Надежда на возвращение ГОСПОДА

В категориях: Политика, экономика, технология


Райт Н. Т.

В период Второго Храма тема возвращение ГОСПОДА на землю была хорошо известна иудеям. Возможно, иудеи того времени читали и такие рассказы, как возвращение ковчега (1 Цар 5 — 7), как предвестие своей надежды. ГОСПОДЬ возвратится, обетования исполнятся, и народ одержит победу.

Однако географическое возвращение из плена при Кире и его преемниках не сопровождалось событиями вроде тех, что описаны в Исх 40, Лев 9, 3 Цар 8 или даже (откровение отдельному человеку) Ис 6. Ни разу мы не слышим, чтобы облако или огонь, сопровождавшие израильтян в пустыне, вели народ из плена. Ни разу мы не слышим, чтобы ГОСПОДЬ со славой вернулся на Сион. Дом снова не наполняется облаком, покровом его славы. Народы не прославляют восстановленный Храм как истинное святилище из видения Иезекииля. Нет ни последней решающей победы над врагами Израиля, ни установления царской династии, приветствуемой всей вселенной.

В богословском плане ближе всего к этому Сир. 24 (книга премудрости Иисуса сына Сирахова), где Божественная Премудрость приходит обитать в Храм. Судя по прославлению первосвященника и храмовой литургии в Сир 50, автор считал, что Бог Израилев уже обитает со Своим народом. В социально-политическом плане ближе всего к этому очищение Храма Иудой Маккавеем победа над сирийцами и установление хасмонейской династии. Однако здесь все далеко не однозначно. Также и попытка Ирода Великого сделать из своего дома настоящую царскую семью была с самого начала обречена на неудачу. Храм, победа и царство были тесно переплетены, но надежда, олицетворяемая ими, оставалась нереализованной.

Неудивительно, что библейская тема возвращения ГОСПОДА на Сион после плена получает развитие и в после библейской литературе. Отрывки вроде этих идут рука об руку с мотивом продолжающегося плена:

Судя по всему, во времена Второго Храма большинство евреев, которые обдумывали этот вопрос, надеялись, что ГОСПОДЬ вернется и снова будет обитать в Иерусалимском Храме, как Он это делал во времена старой монархии. Роберт Уэбб в своем важном исследовании по данной теме убедительно показал, из всех фигур, на спасительный приход которых уповали тогдашние евреи, больше всего ждали прихода именно ГОСПОДА. Ожидание же других фигур (например, Мессии) не отменяло прихода ГОСПОДА. Скорее предполагалось, что явление, например, Мессии символизирует или сопровождает явление ГОСПОДА. Пребывание же Шехины в Храме не означало, что ГОСПОДЬ имеет там своего рода официальную резиденцию. ГОСПОДЬ вмешается, — по-видимому, через Своих посланников, — чтобы судить и спасти. Во времена Иисуса эти чаяния остаются базовыми для иудаизма...

Надежда на возвращение ГОСПОДА, конечно, стоит в одном ряду с двумя другими чаяниями — на возвращение из плена и победу над злом. Нет необходимости, как некоторые делали, противопоставлять эсхатологическое/апокалиптическое представление о грядущем Царстве тому представлению, что образы Царства относятся к самому Богу Израилеву. Последнее представление, которое мы находим в таргуме (арамейский перевод Священного Писания) Исаии, прекрасно вписывается в эсхатологическое ожидание. В конце концов, именно у Исаии понятие о возвращении ГОСПОДА на Сион особенно тесно связано с надеждой на возвращение из плена.

Более позднее использование таргума Исаии раввинами, с их неэсхатологической и неапокалиптической ориентацией, этого не исключает. Если таргум Исаии существовал уже в I веке и если Иисус его знал и использовал, он отражает период совершенно отличный от того, который начался после 135 года, когда революционные грезы апокалиптикой были дискредитированы. В более раннем контексте слова о личном посещении Богом Израилевым Своего народа не могли быть абстрагированы от их эсхатологического контекста. Если ГОСПОДЬ посетит Свой народ, плен закончится, зло будет побеждено, а грехи прощены. И напротив, если эти вещи уже происходят, значит, ГОСПОДЬ возвращается.

 

Райт Н. Т. Иисус и победа Бога

Мир в Боге.ру

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: