Место предпринимателя в католическом социальном учении

В категориях: Обучение и навыки

Петер X. Верхан

Петер Х. Верхан, дипломированный экономист, доктор политический наук, почетный доктор. С 1960 по 1964 гг. избирался президентом международного объединения предпринимателей-христиан. Является соучредителем Союза предпринимателей-католиков.

Социальное учение, разработанное в недрах католической церкви, не есть учение сугубо экономическое. По высказыванию папы Иоанна XXIII в энциклике "Mater et magistra" ("Мать и наставница* — 1961 год), это "составная часть христианского учения о человеке*. В нем раскрываются общепризнанные ценности и порядки, из которых складывается идеал ответственного служения миру. Поэтому важно перенести разработанные этим учением нормы на соответствующие общественные отношения. При этом в католическом социальном учении речь идет не только о нравственной позиции индивидуумов в рамках заданного общественного и экономического устройства, но и об оптимальном социально-этическом конструировании (изменении) этого устройства. Данной цели служат фундаментальные социальные принципы, которые еще, однако, не представляют собой конкретной общественной и экономической системы, но вместе с тем способны внести существенный вклад в ее обоснование.

Первоначально в центре внимания католического социального учения стояли чисто социальные вопросы. Доказательством этого служит первая папская энциклика по социальным проблемам "Rerum novarum" — ("О новых вещах* —1961 год). Однако, уже с самого начала было ясно, что данные вопросы невозможно рассматривать вне связи с основополагающими экономическими проблемами.

Поэтому католическое социальное учение издавна полемизировало с коллективно-социалистическими (централизованно управляемое хозяйство, плановая экономика) и либерально-индивидуалистическими (рыночная экономика) основополагающими концепциями.

Однако незадолго до своей кончины в 1987 году кардинал Иозеф Хеффнер, некогда ученик знаменитого политэконома Вальтера Ойкена, указал на то, что уже несколько лет католическое социальное учение активно разрабатывает экономическую проблематику, особенно в ее мирохозяйственном контексте. Кстати сказать, Хеффнер долгое время сам занимался экономико-этическими вопросами, поскольку экономическая этика — это, в сущности, составная часть общей социальной этики.

Вместе с тем новым элементом представляется не указание на экономические причины социальных проблем, которых было немало и прежде, а углубленное детальное рассмотрение экономической проблематики. Это бросается в глаза уже начиная с энциклики "Quadragesimo anno" ("В сороковой год" — 1931 год) и продолжается в осторожной форме в энциклике "Mater et magistra" ("Мать и наставница*), а также в принятой II-м Ватиканским собором конституции "Gaudium et spes" ("Радость и надежда* — 1965 год), в энциклике "Laborem exercens" ("Упражняясь в труде* — 1981 год) и особенно в последней энциклике по социальным проблемам "Solicitudo rei socialis" ("Заботясь о социальных проблемах* — 1987 год). В последние годы эта тенденция ярко проявилась в не связанных с вероучениями высказываниях разных иерархов и внутрицерковных кругов. Самым последним важным примером этого рода может служить пастырское послание американских епископов по экономическим вопросам.

Когда церковь желает повернуться лицом к действительности, ей не обойтись без общественных наук, неоднозначно воспринимающих явления действительности.

Католическое социальное учение считает фундаментальными следующие принципы:

1.    Индивидуальность, т. е. человеческое достоинство, выражаемое личной свободой и ответственностью перед самим собой (из чего также следует признание частной собственности).

2.    Солидарность, т. е. сообщество и его члены взаимосвязаны между собой и отвечают друг за друга.

3.    Субсидиарность. Это понятие относится к сфере напряженных отношений между индивидуумом и сообществом, акцентируя преимущественно право индивидуума (или подчиненного сообщества) по отношению к вышестоящему сообществу.

4.    Общее благо как проявление всеобщей справедливости в государственных рамках и как справедливое начало в отношениях индивидуумов друг к другу.

Солидарность, субсидиарность и всеобщее благо — это реализация личностного принципа, заложенного в христианском образе человека.

Церковь видит свою задачу и свое право в том, чтобы "давать нравственную оценку* экономическим и политическим вопросам, "если того требуют основные права человеческой личности или спасение души* (Gaudium et spes'' — "Радость и надежда*, № 76).

Особое значение для католического социального учения имеет пасторская конституция "О церкви в современном мире* 11-го Ватиканского собора (1965 год). В главе об общественно-экономической жизни церковь решительно заявляет о своей приверженности материальным предпосылкам человеческого благополучия. Весь первый раздел посвящен теме "Экономический прогресс* (64, 65, 66). В 64 разделе сказано буквально следующее: "Необходимо содействовать техническому прогрессу, творческой способности к новому, стремлению к созиданию и расширению предприятий, внедрению соответствующих методов производства...*

В этом же разделе особо указывается на "сообразные экономике методы и закономерности*. Правда, из этого делается вывод о невозможности предъявления к экономике любых требований. Вместе с тем экономические законы должны применяться "сообразно принципам нравственности*. Поэтому Собор напоминает о том, что сама логика экономической деятельности заложена в служении человеку. Между прочим, этот постулат реализуется в рыночной экономике, которая базируется на добровольном согласии всех ее участников. Следовательно, успех будет сопутствовать предпринимателю, если главное для него — служение клиентам. Собор (в № 65) решительно отвергает вероучения, "в которых основные права индивидуумов и групп подчиняются коллективистскому управлению производством*. Во имя справедливости Собор потребовал незамедлительно покончить с экономическим неравенством в мире* (66). Здесь, видимо, имеются в виду проблемы развивающихся стран.

Нашей темой является оценка предпринимателя как ключевой фигуры ориентированного на обеспечение экономического роста социального рыночного хозяйства в католическом социальном учении с момента появления первой значительной энциклики по социальным вопросам "Rerum novarum* ("О новых вещах*).

Прежде всего необходимо заметить, что вплоть до последней социальной энциклики "Sollicitudo rei socialis* ("Заботясь о социальных проблемах* —1987 год) слово "предприниматель* в католическом социальном учении однозначно не употребляется. Чаще всего встречается лишь понятие "работодатель*. Складывается впечатление, что антицерковная позиция старых либералов породила критический взгляд церкви на предпринимательство. Следует также учитывать, что из-за распространения социализма возникшая для церкви опасность потери влияния на массы, прежде всего на промышленных рабочих, побудила ее обратить на рабочих самое пристальное внимание. Этот вывод четко прослеживается в социальных энцикликах от "Rerum novarum* ("О новых вещах*) до "Mater et magistra* ("Мать и наставница*).

В этих энцикликах, включая "Sollicitudo rei socialis* ("Заботясь о социальных проблемах*), о функции предпринимателя почти ничего не говорится. Особенно это касается высказывания Собора в "Gaudium et spes'' ("Радость и надежда*). Важный сдвиг наметился в "Laborem exercens* ("Упражняясь в труде* — 1981 год), где была отброшена иллюзия, что свободный труд можно ставить на одну доску с работой, выполняемой в зависимом от работодателя положении. Следует также учитывать, что начиная с папы Льва XIII католическое социальное учение, не упоминая само слово "предприниматель*, мысленно всегда предполагало наличие его как действующего лица в экономическом контексте. Это вытекает из многократно повторяемой приверженности частной собственности, в том числе и на средства производства, из акцентирования примата частной инициативы по сравнению с государственной в сфере экономики, а также из подтверждения частной автономии как предпосылки предпринимательской деятельности.

В своем выступлении перед предпринимателями-католиками в 1964 году папа Павел VI четко выделил значение функции предпринимателя. Но это было исключением. Католическое социальное учение возникло в отсутствие предпринимателей и поэтому фактически противостояло им. Еще в 1961 году для участия в торжественном провозглашении энциклики "Mater et magistra" ("Мать и наставница*) в качестве официальных гостей были приглашены представители рабочих-католиков, но без предпринимателей. Экономический аспект, учитывая его удельный вес, и таким образом, фигура предпринимателя практически не заняли подобающего им места в церковных и богословских кругах, а также в "просвещенном католицизме*. Они упоминаются только вскользь, причем чаще всего в негативном морализирующем контексте.

Тот факт, что широкие слои социально ангажированных католиков до сих пор оперируют понятиями "капиталист" и "работодатель", избегая слова "предприниматель", можно квалифицировать лишь как проявление идеологической близорукости. Этот факт противоречит также тому, что церковь рассматривает экономику не как сферу, расположенную вне духа и культуры, а как значительную творческую и ответственную созидательную силу нашей жизни. В понимании церкви экономика—    это культурно-деловая сфера: "Populorum progressio" (Прогресс народов) 21; "Sollicitudo rei socialis" ("Заботясь о социальных проблемах*) 26, 8; 29, 8; 30, 1; 33, 5; 34, 1-3; 34, 5; "Gaudium et spes" ("Радость и надежда*). 19,57.

Поскольку католическое социальное учение в основном исследует социальный аспект экономической сферы, оно противопоставляет проблему распределения проблеме роста, в которой предприниматель играет решающую роль. Такая позиция американского епископата, выраженная в пастырском послании по экономическим проблемам 1986 года, привела к тому, что предпочтение было отдано дирижизму "государства всеобщего благосостояния*, а не способствующей росту рыночной экономике. Принципиально это связано с тем, что преимущество отдано принципу солидарности в ущерб принципу субсидиарности. Не секрет, что многочисленные богословы и видные церковные деятели склоняются к отрицанию системы рыночного хозяйства, базирующейся на частной инициативе предпринимателей, на частной собственности на средства производства, на рынке и конкуренции.

То, что католическое социальное учение так поздно открыло для себя фигуру предпринимателя, в общем-то неудивительно. Надо принять во внимание, что и экономической науке, как мы уже видели выше, потребовалось немало времени, прежде чем она осознала роль и место предпринимателя. Конечно, можно записать в актив католическому социальному учению то, что оно еще на ранней стадии отметило культурную функцию экономики. При этом делается ссылка на библейское учение, согласно которому человек призван обладать землею. Но есть и другие библейские свидетельства, в которых позитивно расценивается философия развития и, следовательно. предпринимательская деятельность. Достаточно напомнить притчу о человеке, который отправляясь в чужую страну, призвал рабов своих и поручил им имение свое. Получивший пять талантов употребил их в дело и приобрел другие пять талантов, а получивший два таланта приобрел другие два. А третий, получивший один талант, закопал его в землю и вместо того, чтобы приумножать его, скрыл серебро господина своего. Когда пришел господин, он похвалил обоих, что приумножили его имение. Третьего же господин назвал рабом лукавым и ленивым. (Мф. 25, 14-31). Это притча показывает, что точного исполнения мало, требуются еще творческие усилия. Применительно к экономике это означает, что содействие росту — одна из задач предпринимательства.

Необходимо еще раз подчеркнуть, что экономический рост не есть самоцель. он призван служить всеобщему благу. Последнее означает совокупность политических, социальных и экономических условий раскрытия индивидуальности человека.

Характерно, что даже там, где учение о собственности и предпочтительное отношение к частной инициативе, как в энциклике Mater et magistra* ("Мать и наставница*), основывается на принципе субсидиарности, прибыль предприятия как элемент предпринимательской деятельности упоминается лишь в завуалированной форме. Впрочем, в энциклике "Quadragesimo anno* ("В сороковой год* —1931 год) в целях преодоления безработицы проводится мысль о реинвестировании прибыли, что предполагает ее законность. Но и тогда, когда во имя достойного человека существования в энциклике "Populorum progressio* ("Прогресс народов*) содержится призыв к каждому народу производить больше и лучше, необходимые для этого предпринимательские усилия не упоминаются вовсе. То же самое относится к энциклике "Gaudium et spes'' ("Радость и надежда*), 64. А когда в 1964 году папа Павел VI в одном из своих выступлений с похвалой отозвался о старательности и усердии предпринимателей, главный акцент он сделал на их функции работодателей: социальный аспект оказался важнее экономического.

Важным для католического социального учения всегда считалось требование, чтобы все участники социального процесса были в роли настоящих субъектов и не опускались до уровня объектов. Это требование следовало из характерного для католического социального учения принципа личности. Но лишь в энциклике "Sollicitudo rei socialis* ("Заботясь о социальных проблемах*) впервые как свободное право упоминается вытекающее из личностного принципа право на предпринимательскую инициативу. При этом подчеркивается, что это право имеет значение не только для каждого в отдельности, но и для общего блага. Тем самым впервые в католическом социальном учении однозначно сказано, что дух предпринимательства и образование капитала являются побудительными силами экономического роста. Этот вывод имеет огромное значение прежде всего для развивающихся стран.

В э нциклик е "Gaudium e t spes'' ("Радость и надежда*) проблема образования капитала, к сожалению, исследуется в а:ьма поверхностно. Но этот недостаток по-видимому удается преодолеть в энциклике "Sollicitudo rei socialis* ("Заботясь о социальных проблемах*). На новейшем этапе развития католического социального учения очевидно, что экономические законы стали чаще попадать в их поле зрения. Кардинал Ратцингер недавно заявил: "Мораль, которая считает возможным перепрыгнуть через знание экономических законов, — это не мораль, а морализм, т. е. противоположность морали. Деловитость, полагающая обойтись без морали, есть непонимание действительности человека. По сути такая деловитость оборачивается своей противоположностью*. Уже в своей энциклике "Quadragesimo anno* ("В сороковой год''), № 43 подчеркивалось, что экономические законы являются индикатором того, какие целеустановки возможны и какие нет. Наличие таких экономических законов признано также II Ватиканским собором.

Из переменчивой истории, в ходе которой трансформировалась роль предпринимателя в католическом социальном учении, для предпринимателя вытекает обстоятельство с полной ответственностью понимать свою роль в духе всеобщего блага, что диктуется также его гуманной ответственностью за людей, с которыми ему приходится иметь дело. Предприниматель - христианин отвергает как утрированную индивидуалистическую ответственность перед самим собой, без какого-либо государственного вмешательства, так и коллективное государство всеобщнго благосостояния. В сферу его ответственности входит также забота о доверившихся ему людях. Правда, достижение универсальных гуманных целей предпринимательской деятельности за счет надежно функционирующей экономики недопустимо. Однако, гуманность и надежность экономики в перспективе не исключают, а наоборот, дополняют друг друга. Современный предприниматель также воспримет и признает как послание католического социального учения указание на то, что человек важнее капитала.

Для церкви из ее собственного учения следует, что социалистический функционер не способен заменить предпринимателя. Рыночное хозяйство, превосходство которого определяется фактором общего блага, в силу собственных законов нуждается в предпринимателе. Однако рыночное хозяйство не есть "предпринимательское хозяйство* в смысле доминирования в нем предпринимателя, ибо он теснейшим образом связан с системой конкуренции и открытого рынка.

 

Петер X. Верхан, ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ, Его экономическая функция и общественно-политическая ответственность, Paulinus-Verlag, Trier, 2. Auflage 1990

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: