Что такое Евангелие?

В категориях: Движение все – но цель еще лучше


Марк Дэвер

Мои друзья знают, что я люблю филологию и лингвистику, поэтому иногда на Рождество мне дарят календари с интересными историями из этих областей. Уже не помню, в каком календаре я прочитал нижеприведённую историю, но она настолько меня поразила, что я переписал её в свой дневник. Не знаю, насколько эта история правдива, но, по крайней мере, она представляет собой прекрасную иллюстрацию важности правильного пересказа.

Чуть более ста лет тому назад редактор одной английской газеты после того как свежий выпуск был уже в продаже, взял экземпляр газеты и обнаружил в нём возмутительную, хотя и не преднамеренную типографическую опечатку: две разные истории были случайно объединены в одну. Одна история рассказывала о запатентованной скотобойной и колбасной линии, а другая — о собрании в честь местного священника, доктора Маджа, во время которого ему вручили трость с золотым набалдашником. Вот как выглядела часть рассказа:

Вчера в гости к доктору Маджу зашли несколько друзей и после беседы ничего не подозревающего поросёнка схватили за заднюю ногу и спустили по балке в бак с горячей водой... После этого он вышел вперёд и сказал, что эмоции переполняют его, и по этой причине ему остаётся только поблагодарить всех собравшихся, ибо то, каким образом такое огромное животное было разрезано на куски, просто удивительно. Доктор завершил свою речь, и в этот момент аппарат подхватил его, и вся туша поросёнка была разделана быстрее, чем вы об этом читаете, а затем всё это было переработано во вкусную колбасу. Это событие надолго останется в памяти друзей доктора как одно из наиболее приятных в их жизни. Лучшие кусочки будут проданы по десять пенсов за фунт, и мы убеждены, что все, кто имел счастье так долго быть частью его служения, останутся довольны тем, что с ним так прекрасно попрощались.

Христианство состоит из вести. Из Благой вести. На самом деле — из лучшей вести, которую когда-либо слышал мир. И, тем не менее, эта весть — намного важнее, чем история о докторе Мадже или линии по изготовлению колбасы, — зачастую оказывается настолько же искажённой и запутанной. То, что в итоге мы называем Евангелием, слишком часто становится очень тонким налётом, слегка покрывающим наши культурные ценности и принимающим их формы, вместо того чтобы принимать форму истины Божьей. Настоящая же история, истинная весть, теряется.

Эта идея о Благой вести не есть некая более поздняя христианская затея. Иисус Христос говорил об этой Благой вести, и Он обращался к пророчествам Исаии, сказанным за сотни лет до этого (Ис. 52:7; 61:1). То, что Иисус говорил на арамейском языке, христиане, включая Его собственных учеников, запомнили и выразили на греческом в одном слове еуангел (Евангелие) — буквально «Благая весть».

Итак, что же представляет собой Благая весть? В этой главе мы попытаемся прояснить это, рассказать историю такой, какая она есть, в точности передать весть. Какую весть должны сообщить христиане? Говорит ли эта весть, что у меня всё хорошо или что Бог есть любовь? Заключается ли она в том, что Иисус — мой друг или что я должен жить правильно? В чём заключается Благая весть об Иисусе Христе?

Евангелие не говорит, что у нас всё хорошо

Возможно, вы слышали о книге сорокалетне й давности: «У меня всё хорошо, у тебя всё хорошо».1 Некоторые люди, похоже, считают, что христианство — это, в основном, уроки по религиозной терапии, когда мы сидим в кругу, пытаясь помочь друг другу повысить собственную самооценку. Удобные диваны сменили церковные скамьи. Проповедник не проповедует, а ведёт беседу, задаёт вопросы. Текст, который необходимо исследовать, — это, собственно, вы сами, ваше внутреннее «я». И, тем не менее, почему, закончив ковыряться в себе, мы вновь ощущаем пустоту внутри? Или даже грязь? Может ли быть, что в нас самих и в нашей жизни есть нечто несовершенное или даже неверное?

Я помню, как у одной знаменитости брали интервью после смерти близкого друга. Эта знаменитость, рыдая, воскликнула: «Почему все, кого я люблю, умирают?» Действительно, почему? Библия на корню пресекает идею о том, что у нас всё хорошо, что состояние человека замечательно, что люди просто должны научиться принимать свои обстоятельства, свою кратковременность или своё несовершенство, или что нам просто надо научиться смотреть на эти вещи оптимистично, находить в них светлые стороны.

Библия говорит, что в наших прародителях, Адаме и Еве, мы все встали на путь непокорности Богу. Поэтому мы не праведны и не имеем должных взаимоотношений с Богом. Более того, наш грех настолько серьёзен, что, по словам Иисуса, мы нуждаемся в новом рождении (Иоан. 3), а Павел учил, что нам необходимо новое сотворение (1 Кор. 15). Во 2й главе Послания к Ефесянам сказано, что мы мертвы по нашим грехам и преступлениям.

Знаете, что такое преступление? Это грехи, которые представлены просто как выход за границы установленного. Наш современник Мишель Фуко должен был жить, как его предшественник маркиз де Сад, чтобы перейти все границы дозволенного. Поэтому некоторые считают, что Фуко намеренно искал возможности заразить других людей вирусом СПИДа, так как сам им заразился и впоследствии от него же и умер. Бани Сан-Франциско стали тем самым местом, где Фуко не только перешёл грань уважения к нормам сексуального поведения, но также и грань уважения к самой жизни. Преступление. Переход черты.

Наши преступления могут казаться не настолько вопиющими и оскорбительными, но они ничуть не менее смертельны для наших отношений с Богом. В Рим. 6:23 Павел говорит, что «возмездие за грех — смерть». Мы больше начинаем понимать, почему и как это происходит, когда обращаемся к посланию Иакова. Иаков говорит: «Кто соблюдает весь закон и согрешит в одном чём-нибудь, тот становится виновным во всём. Ибо Тот же, Кто сказал "не прелюбодействуй", сказал и "не убей"; поэтому, если ты не прелюбодействуешь, но убьёшь, то ты также преступник закона» (Иак. 2:1011).

Обратите внимание на серьёзность каждого греха. Суть слов Иакова состоит в том, что законы Божьи — это не просто внешние статуты, постановления, изданные каким-то небесным парламентом и воплощённые в жизнь Богом. Закон Божий — это выражение Его собственного характера. Нарушение этого закона, жизнь в противлении ему — это жизнь против Бога.

Если жена посылает меня в магазин с конкретным поручением, а я возвращаюсь домой, так и не купив необходимого и не давая никакого маломальского объяснения (такого как «у них это закончилось», «я не смог его найти» или «мы не должны это покупать »), а просто решив не покупать эту вещь, то моё поведение, безусловно, скажется на наших отношениях.

Бог показан в Библии не только как Тот, Кто нас сотворил, но и как Тот, Кто до ревности любит нас. Ему нужны мы, каждая наша частичка. Если мы думаем, что можем иногда отвергнуть Его, сойти с Его путей, когда нам это удобно, то мы показываем, что так и не поняли природы наших взаимоотношений. Итак, мы не можем считать себя верующими и при этом сознательно, постоянно и с радостью нарушать Божий закон.

Но таково наше состояние. Мы переступили границы, которые Бог по праву установил в нашей жизни. Мы стали противоречить и букве, и духу Его наставления. Так что мы не только чувствуем вину, но в буквальном смысле являемся виновными перед Богом. Мы обретаем не только внутренний конфликт, мы обретаем конфликт с Богом. Мы снова и снова нарушаем Божий закон. И мы делаем это, потому что, как сказано в Ефес. 2:1, мы мертвы по грехам и преступлениям нашим.

Всё это может показаться слишком мрачным для того, что мы называем Благой вестью. Однако несомненно то, что точное понимание нашего нынешнего состояния представляет огромную важность для определения того, где мы должны быть. На мой взгляд, одним из первых шагов на пути к Богу служит осознание того факта, что наши проблемы заключаются не в том, что мы испортили себе жизнь или не сумели реализовать свой потенциал, а в том, что мы согрешили против Бога. И поэтому мы начинаем понимать, что совершенно справедливо являемся объектами Божьего гнева и суда и заслуживаем смерти, разделения с Богом и духовного отчуждения от Него сейчас и вовеки веков. Богословы называют это порочностью, или полной греховностью. Это смерть, заслуживающая только смерти.

Теперь вы понимаете, почему все наши ошибки так трагичны? Эти грехи совершены против совершенного, святого, любящего Бога. Более того, они совершены творениями, сотворёнными по Его образу.

Истинное христианство совершенно реалистично по отношению к тёмной стороне нашего мира, нашей жизни, нашей природы, нашего сердца. Но истинное христианство не пессимистично само по себе, оно не может быть нравственно равнодушным, побуждая нас просто смириться с ситуацией и принять холодную, жестокую истину. Нет. Благая весть, которую мы, христиане, должны понести в мир, так велика, так обширна не только потому, что наша порочность настолько укоренена, а грех — распространён, но ещё и потому, что Божьи планы о нас настолько отличаются от наших, настолько величественны и прекрасны.

Когда мы начинаем это осознавать, мы проникаемся благодарностью за то, что христианство — это не анестезия против боли нашей жизни; это даже не пробуждение нас к её осознанию или попытка научить нас жить в соответствии с ней. Христианство учит нас жить с ожиданием преобразования, с возрастающей верой, с конкретной и твёрдой надеждой в отношении будущего.

Евангелие — это не просто «Бог есть любовь»

Иногда мы слышим, что Евангелие представляют как весть о том, что Бог есть любовь. Ну что ж, это похоже на заголовок в одной из газет: «Холодная погода приводит к падению температуры». Не то, чтобы это неверно; просто это настолько очевидно, что понятно: чтото здесь не так, чегото здесь не хватает.

То, что «Бог есть любовь», безусловно, истинно. В конце концов, это прямая цитата из Библии! «Бог есть любовь» (1 Иоан. 4:8). Но, поскольку это высказывание очевидно, здесь появляется некоторая опасность.

Может быть, мы можем немного понять для себя, что представляет собой такая любовь, когда мы, родители, говорим своим детям, что им нельзя чтото делать по причинам, которые известны нам одним. И каков же самый распространённый ответ? «Если бы ты на самом деле любил меня, ты бы мне это позволил». А вот это уже абсолютно неверно! Но именно ложь может быть настолько же незаметной, насколько она значительна. Любовь — это не вседозволенность. На самом деле, любовь иногда предупреждает, а иногда и наказывает.

Если мы говорим, что Бог есть любовь, то как, по-нашему, должна выглядеть такая любовь?

Более того, неужели всё, что Библия говорит о Боге, — это любовь? Не говорит ли Библия также, что Бог есть Дух? Каким образом может любить Дух? Не говорит ли Библия также, что Бог свят? Каким образом может любить Святой Дух? Не говорит ли Библия, что Бог уникален, что нет никого, подобного Ему? Как же может любить Единственный во Вселенной совершенный Святой Дух? Как об этом можно узнать, если Он вам не говорит? Можно ли составить формулу, догадаться об этом, предположить на основе собственного опыта или определить по движению своего сердца? Жан Кальвин сказал:

Известно, что человек никогда не достигнет верного знания о себе самом, пока не увидит лика Бога и от созерцания его не обратится к созерцанию самого себя. В нас настолько укоренилась гордость, что мы постоянно кажемся себе праведными и непорочными, мудрыми и святыми, если только наши нечестие, безумие и нечистота не бросаются в глаза слишком явно. Но мы не сумеем увидеть наших пороков, если будем смотреть только на себя, не думая одновременно о Боге, не соотнося своих суждений с Ним как с единственно верным мерилом.2

Среди множества других важных нюансов следует отметить и следующее: Бог являет Себя Богом, требующим святости от всех, кто хотел бы иметь с Ним отношения, построенные на любви. Как говорит Библия, «без [святости] никто не увидит Господа» (Евр. 12:14). Только в контексте понимания определённых черт Божьего характера, Его праведности и совершенства мы приходим к осознанию удивительной природы высказывания о том, что воистину Бог есть любовь, и эта любовь обладает такой глубиной, полнотой, структурой и красотой, что в своём теперешнем состоянии мы можем просто ей удивляться.

Евангелие — это не просто желание Иисуса быть нашим Другом

Иногда Евангелие представляется нам довольно просто: «Иисус хочет стать нашим Другом» или, как дополнительный вариант, «Иисус хочет быть нашим Примером». Но христианское Евангелие — это не тренинг по программе «Помоги себе сам», это не просто прекрасный пример или взаимоотношения, которые нам необходимо построить. Существует реальное прошлое, с которым нам приходится считаться. Мы совершали реальные грехи. Мы испытываем реальное чувство вины. И что же можно сделать? Что сделает наш Святой Бог? Даже если Он, в Своей любви, захочет отделить Себе народ, как Он может сделать это, не пожертвовав Своей святостью?

Может быть, Он просто пришёл во плоти, чтобы научить нас тому, что наши грехи не играют большой роли, что Он просто всё простит и забудет? Что, в таком случае, произойдёт с нравственным обликом Самого Бога? Как это отразится на характере Того, Кто сказал, что любит нас?

Чего хочет Иисус? Ради чего Он пришёл на землю? Что Он хочет совершить? Удивительно то, что когда мы изучаем Евангелие, мы обнаруживаем, что Иисус выбрал путь смерти. Именно его Иисус представил центром Своего служения. Не учение, не даже пример, но, по Его словам, «Сын Человеческий не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Марк. 10:45). Сам Иисус учил нас тому, что Его выбор — прославление Отца собственной смертью на кресте — был самым сердцем Его служения. Потому и не удивительно, что центр и основа всех четырёх евангельских повествований — распятие Христа.

Но что это означает? И почему такое ужасное событие должно стать центром того, что мы с вами называем «Благой вестью»?

Новый Завет начинает объяснение этого факта ещё до того, как это делает Сам Иисус. Иисус связал воедино две нити ветхозаветного пророчества (Марк. 8:2738), которые никогда прежде никто не соединял. Здесь Иисус представляет Себя сочетанием Сына Человеческого (Дан. 7) и страдающего Раба (Ис. 53).

Апостолы узнали от Иисуса, как они должны были понимать Его смерть на кресте. И для того чтобы обучить христиан этой истине, Святой Дух вдохновил различные образы в Новом Завете, призванные передать нам реальность: Иисус — Жертва, Выкуп, Примирение, полное Оправдание, военная Победа и Умилостивление.

Ни одно из этих слов в Новом Завете не имеет потенциальных значений, не указывает на некую возможность или выбор; наоборот, каждый образ говорит о чёмто, реально совершённом, достигшем своей цели. Например, как мы сможем сказать, что грешники примирились с Богом, если эти «примирившиеся грешники» в итоге будут брошены в ад? Или что это за умилостивление, если Божий гнев при этом не был утолён, или что это за искупление, если пленные не были выпущены на свободу? Суть всех этих образов заключается в том, что не только все преимущества Евангелия стали доступными для нас; они гарантированы нам не только и не столько учением Христа, сколько Его смертью и воскресением.

Никак не обойти стороной тот факт, что центром служения Христа была Его смерть на кресте, а за ней стояло уверенное и действенное выполнение Богом Его требований любви и справедливости. Всё это — кровь, выкуп, победа — соединено в величии видения, данного Богом Иоанну:

И один из старцев сказал мне: «Не плачь; вот, лев из колена Иудина, корень Давидов, победил, и может раскрыть эту книгу и снять семь печатей её». И я взглянул, и вот, посреди престола и четырёх животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный, имеющий семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божьих, посланных на всю землю. И Он пришёл и взял книгу из правой руки Сидящего на престоле. И когда Он взял книгу, тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали перед Агнцем, имея каждый гусли и золотые чаши, полные фимиама, которые суть молитвы святых. И поют новую песню, говоря:

Достоин Ты взять книгу И снять с неё печати, Ибо Ты был заклан, И кровью Своей искупил нас Богу Из всякого колена и языка, и народа, и племени (Откр. 5:59).

Христос не просто наш Друг. Называя Его только Другом, мы унижаем Его, не воздавая Ему славы, которой Он достоин. Он наш Друг, но Он намного больше, чем просто Друг! Своей смертью на кресте Христос стал Агнцем, закланным за нас, нашим Искупителем, Тем, Кто примирил нас с Богом, Кто взял на Себя нашу вину, Кто победил наших самых заклятых врагов и утолил личный и абсолютно справедливый гнев Божий.

 

Марк Дэвер, Евангелие и личное благовестие, Славянское Евангельское Общество 2010, Перевод: С. Аваков, Редакция: М. Ряба, Общая редакция: С. Омельченко

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: