Возможно ли в России создание христианской партии

В категориях: События и вести

Зайченко А.С.

Недавно Левада-Центр опубликовал результаты опроса, проведенного по репрезентативной всероссийской выборке городского и сельского населения России (levada.ru). Некоторые результаты этого опроса приведены в 2-х нижеследующих таблицах.

Знаете ли вы, что с весны прошлого года в России появилось почти 50 новых партий?

  

Янв.13 

да, внимательно слежу за этим

5

да, что-то слышал(а) об этом

39

нет, ничего не слышал(а) об этом

56

На ближайших выборах вы бы предпочли проголосовать за одну из старых партий или за какую-то новую партию?

  

 Янв.13

За старую (ЕР, СР, КПРФ, ЛДПР, Яблоко, Патриоты России, Правое дело)

61

За новую

5

затрудняюсь ответить

34

Опрос проведен 18-21 января 2013 года среди 1600 человек в возрасте 18 лет и старше в 130 населенных пунктах 45 регионов страны. Распределение ответов приводится в процентах от общего числа опрошенных. Статистическая погрешность данных этих исследований не превышает 3,4%.

Какие мысли навевают цифры этого обследования? Думаю, политическим активистам среди российских христиан и особенно протестантов будет совсем небезынтересно ознакомиться с результатами данного опроса. Ознакомиться, чтобы представлять себе возможные трудности избранного ими пути по созданию новых «христианских» партий.

Прежде всего, встает вопрос об электоральной базе такой партии. Вышеприведенные таблицы дают некоторое представление о чрезмерной узости такой базы. Но существуют и другие ограничения. Верхним, теоретическим пределом базы любой христианской партии в контексте российской действительности может служить номинальная численность членов церквей. При этом надо уменьшить этот предел на число верующих, которые в принципе отвергают любое свое участие во всех политических выборах, затем их надо уменьшить (в несколько раз) на тех, кто по своим политическим симпатиям не может одобрить предлагаемую церковью или данной «христианской партией» кандидатуру. В итоге мы получаем, оценочно, менее 0,1% всего российского электората (если допустить, что все российские протестанту захотят объединиться в такой партии). Опять же, это - в лучшем случае, потому что, если учесть открытую конкурентную политическую борьбу за симпатии избирателей, то гипотетические религиозные партии России не обладают ни политическим потенциалом, ни опытом, ни знаниями, ни лидерами соответствующего уровня. Это справедливо как на общенациональном, так региональном и местном уровнях.

В странах с большим историческим опытом свободных выборов все эти и другие проблемы уже давно определены, а сами модели политического поведения всех участников электоральных состязаний четко обозначены. Партия выходит на выборы только в том случае, если у нее есть шансы набрать, как минимум, 5-10% всех голосов. Если же речь идет о христианских партиях, то в условиях, когда политическая повестка практически всех выборов определяется сугубо светскими, а то и либеральными и даже прямо антихристианскими предвыборными программами, призывами, проектами, среди верующих наиболее типичной моделью избирательного поведения является абсентеизм, то есть прямое уклонение от выборов. Поэтому не удивительно, что сегодня в Европе и Америке, где численность христиан превышает половину всего населения, нет ни одной общенациональной христианской партии. Пусть даже речь идет о номинальных христианах, поскольку только они могут быть заинтересованы в такой повестке выборов и проявлять избирательную активность. Пример с христианскими демократами здесь не подходит, поскольку объединяющим фактором здесь служат не единые духовные или даже просто нравственные ценности группы верующих, а общая культурологическая традиция людей, одни из которых могут быть глубоко верующими, другие - церковно-религиозными традиционалистами, третьи – номинальными христианами, четвертые – совсем неверующими. Иными словами, как показывает уже очень продолжительный опыт, название партии не имеет ничего общего с реальными христианскими ценностями.

В России, несмотря на ее демократическую молодость, уже имеется определенный опыт создания политических христианских партий. Но даже на волне небывалого политического подъема начала 90-х годов успехи этих партий (в основном, про-православных) были, мягко говоря, очень скромными, а их лидерам: Александру Огородникову, Виктору Аксючицу, Виталию Савицкому, Александру Чуеву, Александру Семченко и другим никогда не удавалось избираться по избирательным спискам своих партий. Наконец, в России партии вообще не могут быть созданы на конфессиональной основе или вероучении какой-либо церкви, поскольку по действующему законодательству, запрещено создание партий по религиозному принципу.

Вообще, все настолько очевидно и прозрачно, что об этом не стоило и говорить, а тем более повторять. Сегодня о христианской партии в России не может быть и речи. Но суета партстроительства, поднятая некоторыми неугомонными лидерами из протестантских церквей, никак не уляжется. Что может возникнуть в результате этой суеты, не совсем понятно, если не партия - то что? Самый вероятный вариант – это создание суррогата политической партии, формально и по существу не христианской и не религиозной, но имеющей целью мобилизовать фантомные, нереальные электоральные ресурсы церквей, миссий и общин, а затем продавать эти ресурсы реальным политическим игрокам – крупным партиям и блокам. Продавать – значить дать обещание, что определенное число избирателей из церквей проголосуют на выборах за эту партию.

Это - обычная для Запада стратегия на рынке политических услуг, которая постепенно приходит и в Россию. Такие активисты-лидеры имеют шанс в качестве платы за такие услуги получать не только имиджевый, репутационный (его еще называют символический) капитал в виде публичной известности, но даже, если очень повезет, войти в список кандидатов в депутаты от основной партии, которая и покупает эти услуги. Если не удастся найти покупателя на эти несуществующие электоральные ресурсы, то можно претендовать на место в политической тусовке на разных этажах политической системы, начиная от элементарного присутствия на информационном поле общероссийских СМИ – до вхождения в различные околовластные (президентские, парламентские и пр.) общественные советы и структуры. А это для многих таких активистов может становиться самоцелью всей этой суеты. В любом случае, все это довольно далеко не только от христианской, но даже от общепринятой мирской этики.

Что касается тех громких целей, под которые эти лидеры проводят мероприятия своего партстроительства среди евангельских церквей, то против них никто возражать не собирается: защита прав и интересов верующих, создание благоприятного общественного климата вокруг церквей, налаживание координации и сотрудничества как между верующими и неверующими гражданами общества, так и среди христиан разных конфессий по вопросам личной и общественной нравственности. Все это чудесно.Однако сомнительно, что создание христианских партий поможет в решении этих задач, Для этих целей существует другой формат объединения, может и не такой привлекательный с точки зрения публичности и известности, как партии, но гораздо более адресный и действенный по своим конкретным результатам. Речь идет об общественном объединении христианских церквей и миссий (типа НКО), принадлежащих к различным конфессиям, для проведения различного рода служений: социальные, нравственные, гражданские.

В настоящее время некоторые союзы и объединения церквей имеют похожие организации, но в рамках всего евангельского движения такое скоординированное служение отсутствует. Главная причина – общероссийский дефицит социального капитала: межличностного доверия, готовности к сотрудничеству и взаимодействию, способности адаптироваться к новым вызовам времени, нести ответственность за принятые решения и их результаты. Другими словами причины здесь не внутрицерковные или конфессиональные, а системные и культурологические. Именно из-за нехватки социального капитала до сих пор не идут многие проекты по консолидации и интеграции церквей, их служений, совместных проектов даже внутри протестантских конфессий. Например, союзы баптистов и пятидесятников за последние два десятилетия пережили не один раскол, но не было ни одного случая добровольного объединения. То же характерно для лютеран и новых течений протестантских церквей в России: методистов, пресвитериан и других.

Бессильными и бесплодными выглядят сегодня немногочисленные организации, призванные координировать и объединять различные служения протестантских церквей. Например, Всероссийское Содружество Евангельских Христиан – ВСЕХ, несмотря на продолжительные волевые усилия Александра Семченко - главного спонсора и инициатора этого проекта, остается искусственной и бесплодной конструкцией. Таким же невыразительным и непродуктивным выглядит Общественный Совет, призванный координировать объединительные усилия среди баптистских церквей.

Думаю, до самих христианских партий дело вообще не дойдет. Либо эти политические новоделы типа «партии 10 заповедей» сразу станут структурами, полностью мирскими и отделенными от христианства, либо новые объединения будут светскими по своим сущностным признакам, то есть по главным целям и задачам, по методам управления и даже по своему составу, несмотря на всю возможную словесную маскировочную фразеологию. Кроме того, можно с уверенностью допустить, что большая часть таких проектов обречена на неудачу даже по сугубо организационно-техническим причинам. Ну а если некоторые формирования все же выживут, их, несомненно, очень скоро оседлают люди ничего общего не имеющие с христианскими ценностями и нормами поведения, но поднаторевшие в жесткой конкурентной борьбе за власть. Напомним, согласно определению, приводимому в Википедии, политическая партия – стабильная иерархическая политическая организация, объединяющая лиц с общими интересами и идеалами, ставящая перед собой цель завоевания политической власти или участие в ней по правилам и нормам ничего общего не имеющих с евангельскими стандартами.

Что касается самой идеи воздействия евангельских ценностей, в том числе нравственных, на российское общество, то думаю, что для начала стоило бы энергию строителей новых партий и политических движений и других координирующих и интегрирующих деятельность евангельских христиан перенаправить на формирование общественных организаций из числа активных верующих, накопление созидательного потенциала сотрудничества и взаимодействия на уровне отдельных протестантских конфессий, а затем перейти к созданию межконфессиональных объединений евангельских христиан по социальному, нравственному и гражданскому служению.

В любом случае здесь потребуются не воля, интерес и деньги одного или нескольких инициаторов и лидеров, а доверие, чувство взаимной надежности и взаимной ответственности всех участников. Генератором таких качеств должна стать сама Евангельская Церковь как воспитатель и путеводитель в процессе небыстрого, но последовательного преображения членов своих общин в образ и подобие Христа.

gazetaprotestant.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: