В чем разница между библейским законом и учением?

В категориях: Личное освящение - свеча, зажженная во тьме


И. П. Плетт

Закон, данный людям Богом в Ветхом завете, и учение, которое предлагается каждому человеку, идущему по пути исканий истины. Что важнее? В чем их отличие?

Закон Ветхого завета всегда требовал исполнения заповедей, независимо от способностей, знания или возраста человека. Нарушители его наказывались вплоть до смерти. Учение же имеет дело с человеком, который, родившись от Бога, возрастает из младенца "в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова..." (Еф. 4, 13—14). В продолжение всей жизни Учитель терпеливо обучает учеников, подсказывает и помогает им, снисходит к их немощам и несовершенствам.

Закон требовал от людей быть на одном моральном уровне. Благодать снисходит к человеку любого уровня, воздействует на него и поднимает до нужных высот. Духовный уровень, фактически, не ограничен. "Ибо явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков, научающая нас..." (Тит. 2, 11—12).

По закону человек должен был, как подданный, отдавать Богу десятую часть всей прибыли, в седьмой день не работать, а чтить Бога. Между Богом и человеком не было близких, родственных отношений. Положение, когда "...все Мое Твое, и Твое Мое..." (Иоан. 17, 10), относилось только ко Христу, но теперь в Нем оно относится и ко всем, верой и любовью ставшим общниками Его.

Христос спросил Петра: "Цари земные с кого берут пошлины или подати? с сынов ли своих, или с посторонних? Петр говорит Ему: с посторонних. Иисус сказал ему: итак сыны свободны..." (Мтф. 17, 25—26). Соединившись со Христом, мы стали сынами Божьими. Мы принадлежим к семье Божьей.

В послании Колоссянам Апостол Павел также пишет о замене закона учением. "...Истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас, и Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту..." (2, 14). Рукописание (то есть закон заповедей — Еф. 2, 15), было против нас, потому что обнаруживало наш грех и без милосердия требовало смерти за нарушение его, не давая, в то же время, силу исполнить повеления. Господь истребил прежнее рукописание, пригвоздив его ко кресту. С ним, как и с нашим грехом, покончено на кресте.

За что подвергались нареканию уверовавшие во Христа Иисуса? За то, что не придерживались указаний закона Моисеева о чистой и нечистой пище, не соблюдали ветхозаветных праздников, предписываемых законом, в том числе и субботы. Апостол, успокаивая колоссян, просил их не смущаться подобных осуждений.

Но закон имел "тень будущих благ, а не самый образ вещей..." (Евр. 10, 1). То есть в постановлениях закона дан прообраз Личности, и Личность эта — Христос. Закон предназначен был древним, но истинные блага должны были прийти во Христе в будущем.

Господь Иисус говорит: "Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне" (Иоан. 5, 39). Христос — центральная Личность Писания. Все духовные блага для людей были сосредоточены во Христе прежде вековых времен. Все люди, начиная от Авеля, Еноха, Ноя, Авраама и других, приняты Богом во имя искупительного дела Христа. Они угождали Богу, ходя пред Ним по духу, а не по плоти, потому что "живущие по плоти Богу угодить не могут" (Рим. 8, 8).

Почему Апостол Павел так настойчиво утверждает, что христиане свободны от закона? Почему он так беспокоился о тех, кто считал себя подзаконными? Разве предосудительно соблюдать субботу или вкушать только позволенное законом?

Нет опасности в самих ограничениях, которым подвергают себя принимающие закон. Апостол Павел, хотя и не придерживался соблюдения закона, согласен был не есть мяса вовек, чтобы не соблазнить кого из братьев (1 Кор. 8, 13). Главное, в какое взаимоотношение с Богом ставит подзаконность. Закон — это требование Бога к человеку, старающемуся угодить Ему своими силами. Принимая закон, человек становится на плотскую основу и не может быть соединенным со Христом в смерти и воскресении Его.

Жить для Бога, приносить Ему плод можно только после того, как мы умрем для закона Телом Христовым (Рим. 7, 4). До этого момента плод будет приноситься себе, а не Богу, а это плод смерти (Рим. 7, 5).

Кто-то скажет: "В чем разница: не убивать потому, что это запрещено законом, или потому, что чуждо природе Христа? Результат ведь один и тот же. И не от Бога ли исходит и закон, и учение Христа?" Действительно, в содержании закона заложены нравственные принципы, на которых утверждена вселенная; он — отражение вечной святости Божьей. Поэтому мы воспринимаем из закона все, что содержит эти нравственные принципы святости Божьей, но не как подзаконные, а из любви к Богу, радостно принимая все, что открывает нам Бога и Его волю по отношению к нам. И Апостол Павел, настойчиво убеждающий верующих быть свободными от закона, — сам обращается к закону, как к откровению истины (Рим. 13, 8—10; 1 Кор. 9, 8—10 и др.).

Есть мнение, что закон Моисеев делится на церемониальные, или обрядовые, заповеди и на нравственные, или моральные. Первые отменены Христом, а вторые — оставлены, в них входят десять заповедей.

Делить на такие части один закон — нет оснований в Слове Божьем. Да, в законе есть моральная сторона и обрядовая. Причем одна и та же заповедь может включать и то, и другое. Например, по букве закона: "не закрывай рта у вола молотящего", то есть пусть он ест. Моральный принцип: всякий работающий пользуется результатами своего труда (1 Кор. 9, 8—10).

Или четвертая заповедь. Буква закона требовала не делать в субботу никакой работы для личных нужд, а посвятить этот день Господу. Нравственная сторона этой заповеди — уделять время для духовного общения с Богом. Однако не обязательно устанавливать для этого определенный день или время суток, а как усматривает каждый. Наблюдение дней, месяцев и пр. Апостол Павел называет возвращением к бедным вещественным началам (Гал. 4, 9—10).

Если нравственные и церемониальные стороны в законе так переплетены, то как определять, что следует брать из закона, а что нет? Ответ один: "Душевный человек... не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем...", соображая духовное с духовным (1 Кор. 2, 14—16).

Это верно. Но ведь все считают себя духовными и правильно разумеющими. Как знать: кто духовен, а кто плотской и душевный? Если Дух Божий не откроет, — бесполезно убеждать плотского человека, что он заблуждается. А духовный имеет свидетельство в себе самом (1 Иоан. 5, 10). "...Блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на небесах..." (Мтф. 16, 17). Кто имеет откровение от Бога, тот счастлив. А кто не имеет, тот не может разуметь духовного, пока не получит откровения от Духа Божьего.

Как же помочь таковым? Указать на Слово Божье. И если не примут — оставить это на их совести. Иисус Христос не стал доказывать истинность Своих слов ученикам, пожелавшим уйти от Него, только потому, что не вмещали сказанного Им. "...Какие странные слова! кто может это слушать?" — сказали они и отошли (Иоан. 6: 60, 66).

Еще вопрос: если Христос отменил закон, в том числе и десять заповедей, то почему подошедшему к Нему юноше Он сказал: "...Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди" — и перечислил многие из десяти заповедей (Мтф. 19, 17)? Но считать, что Христос утвердил здесь десять заповедей, означало бы, что Он признавал спасение своими делами. Писание исключает это. "...Делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть..." (Рим. 3, 20; Гал. 3, 11).

Юноша спрашивал Христа: "Что сделать доброго, чтобы иметь жизнь вечную?" Иисус ответил так, как говорил Бог народу Израильскому с горы Синайской: "Соблюди заповеди". Моисей пишет о праведности от закона: "исполнивший его человек жив будет им" (Рим. 10, 5). Действительно, исполнив закон, человек был бы жив, эта истина неоспорима. Но законом никто не оправдывается, потому что по-настоящему ни один человек не может его исполнить. Юноша, подошедший ко Христу, свидетельствовал, что все заповеди соблюл от юности, и они ему не помогли. Тогда Господь предложил ему практически исполнить заповедь: "Люби ближнего твоего, как самого себя," — и он отошел от Христа с печалью.

Не всегда слово "заповеди" относится к закону. Это ясно видно из таких мест Евангелия: "Если кто почитает себя пророком или духовным, тот да разумеет, что я пишу вам, ибо это заповеди Господни..." (1 Кор. 14, 37). "А заповедь Его та, чтобы мы веровали во имя Сына Его Иисуса Христа и любили друг друга, как Он заповедал нам" (1 Иоан. 3, 23). Заповедью является то, чему учил Господь или что Он заповедал через Апостолов Своих.

Как же понимать слова Христа: "Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все" (Мтф. 5, 17—18).

Обратим внимание прежде всего на выражение: "доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона". Значит все утверждения закона не кончаются с пришествием Христа, а будут иметь значение доколе есть земля и небо. Причем до конца останется в силе не только что-то, а все, до самой маленькой черточки в букве. Если это отнести к соблюдению закона Моисеева, то это значило бы, что и обрезание надо совершать, и жертвы приносить. Словом, ни малейшей буквы не оставлять неисполнившейся. Это было бы очень серьезным противоречием учению Нового Завета.

Обратим еще внимание на слова: "пока не исполнится все". Если бы Христос говорил о соблюдении закона, то следовало бы сказать: "будет исполняться все" или: "следует исполнять все". А слова: "пока не исполнится все" говорят не о соблюдении закона, а об исполнении в истории человеческого рода, и народа Израильского в частности, всего того, что предсказано в законе и пророках. В этом смысле Христос говорит, что Он пришел не нарушить закон или пророков. То есть пришел не для того, чтобы изменить что-то, о чем предсказывали пророки и направить события по другому руслу. Нет. Он пришел исполнить все, что о Нем говорилось в прообразах в законе и у пророков. И после Его вознесения от земли история будет развиваться так, как о том говорится в законе и пророках.

Не только пророки предсказывали о будущих событиях, но и закон. Это видно из слов: "Ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна" (Мтф. 11, 13). Из этих слов можно понять, что все предсказания пророков и закона исполнились до Иоанна. А мы знаем, что пророки предвозвещают и о великой скорби, и о тысячелетнем Царстве, которые еще совершатся в будущем.

Еще в общих чертах хочу сказать о нечистых и чистых животных, о десятине. Некоторые соблюдают эти предписания, ссылаясь на патриархов, живущих до закона, и утверждают, что они остаются в силе и после отмены обрядового закона. Считают, что и суббота соблюдалась до закона, начиная с первой недели творения, когда Бог в седьмой день почил от всех дел Своих и освятил этот день. Но в Писании мы не находим подтверждения, что кто-то из патриархов соблюдал субботу.

Десятину дал Авраам Мелхиседеку. Причем сделал он это добровольно, без повеления. Упоминание о чистых и нечистых животных находим только в связи с потопом, когда Ной помещал их в ковчег.

Но в Новом Завете нет указаний о соблюдении всего этого. Пожертвования — только добровольные, по расположению сердца (1 Кор. 16, 2; 2 Кор. 9, 7). Но кто старается отделять десятину на дело Божье, этим не согрешает; но делать это надо не по обязанности и не по закону, а добровольно, от всего сердца, доброхотно участвуя в нуждах святых.

Слово Божье свидетельствует, что никто не мог исполнить закон (Д. Ап. 15, 10; Гал. 6, 13). Почему же Ап. Павел пишет о себе: "...по правде законной — непорочный" (Фил. 3, 6)? Здесь он, как видно, говорит об относительной непорочности, на которую многие уповали. "Если кто другой думает надеяться на плоть, то более я..." — и дальше перечисляет плотские преимущества, имеющие цену не перед Богом, а перед людьми, ставящими во главу угла служение по закону. Именно ревнуя о законе, он ревностно гнал Церковь Божью. Все это еще раз указывает, что самые лучшие деяния людей, исполняющих закон по плоти, оказываются враждой против Бога и злодеянием перед Ним.

Итак, переход от плоти к духу возможен только через соединение со Христом, умершим для закона. И мы входим в свободу Его воскресения, когда поступаем по принципам Божьим, а не по обязанности, не по тяжкому долгу, но с сердечным желанием, находя в этом радость и внутреннее удовлетворение. В такое состояние нас вводит не закон, а благодать. Бог хочет видеть нас полными радости, веры, надежды и любви.

"Стойте в свободе, которую даровал нам Христос..." (Гал. 5, 1).

 

Вестник истины, 4, 1989

Мир в Боге.ру

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: