Социальная поддержка населения в различных странах Запада

В категориях: Аналитика и комментарии,Социология, культурология, история

1355048776obyazatelnoe-socialnoe-stra

Типология государств благосостояния изложена в авторитетных научных трудах. В них чаще всего изучаются уровни затрат в виде социальных расходов и конечные результаты в виде уровня перераспределения, однако почти во всех работах рассматриваются только денежные пособия.

Из исследований о направлениях денежных потоков можно сделать определенные, более или менее достоверные выводы относительно услуг. Сравнительный анализ денежных выплат и услуг, касающихся детей, проведенный Брэдшоу [Bradshaw etal., 1993] в 15 странах ОЭСР (Запада), привел к появлению совершенно иной классификации государств благосостояния. Наше определение социальной поддержки населения включает в себя и денежные выплаты, и услуги, а также формальную и неформальную, государственную и частную деятельность по оказанию ухода. Наша цель — показать, как изменяется подход к рассмотрению, во-первых, различных типов государств благосостояния, и (в последующем разделе) их реструктуризации, когда в центре всего анализа находится подобная концепция социальной поддержки.

Уход за нуждающимися одновременно является и той проблемой, серьезность которой для государств благосостояния постепенно возрастает, и становится все более частым объектом социальной политики. Для того чтобы понять, почему уход становится все более проблематичным для государства и общества, необходимо обратить внимание на те изменения, которые произошли в самом контексте ухода, а именно: прибавились демографические, экономические и социальные факторы. Они-то и стали факторами давления, повышающими спрос на получение ухода, тогда как социальные факторы: в частности, меняющиеся нормы в отношении обязанностей семьи и родственников и роли женщин, — сыграли большую роль в трансформации условий, в рамках которых традиционно предоставлялся уход. Совокупность этих факторов фактически привела к снижению предложения по оказанию ухода, в то время как спрос на него вырос.

В результате практически все европейские общества, за исключением Ирландии, переживают кризис социальной поддержки населения. Причины этого явления различны, так как разные типы государств благосостояния включали вопросы ухода в свою структуру по-разному. Хотя нет единственно верного или простого способа разделить государства благосостояния на соответствующие категории, можно выявить определенные тенденции в отношении социальной поддержки, применив продемонстрированную выше схему. Скандинавские государства в этой связи формируют отдельную, четко выраженную группу, где уход за престарелыми и детьми, скорее, — задача государства. Более половины всех детей дошкольного возраста в Скандинавских странах посещают государственные учреждения дневного пребывания, а каждый третий человек преклонного возраста является получателем ухода по месту жительства или помощи на дому.

Модель обеспечения социальными услугами в этой части Европы в течение долгого времени включала в себя разнообразные услуги, организованные на местном уровне, доступные на общих основаниях и финансируемые за счет налогообложения. В этой связи затруднения, связанные с предоставлением там социальной поддержки, возникли в основном из-за дефицита бюджетных средств и в меньшей степени из-за разочарования в преимущественно государственной модели предоставления услуг. Именно Скандинавские страны действительно представляют собой некую группу со схожими характеристиками в организации социальной поддержки. На первый взгляд, страны Центральной и Южной Европы также можно объединить в одну категорию, с точки зрения предпочтения ими «частной» модели социальной поддержки. Однако это довольно большая и неоднородная группа, включающая в себя как бисмарковскую, так и средиземноморскую модели государств благосостояния, и различия между странами, входящими в эту группу, значительны. Основным отличительным фактором является разгосударствление услуг.

В Средиземноморских странах уход осуществляется семьей. За исключением Италии, государственные службы социальной поддержки взрослых и детей в этих странах чрезвычайно малочисленны, а рынок услуг, относящихся к сфере социальной поддержки, не развит. В Германии же разгосударствление социальной поддержки означает нечто большее. В случаях, когда семья не осуществляет социальную поддержку, эта функция чаще всего закономерно переходит к добровольческому сектору услуг. Это значит, что в Германии сформирован относительно широкий добровольческий, псевдо-регламентированный сектор, который с помощью государственного финансирования предоставляет услуги, относящиеся к сфере социальной поддержки и ухода как за престарелыми, так и за детьми. Во Франции же проводится четкое разделение между социальной поддержкой детей и уходом за престарелыми. Лишь уход за детьми там осуществляется за счет государства, а добровольческий сектор играет в этом минимальную роль. Во всех этих странах основным затруднением стало снижение предложения и ресурсов ухода в рамках семьи. Женщины больше не оказывают уход в прежнем объеме по причине либо нежелания, либо необходимости быть активно вовлеченными на рынке труда (первым на эту тенденцию обратил внимание Морони).

Другую разновидность подхода к социальной поддержке можно обнаружить в государствах благосостояния бевериджской модели (в Европе — Великобритания и Ирландия). Как и во Франции, в этих странах существует четкое разделение между уходом за детьми и за (престарелыми) взрослыми. Но, в отличие от Франции, уход за детьми там осуществляется во «внегосударственной зоне», тогда как уход за престарелыми — это удел государства. В настоящее время эти государства благосостояния испытывают давление с обеих сторон: ресурсы семьи в плане ухода уменьшаются, также снижается количество ресурсов (как финансов, так и приверженности) на оказание государственных услуг.

Таким образом, социальная поддержка является ключевым элементом, лежащим в основе анализа государств благосостояния. Более того, она позволяет выявить и то, каким образом европейские государства благосостояния отличаются друг от друга. Она охватывает такие вопросы, как согласованность в отношении принципов ухода за детьми и престарелыми, степень, в которой предоставление услуг по уходу приватизировано или коллективизировано, и вклад в него разных секторов. Главным открытием этой статьи является то, что степень значимости социальной поддержки исторически менялась в зависимости от роли, которую она играла в государственной политике. Этот факт не является широко признанным. Мы хотели бы обратить внимание на то, что социологический контекст социальной поддержки и степень, в которой ее следует считать «проблемой», различались в разное время и в разных регионах. Например, зависимость исторически не рассматривалась так одномерно, как ее позже стали определять в рамках либерального феминизма [Ofen, 1992], и автоматическая коннотация понятия «зависимость» с социальной поддержкой — также современное явление.

Например, в «социальном католицизме» — мировоззрении, на котором в той или иной степени базируются все континентальные и южноевропейские государства благосостояния, осуществление и получение социальной поддержки является частью нормального взаимного обмена между людьми, находящимися в таких отношениях в силу их традиционной включенности в определенный ряд социальных связей. (Социальный католицизм или католический социализм — общее название течений в католицизме, озабоченных участью рабочего класса и выдвигающих, опираясь на религиозные соображения, предложения более или менее значительных социальных реформ.) Семейная солидарность рассматривалась там в виде готовности оказывать социальную поддержку (а также предоставлять финансы) друг другу, и в соответствии с этим подходом социальные программы создавались таким образом, чтобы позволить семье выполнять функции ухода. Это считалось нормальным и уместным. Более того, роль самого государства состояла в том, чтобы дать семье возможность первоочередного права для осуществления социальной поддержки. Так, не уходя в сторону от мысли о необходимости социальной поддержки, можно определить классические социальные программы в сердце Европы как поощряющие предложение и даже спрос на осуществление ухода силами семьи. И хотя исторически это принимало разные формы, поощрение и уместность осуществления ухода силами семьи прослеживаются в социальной политике государств благосостояния бевериджского типа в форме постепенной (кто-то даже может сказать, неохотной) институционализации мер (например, льгот для взрослых и детей, находящихся на иждивении), которые могут наносить ущерб позиции мужчин, издавна считающих себя основными кормильцами семьи.

Социальная поддержка также имела различную значимость как область применения программ государств благосостояния. Для того чтобы оценить этот момент, важно провести различие между ожиданиями, принципами и конечными результатами политики государства благосостояния. С исторической точки зрения, сложно поспорить с тем, что в первых программах государств благосостояния, особенно в рамках социального страхования, превалировал элемент оплачиваемой занятости. Признавая, что такие меры были гендерно-ориентированными по сути, то, насколько они вбирают (ли) в себя гендерные и семейные проблемы, непосредственно зависело от степени, в которой они считались влияющими на наличие предложения (мужского) оплачиваемого труда. Сегодня такого не наблюдается. Гендерные вопросы занимают собственное полноправное место в рамках политики государства благосостояния.

Важную роль в формировании такой повестки дня в государствах благосостояния сыграли два фактора. Во-первых, социально-политическая озабоченность вопросами гендерного равенства вынудила государства благосостояния защищаться и превратила гендерное равенство в предмет открытого обсуждения во всех развитых странах. Во-вторых, как только женщины стали все больше подпадать под категорию оплачиваемых работников, государства благосостояния начали уделять большее внимание тому, каким образом их политика соотносится с женским трудом, как оплачиваемым, так и неоплачиваемым. Озабоченность вопросом уровня предложения на рынке женского труда находится во главе угла концепции социальной поддержки как в государствах благосостояния, так и в обществе в целом.

Как показано выше, практически все государства благосостояния испытывают кризис социальной поддержки в результате старения населения и сокращения уровня доступности частного неоплачиваемого ухода. Реагируя на этот кризис, государства благосостояния все чаще подвергают корректировке набор услуг, который может предоставляться в качестве государственных, список нуждающихся в социальной поддержке в виде финансовой помощи и уровень социальной поддержки, оказываемой в рамках частного семейного или частного рыночного секторов.

Примечание: Перевод статьи Mary Daly and Jane Lewis. The concept of social care and the analysis of contemporary welfare states. British Journal of Sociology Vol. No. 51 Issue No. 2 (June 2000) pp. 281–298. Научный редактор перевода – Синявская О.В.

Дэли М.

Кафедра социологии и социальной политики, Университет Квинс, Белфаст, Великобритания Льюис Дж., Кафедра социальной политики и социальной работы, Оксфордский университет, Великобритания
SPERO | №19 Весна—Лето 2014

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: