Нет у Реформации конца

В категориях: События и вести


Зайченко А.С.

 

Все началось с богословия отцов Реформации, которые, по- новому прочитав Библию, вдруг обнаружили, что в Новом Завете Бог не только сошел с небес, но и через Иисуса Он стал носителем человеческого. Благодаря идее Богочеловека, поставленной в центр богословия, в христианстве возникло право личности на интерпретацию смысла Божественного, на  личный поиск Бога. Именно эта идея Богочеловека, сняла прежнюю ветхозаветную оппозицию между Богом и человеком, духом и телом, верой и разумом, именно она послужила отправной точкой в формировании других продуктов Реформации: рациональности, гуманизации мышления, утверждению универсального принципа развития как в мышлении, так и в человеческой практике. Позже именно на основе этого принципа была создана и развита идея и теория прогресса, хотя сегодня она оспорена ее главными врагами – постмодернистами.

Реформацию можно рассматривать как метод и стратегию социо-культурных трансформаций общества, затрагивающих самые различные стороны человеческой жизни. По сути, Реформация – есть первый глобальный проект радикального изменения парадигмы развития традиционного общества, который начался в начале 16 века и продолжается в той или иной форме до настоящего времени. История была свидетелем многих реформ и преобразований, но ни одно из них не может сравниться с Реформацией по масштабам, продолжительности и достигнутым результатам воздействия на развитие цивилизации.

Реформация выходит далеко за рамки того исторического периода, который ей обычно отводят историки. Она, по сути, никогда не прекращалась и продолжается до настоящего времени. Ее можно уподобить постоянно растущему мощному дереву, которое каждый год по новому являет окружающему миру свои новые достоинства. По мере своего развития вширь и в глубь, она захватывала последовательно одну за другой различные сферы человеческого мышления и бытия: богословскую сферу, личную духовную, нравственную и социальную практику каждого верующего внутри церкви, все их отношения с окружающим миром вне церкви. Еще позже она стала преобразовывать жизнь окружающих стран, постепенно вовлекая их в круг потребителей своих технических, социальных, экономических, политических, научных достижений. С тех пор и до настоящего времени этот круг постоянно расширяется.

Уже в самом начале Реформация сумела объединить в единый европейский культурный процесс такие сферы духовной жизни Европы как Ренессанс и Просвещение. Эти противоположные и даже антагонистичные сферы духовной культуры, вступив через Реформацию в столь плодотворное взаимодействие, привели к изменению всего облика европейской цивилизации.

От новых идей – к новой культуре. Пожалуй, самыми выдающимися и до сих пор недооцененными долгосрочными продуктами Реформации, можно считать возникновение саморазвивающихся социальных институтов, а также накопление в обществе через такие общественные институты социального, этического и прочих видов человеческого капитала высокого качества.

Социальный институт – это совокупность норм, предписаний и требований, связанных с определенной организационной структурой, посредством которых общество контролирует и регулирует деятельность людей в наиболее важных сферах общественной жизни. Сегодня типичный социальный институт включает в себя три элемента: 1) базовый компонент – мотивы людей к принятию данного общественного института (традиции, принуждение, доверие), 2) компонент – это надстройка из формальный правил, законов, регулирующих деятельность людей в данной области; 3) организационно-управленческая структура по контролю за исполнением.

Первый элемент – самый подвижный, самый динамичный – он растет из недр национальной культуры, он постоянно подпитывает второй элемент – формальные законы и нормы и, соответственно,  третий компонент, то есть сами учреждения общественных институтов. Без первого элемента – второй долго не живет, он чахнет, как растение, корни которого не могут впитывать влагу из земли.

Благодаря вышеперечисленным достижениям Реформации, первый базовый элемент социальных институтов стал опираться не на традиции и принуждение, а на принципы рациональности, развития и прогресса, возросшего доверия. В результате сам элемент приобрел способность к обновлению, а все общественные институты, в целом, - к развитию и самосовершенствованию.

Начиная с ХVII века, после победы Реформации, протестантские страны Северной и Центральной Европы по уровню качества большинства своих социальных институтов стали неуклонно опережать своих католических соседей. В начале выявилось их преимущество в системе образования, затем науке, военном деле, государственном управлении, производстве, но самое главное, почти все социальные институты европейских евангельских протестантов продемонстрировали новое свойство: они приобрели способность к саморазвитию. Под воздействием высокой убежденности в своей правоте, санкционируемой авторитетом Священного Писания, формирования высокого уровня межличностного доверия и рациональности мышления привычные стандарты межличностных отношений, нормы взаимодействия в социуме приобрели четко выраженную направленность на достижение личного и общественного совершенства, как того требуют Библейские заповеди.

С тех пор многовековая борьба за политическое, экономическое и военное лидерство между странами и цивилизациями стала сводиться, по существу, к соревнованию за достижение более совершенных, эффективных  социальных институтов, особенно в области государственного управления, техники, военного дела, экономики и образования. Страны, которые могли обновлять основные свои институты, совершенствовать их или создавать новые, отвечающие потребностям времени, сразу получали неоспоримые конкурентные преимущества и вырывались вперед по всем параметрам своего развития. И это доказано обширными историко-статистическими расчетами.

В исторической гонке по заимствованию более совершенных институтов, которые так хорошо работали в  протестантских регионах, правители стран-импортеров, не понимая механизма действия социальных институтов, стремились воспроизвести у себя то, что было сравнительно легко и что лежало на поверхности: их конечные продукты  в виде самих изделий, изобретений, законов, правил и предписаний, наконец, сами учреждения, их структуру. Но, со временем, начинка этих импортированных институтов в виде приемов, методов работы, правил, законов и самих организаций работала все хуже и хуже и ее (эту начинку) приходилось заменять на собственную, домашнего изготовления. Более того, заимствованные социальные институты входили в противоречие с реальным содержанием коренных, национальных норм, составляющих базовый компонент данного социального института. Например, в России институты судопроизводства и адвокатуры, построенные по западным калькам, входили в явное противоречие с российскими традициями правосознания и законопослушания, отсутствием уважения к достоинству личности. Поэтому заимствованные институты здесь не могли укорениться, у них не было «души», то есть не было потенциала развития, заложенного в родной  культуре. Каждый цикл обновления институтов был примерно одинаков. После определенных успехов в усвоении зарубежных социально-экономических нововведений, наступал период застоя, затем происходил  кризис институтов, после чего обычно начиналась очередная кампания заимствования  западных достижений и обновления институтов. 

К последней волне социальных благ, когда-то инициированных Реформацией, можно отнести преимущества в накопленном социальном, этическом и других видах человеческого капитала. По подавляющему большинству индикаторов развития политических, гражданских, социальных и экономических институтов, по качеству социального и этического капитала, отраженных в более чем 110 показателях, входящих в композитный индекс глобальной конкурентоспособности, (который ежегодно рассчитываемый Всемирным Экономическим форумом) страны протестантской культуры стабильно занимают передовые позиции в мире.

В основе высокой динамики социального, этического и человеческого капитала лежит так называемый «духовный капитал», который можно определить как ценности и принципы, которые формируются в процессе духовного, нравственного возрастания отдельной личности в результате усвоения Божьих откровений, участия верующих в совместных богослужебных собраниях, различных видах церковного и внецерковного служениях.

Со временем сама вера, убеждения, роль церкви в жизни верующего и общества могут ослабнуть, объем соответствующего «духовного капитала» может резко сократиться, но общественные институты, построенные на принципах высокого уровня доверия и рациональности мышления, продолжают действовать и развиваться.

В выводах таких известных ученых как Гэри Беккер, Питер Бергер, Хельмут Анхлер, Роберт Вудберри, Лоуренс Харрисон, Роберт Путмэн, Фрэнсис Фукияма проводится мысль о том, что протестантские ценности и принципы развивающейся Реформации в виде «духовного капитала» общин церквей и отдельных верующих способствовали укреплению доверия к людям, развитию общественных институтов, становлению высоких стандартов гражданских и политических свобод, экономического роста, технического прогресса, сдерживанию коррумпированности.

Открыв собой универсальный принцип развития мышления и человеческой практики, Реформация сама приобрела модус непрерывности. Она постоянно продолжается, что понимал Мартин Лютер, утверждая — Ecclesia semper reformanda est (Церковь всегда реформирующаяся).

Сегодня мы видим множество проявлений действия этого принципа. Во-первых, почти каждое десятилетие мы становимся свидетелями все новых и новых явных и сублимированных продуктов, результатов, последствий когда-то, еще в XVI веке совершенных потрясений в духовной и религиозной сфере. Во-вторых, сегодня 90% нововведений в различных областях появляются в обществах протестантской традиции, несущих в себя живые идеи и ценности Реформации. В- третьих, Реформация как революция духа в попытке исправления, обновления, очищения от греха может регулярно возвращаться к своим евангельским истокам. Достаточно вспомнить почти двухсотлетнюю истории американских Ривайвелов – массовых движений по духовному пробуждению и нравственному очищению церкви и верующих. В-четвертых, самое главное, никто не может дать гарантию, что внутреннее, латентное развитие Духа Церкви не приведет к новому прочтению старых текстов Библии, и на свет не появится новое учение, не произойдет выброс гигантской духовно-созидательной энергии, в результате которой появится новая духовная и социо-культурная система, которая перевернет весь мир.

А пока Реформация как универсалия европейской культуры продолжает присутствовать в извечном споре между сторонниками старого и нового Иерусалима, между традицией и инновацией, между теми, кто ждет чуда, и теми, кто стремится сам его сотворить или приблизить.

Мир в Боге.ру

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: