Размышления о молитве

В категориях: Спаси и защити


Иоанн Златоуст

Иоанн Златоуст жил в IV веке после Рождества Христова. Происходил он из благочестивой семьи, получил блестящее образование и был сначала адвокатом. После смерти матери он раздал имущество бедным и ушел в монастырь, а потом в пустыню, где провел два года. Прославленный своим проповедническим даром Иоанн Златоуст становится Архиепископом Константинополя. Затем начинается его крестный путь. Преследуемый и осужденный лжебратьями, сосланный императором, он умирает на пути в далекую ссылку.

Читая писания Иоанна Златоуста, невольно начинаешь чувствовать действительную обстановку тогдашнего мира, далекого во времени и вместе с тем необыкновенно знакомого в ощущении мира, принявшего христианство, но такого близкого к язычеству, так глубоко отравленного грехом и неведением. Люди толпятся в храмах, за стенами которых ненависть, несправедливость. Да и само христианство не воспринимается всерьез. И вот к этому миру обращена проповедь Иоанна Златоуста о молитве.

Великое благо — молитва, если бывает с чувством благодарения и если мы научаемся благодарить не только получая, но и не получая. Бог и когда дает и когда не дает — делает все на пользу.

Но все ли наши молитвы достигли Бога? Как молиться так, чтобы быть услышанным?

От чего это зависит? Отвечая на эти вопросы, Иоанн Златоуст четко определяет условия сотворения правильной молитвы:

Чтобы молящийся был услышан, это зависит, во-первых, от того, достойны ли мы получить просимое. Во-вторых, молимся ли мы согласно с законами Божьими. В-третьих, молимся ли непрестанно. В-четвертых, не просим ли чего-либо житейского. В-пятых, исполняем ли все должное со своей стороны. И, наконец, просим ли полезного. Как от этих условий зависит быть услышанным, так от противных условий — не услышанным, хотя бы молящийся и был праведником. Кроме того, мы бываем не услышаны еще и по другой причине: именно, когда молимся, продолжая оставаться во грехах своих. Равным образом, когда мы просим чего-либо против врагов, то не только не бываем услышаны, но и раздражаем Бога. Молитва — есть врачевство, но если мы не знаем, как нужно приложить это врачевство, то не можем воспользоваться и его целебной силой.

Объясняя, почему так важно постоянство в молитве, Иоанн Златоуст пользуется примерами из понятного всем житейского мира: Многим приходится — и люди согласны на это — уговаривать сильных мира сего, тратить деньги, время, надоедать им своим присутствием, чтобы добиться от них чего то для себя.

У Бога же не так. Бог хочет, чтобы мы часто просили Его, и бывает за это весьма благодарен, потому что Он — единственный должник, Который, когда от Него требуют, благодарит и дает то, чего мы не давали взаймы. Не потому Бог медлит дать просимое, что ненавидит и отвращается от нас, а потому что желает таким промедлением постоянно удерживать нас при Себе. Так поступают и нежно любящие отцы, и они отсрочкой исполнения просьб научают беспечных детей прилежанию.

Сотворение молитв неотрывно от нашего духовного состояния во время моления. Наставления об этом у Иоанна Златоуста возвышенны и вместе с тем, поразительно практичны. Они содержат в себе великолепное знание того недоумения, которое зачастую охватывает человека не прочно приобщившегося к Церкви Христовой.

Многие входят в церковь, свершают тысячи молитв и выходят сами не зная, что говорили. Уста движутся, а слух не слышит. Ты сам не слышишь своей молитвы, а хочешь, чтобы ее слышал Бог? Я преклонял, говоришь, колена, но мысль твоя летала на стороне. Тело было внутри церкви, а дух твой — вне. Твои уста говорили молитву, а ум исчислял проценты, обязательства, торговые обороты, приобретения, дружеские собрания. Дьявол, будучи лукав и зная, что во время молитвы мы достигаем великих успехов, приходит к нам в это время, чтобы лишить нас плодов молитвы и сделать совершенно безуспешными. Если язык произносит слова, а ум блуждает на стороне, обдумывая домашние дела или соображая об общественных делах, то для нас не только не будет никакой пользы, а, напротив, еще большее будет осуждение. Перед Господом молится тот, кто вполне сосредоточил свою душу и не имеет ничего общего с землей, но переселился на самое небо и изгнал из души всякий человеческий помысел.

Молящемуся должно молиться так, чтобы и напрягши ум призывать Бога со скорбной душой, не умножая слов и не распространяясь в молитве, а произнося немногие и простые слова, потому что не от множества слов, а от трезвости души зависит услышание. Такие частые и краткие молитвы с небольшими промежутками заповедали и Христос, и Павел. Если ты будешь распространяться в словах, нередко делая это без внимания, то дашь дьяволу большую свободу подойти к тебе, устроить ковы и отвлечь твою мысль от произносимых слов. Постыдимся же мы, мужи, женщины, мы, которые, молясь о Царствии, зеваем от сонливости; постыдимся той, которая просила о сыне и плакала.

Легко ли, однако, часто молиться, да еще ходить в церковь, когда у нас столько забот, столько дел, поворачиваться не успеваем?! Это кажется, особенно трудным в наш XX век, век немысленных прежде технических достижений, социальных экспериментов и тому подобных вещей. Но на поверку выходит, что и в IV веке у людей было хлопот не меньше. Вот как отвечает на этот практический вопрос Иоанн Златоуст:

У тебя есть житейские заботы. Ради них-то и приди сюда, чтобы, привлекши здешним пребыванием благоволение Божье, выйти с безопасностью, чтобы тебе иметь Бога союзником, чтобы с помощью небесной руки стать неодолимым для демонов. Если ты приобщишься духовных молитв, если разделишь общую молитву, если привлечешь Божью помощь, если выйдешь отсюда огражденный Божьим оружием, то на тебя не посмеет уже взглянуть ни сам дьявол, ни злые люди, старающиеся обидеть и оклеветать тебя. И пусть не говорят мне, что невозможно человеку мирскому, занятому службой, постоянно ходить молиться днем в церковь. Возможно и весьма легко. Если не легко прийти в церковь, то можно помолиться и не оставляя своей службы. Ведь для молитвы нужно не столько слово, сколько мысль, не столько движение рук, сколько напряжение души, не положение тела, а расположение духа. Можно ведь и выходя на площадь и прохаживаясь в одиночку творить усердные молитвы. Можно и сидя в мастерской и сшивая кожи вознести душу к Господу. Бог не гнушается местом, а требует только одного: пламенного сердца и сосредоточенной души.

Впрочем, Иоанн Златоуст все же поучает, что нигде невозможно так молиться, как в церкви. Объясняется это тем, что, когда молишься вместе с братьями во Христе, в молитве присутствуют еще единодушие и согласие, союз любви и молитвы. И вместе с тем особенно важны наставления Иоанна Златоуста о том, о чем не следует молиться:

Если нам заповедуется воздерживаться от житейских благ и тогда, когда они есть, то как оказываемся мы жалки и несчастны, когда просим у Бога того, что Он повелел и не имея отвергать. Если нам велено молиться не только за верных, но и за неверных, то подумайте: сколь великое зло — молиться против братьев. Что ты делаешь, человек? Приходишь умилостивить Бога, а просишь зла другому? И если ты не отпустишь, не отпустится и тебе. А ты не только сам не отпускаешь, но еще и у Бога просишь не отпускать ему. Если иметь врагов есть уже преступление, то,— подумай, какое преступление молиться во вред им. Ты ведь приходишь молиться о прощении своих грехов. Не припоминай же чужих грехов, чтобы не припомнили тебе твоих собственных. Если ты скажешь: порази врага, то просишь совсем противное духу молитвы. Подумал ли ты о том, как радуется и смеется дьявол, когда слышит такую молитву. Так как дьявол знает, что в это время мы поднимаем меч на самих себя, то он не отвлекает и не останавливает нас, чтобы тем больше повредить нам.

Нелепо молиться из греха о грехе. Нелепо и кощунственно. И духовное отношение христиан к врагам становится центром всего поучения Иоанна Златоуста о молитве. Предостерегая верующих не просить никогда у Бога помощи в делах низости, жадности, злобы и ненависти, Иоанн Златоуст так заканчивает проповедь:

Но меня, скажешь, обидели или огорчили. Так молись о погибели дьявола, который несравненно более всех обижает нас. Он-то, именно, и порождает врагов. Если ты будешь молиться о погибели врагов, то будешь молиться молитвой, которой хочет дьявол. Подлинно, он один наш непримиримый враг, а человек, что бы он ни делал, остается нашим другом и братом. Итак, возлюбленные, зная это, постараемся поступать согласно заповедям и воли Господа, чтобы нам достигнуть Царства Небесного во Христе Иисусе Господе нашем, Которому слава и держава с Отцом и Святым Духом ныне и присно и во веки веков.

 

Молитва Франциска Ассизского

Приобщи меня, Господи, к воле Твоей,

К любви Твоей, к миру Твоему!

Даруй мне заронить любовь в сердца злобствующих,

Принести благость прощения ненавидящим,

Утвердить согласие враждующих!

Даруй мне осветить истиной заблудшихся,

Укрепить верою сомневающихся,

Озарить светом разума Твоего пребывающих во тьме.

Даруй мне возродить надеждой отчаявшихся,

Одарить радостью скорбящих...

Соделай меня, Господи,

Не ищущим утешения для себя,

Но жаждущим дать его другим;

Не вразумляющим в гордыне моей,

Но вразумляемым в смирении духа;

Не любимым, но любящим!

Об этих милостях молю Тебя, Боже,

Ибо отдавая, мы получаем;

Забывая о себе — себя находим;

Прощая другим — обретаем себе прощение;

Умирая — воскресаем к жизни вечной!

 

Вестник истины, №2, 1987

Мир в Боге.ру

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: