливым, но готовым всем людям помогать познавать Божью истину.

Картина последних дней, подобно 1 Тим 4:1-3, представляет собой пророчество, описывающее то, чего церковь должна ожидать в будущем. Павел рекомендует и средство от наплыва зла в мире, которое заключается в познании Писаний, «которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса» (2 Тим 3:15).

Последнее поручение (4:16) представляет собой классический образец для каждого, кто готовится к пасторскому служению, и потому заслуживает самого внимательного изучения.

Значение пасторских посланий

Пасторские послания, в целом, представляют собой самый ценный из сохранившихся по сей день источников, помогающий понимать жизнь церкви переходного периода между самым ее началом и появлением организованной церковной структуры, описанной в посланиях Игнатия. Особого внимания заслуживают две или три тенденции.

Во-первых, заметен рост ереси. Оппозиция извне и уклонения от здравого учения упоминаются во всех посланиях Павла. В Послании к Галатам он нападает на законничество, в 1-м Послании к Коринфянам отмечает, что они не верят в воскресение тела, в Послании к Колоссянам указывает на посягательства какого-то философского культа. Но все это были единичные случаи местного порядка, за исключением, возможно, иудаистических тенденций, но и они были различны по характеру и силе в разных местах. В пасторских посланиях встречаются те же заблуждения, но они более интенсивны и представляют собой грядущую опасность, с которой еще придется встретиться молодым пастырям.

По причине этой угрозы в пасторских посланиях больший упор, чем в ранних посланиях, делается на формулировку вероисповедания. Определенные формулировки учения в Послании к Титу, повеление: «Держись образца здравого учения, которое ты слышал от меня» (2 Тим 1:13), частые изречения вероисповедального типа (1 Тим 1:15; 2:3-5; 3:16; 4:10; 2 Тим 1:10; 2:8; 3:16) производят на читателя впечатление, что пасторские послания писались церкви, которая уже начала четко выражать свою веру. Уже возникли определенные формулировки вероисповедания, так как для представления многих из них употребляется выражение «верно слово», которое обычно использовалось при непосредственном, устном научении в церкви (1 Тим 1:15; 3:1; 4:9; 2 Тим 2:11; Тит 3:8). Часто встречается и выражение «здравое учение» (1 Тим 1:10; 6:3; 2 Тим 1:13; 4:3; Тит 1:9; 2:1; 2:8). Слово «здравое» буквально означает «здоровое» и обычно применяется в отношении добрых дел и правильных принципов. Вероисповедание и жизнь в Библии никогда не разделяются.

Хотя начинало выявляться самосознание Церкви как организации (Тим 3:15), она не превратилась в утвердившуюся иерархию или организованный механизм. Духовная жизненность и поведение были намного важнее ритуалов и политики, а миссионерское движение все еще было очень сильным. Церковь быстро росла, несмотря на начинающиеся гонения и ереси.

 

Меррилл Тенни, "Мир Нового Завета"

Газета Протестант,ру

Мир в Боге.ру

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: