Когда из западной культуры уйдет Бог.

В категориях: Аналитика и комментарии,Социология, культурология, история

культ

Владимир Порус.

Человечество всегда боялось остаться без Бога. Эти страх неоднократно подпитывались на протяжении всей его истории. В наши времена заговорили о том, что Бог скоро уйдет из западной культуры.

Что касается этих угроз, то их описание возможно на различных уровнях: от «метафизического» до чувственно-конкретного обращения к эмоциям, ожиданиям, надеждам и опасениям живых человеческих индивидуумов. На метафизическом уровне жизнь людей без Бога описывается как царство безнадежности и отчаяния, наступающего из-за того, что людям не удается постичь смысл их существования, конечного и наполненного страданиями, вплоть до неизбежного страдания от утраты близких и от сознания бренности собственной жизни. Хаутепен пишет: «Царство науки и техники... дает людям не Царство Божье, поскольку, как оказалось, не гарантирует конца войн, но ведет к их эскалации вследствие все более угрожающей огневой мощи и прометеевского накопления силы/Сверх того, оно хотя и увеличивает продолжительность нашей жизни, но не способствует сохранению жизни на Земле в целом. Рождаемость и мобильность вследствие более широких возможностей манипуляции не становятся лучшими образцами нашей свободы, а разрастаются до невозможных масштабов: перенаселенность и ограничение передвижения, все ускоряющееся истощение земных природных ресурсов. И, безусловно, это технологическое Просвещение не побеждает конечность и смерть, как бы оно ни желало справиться с ними, прикрываясь эвфемизмами осмысленного конца и достойной смерти. Не примирение со смертью, но принятие предназначения жизни — вот что составляет нашу свободу».

Это, конечно, обращение к высшим раздумьям человека, способное кое-кого подвигнуть к мыслям о невозможности и нежелательности «обезбоженного мира». Но следует признать, что к таким раздумьям можно подвигнуть только очень немногих, а именно тех, кто уже поставил эти проблемы выше проблем своего повседневного бытования. Для большинства людей важны совсем другие вопросы: как обеспечить себе и ближайшему окружению безопасное и по возможности приносящее удовлетворение существование. Можно признать неизбежность смерти и даже придать ей некое нравственное, даже эстетическое измерение, но при этом жить так, словно сама смерть не имеет к нам отношения (по совету Эпикура), главное же, чего так хотелось бы, — это избежать страданий, связанных с жизнью. И смерть может выглядеть как одно из терапевтических средств для благополучного проживания, о чем свидетельствует, например, нарастающая тяга к узакониванию эвтаназии. Иначе сказать, метафизическая угроза оказывается столь отдаленной и абстрактной, что ее легко заслонить и вовсе не замечать, она может выглядеть как некая нелепость, достойная осмеяния: так осмеиваются детские страхи взрослыми людьми. Нельзя ведь жить в постоянной тревоге из-за того, что жизнь бессмысленна, это вызывает у нормального человека естественное отторжение от всего, что питает подобные размышления.

Поэтому более действенным средством победы в конкуренции различных культурных форм (в указанном выше смысле) может выглядеть запугивание людей возможными и реальными последствиями их безбожия (агнозиса). Например, можно говорить, что рост преступности или падение нравственности являются прямыми следствиями того, что люди «забыли Бога» (А. Солженицын) или даже «убили Его» (Ф. Ницше). Это довольно древний аргумент «страха Божия», который в наши дни значительно ослабел в своем воздействии на умы людей хотя бы потому, что люди привыкли бояться друг друга или природно-социальных катаклизмов, но не видеть в них признаки Божьего гнева. Пытаться победить врага силами своего разума или коллективным упорством или спрятаться от его угроз — проще и понятнее, чем видеть в них бич, которым Бог погоняет людей к осознанию их гибельной греховности и от которого не спрячешься. Вообще, решать конкретные задачи своего существования проще и легче, если не пытаться увидеть за ними чью-то недоступную для понимания и часто произвольно толкуемую различными проповедниками волю божества. Отсюда растущее недоверие к религиозным проповедям, если они выходят за рамки конкретно-житейских объяснений.

Кроме того, на всякую проповедь найдется своя анти проповедь, и часто анти проповедником выступает сама жизнь.

Владимир Порус.

Перспективы богословия в перспективе культуры.

«Страницы», том 13. выпуск 1, Библейско-богословский Институт св. апостола Андрея, 2009.

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: