Старая, но мудрая формула личной жизни и международных отношений: в поисках виноватых каждый должен начинать с себя.

В категориях: Аналитика и комментарии,Социология, культурология, история

мир1

Куда ведет нас ожесточение общества и когда мы начнем поиск виноватых – каждый с себя?

Юрий Соломонов

Об авторе: Юрий Борисович Соломонов – ответственный редактор приложения «НГ-сценарии».

Две недели назад получил я письмо из Украины. От Георгия Георгиевича Почепцова, тамошнего профессора, два интервью с которым в свое время публиковались в «НГ-Сценариях». Автор он известный, еще с советских времен считается авторитетным специалистом в области информационных и психологических войн. Написал на эти темы немало книг и статей, читал лекции в разных странах, включая Россию, консультировал украинскую власть при нескольких президентах.

Мне он прислал ссылку на журнал «Forbes Украина», где дал интервью киевской корреспондентке издания. Разговор получился весьма интересным. Уже хотя бы потому, что от Почепцова хотели услышать, чем, по его мнению, должны отвечать киевские информационщики на пропагандистские действия Москвы.

А получилось, на мой взгляд, так, что ответы Георгия Георгиевича вольно или невольно оказались полезными для обеих сторон нынешнего информационного противостояния. Особенно если стороны все же хотят работать на поддержание пусть плохого, но все-таки мира.

Почепцов, к примеру, заметил, что до обострения противостояния Украина в информационном и психологическом измерении, по сути, была своеобразным отражением России, хотя реально она уже являлась самостоятельным государством: «Мы смотрели одни фильмы, читали одни книги, слушали одни новости. Была, конечно, масса отличий, но общее было сильнее».

На вопрос, является ли помехой для усиления украинской независимости распространение русского языка в республике, авторитетный собеседник ответил, что более важным является наличие или отсутствие «собственной картины мира в голове». При этом не без иронии заметил, что России в этом смысле легче – она приняла «и советскую модель мира».

Что же до нейтрализации российской пропаганды, то профессор посоветовал выстроить свой информационный мир так, что он лишь частично будет пересекаться с российским. «При этом не следует бросаться в крайности, вычеркивая Пушкина, Чайковского или Прокофьева. Это вненациональные имена, принадлежащие мировому искусству. Это классика, как и Булгаков, Паустовский или Ахматова. Они, кстати, учились в киевских гимназиях. И классика такого уровня присутствует во всех странах. К примеру, американское Рождество нельзя себе представить без «Щелкунчика» Чайковского. Поэтому в первую очередь надо создавать условия для созидания своих вершин, а не для свержения чужих».

К этому добавилось еще одно пожелание украинской власти: помнить, что сильное государство лишь то, которое дает «право своим гражданам быть разными».

Но разве такая аксиома не касается большой России, которая уже сегодня уже считает себя одной из сильнейших стран в мире?

А когда я прочитал, что власть не умеет разговаривать с собственным населением, поскольку не ощущает своей зависимости от него, а вспоминает о народе лишь с приближением выборов, то универсальность диагноза профессора Почепцова показалась и вовсе бесспорной. Я уже не понимал: чей это Forbes его опубликовал – украинский или российский.

Что, кроме культуры?

В сегодняшних информационных схватках трудно услышать от кого-то такие, как у Почепцова, спокойные и рассудительные речи. Многим экспертам с обеих сторон гораздо легче делать печальные или алармистские прогнозы, уверяя, что теперь о замирении наших стран можно даже не думать десятки лет.

Конечно, когда дело доходит до симметричной борьбы с книгами, фильмами, спектаклями, до запретов въезда в страну неугодных деятелей культуры, то возникает вопрос: а на каком еще поле, кроме гуманитарного, могут появиться хотя бы ростки взаимопонимания или, страшно сказать, может начаться диалог?

Ну, допустим, что касается запретов въезда в страну определенных нежелательных персон – этим скорее занимаются власти. То же самое касается отмены гастролей, выставок, премьер, связанных с деятельностью государственных учреждений, – это тоже решает не общественность, не зрители и слушатели.

Так вот если вычленить все обоюдоострые санкции и меры, за которыми стоят власти обеих стран, то все равно в остатке мы увидим печальную картину.

Ситуация противостояния зашла так далеко, что она коснулась всех слоев населения, регионов, общественных организаций, муниципальных властей, всех видов деятельности. С одной стороны, было бы странно, если бы такие драматические, трагические события не задели наши народы.

Другое дело, в чем эта реакция стала выражаться?

Мне кажется, в том, что сейчас, когда не гремят пушки, самая опасная и затратная война происходит в наших головах.

Я не знаю, как в Украине, но в России это быстро привело к тому, что социально активная часть населения стала стремительно делиться на сплоченное большинство и тех, кого маркировали как пресловутую «пятую колонну». В нее определили разного рода лиц, несогласных (или подозреваемых в несогласии) с любым доминирующим решением или оценкой тех или иных действий людей, принимающих эти решения.

Для того чтобы слабые, идейно неустойчивые натуры могли правильно определиться с личным политическим выбором, смышленые и устойчивые энтузиасты придумали немало хлестких определений тем, от кого любимой родине, по разумению авторов ярлыков, только вред. Это «либерасты», «пятая колонна», «национальные предатели», «наймиты ЦРУ», «прихвостни Госдепа» и т.д. и т.п.

Корни народного гнева

Конечно, такому процессу приклеивания политических ярлыков оказал большую услугу опыт 30-х годов прошлого века. Тогда большевистская победа в революции и Гражданской войне стала подкрепляться идеей активного продолжения классовой борьбы – не столько с внешними, сколько с внутренними, окопавшимися в стране, созидающей социализм, врагами.

Мне кажется, что в составлении сегодняшнего словаря для непримиримой общественности не обошлось без людей, знающих толк в информационных манипуляциях и психологических способах воздействия на коллективное сознание. На это работала, скажем, дискуссия о роли Сталина в истории, где большую роль сыграла даже не защита вождя народов, а, например, демагогический тезис о том, что при таком мудром руководителе тех, кто не был врагом, вредителем, шпионом, никто не репрессировал. А если такое случалось, то виновные получали по полной мере, и Сталин сам контролировал эти неотвратимые наказания.

То есть получается, что страна в ту пору действительно кишела разнообразными врагами и предателями. Поэтому сегодня, слушая такие речи, покупая на развалах «сталиниаду», созданную целой армией полуграмотных сочинителей, человек, немного послушав, почитав, впадает в глубокую задумчивость. А тут еще телевизор добавляет перца: на каком-нибудь очередном ток-шоу ватага правильных экспертов под управлением ведущего кромсает в хлам аргументы некоего гостя студии с украинским акцентом. Впрочем, в других эфирах акцент может быть грузинским, эстонским, английским. Как говорится, нужное вписать. Все равно сценарий уже написан и результат «борьбы» определен.

Я это называю «аудиовизуальная победа над образом врага».

На мой взгляд, все это образы внешних и внутренних врагов. Вольное и невольное внедрение их в сознание населения находится в вопиющем противоречии с той реальностью, в которой произошло возращение Крыма в Россию. Кроме того, все опросы показывают, что в российском обществе стали поддерживаться идеи дальнейшего укрепления государственности, пошли вверх рейтинги, отражающие роль армии в жизни общества, вырос престиж воинской службы и т.д. Общественность одобрила военную поддержку Россией борьбы с терроризмом в Сирии. Как и усилия президентов России и США добиться прекращения военных действий в этой стране.

Все говорило о том, что Россия на подъеме.

Но о чем говорит вольно или невольно растущая милитаризация гражданского населения – это уже другой и больной вопрос.

Однако уже в период присоединения Крыма, в атмосфере бурной радости и гордости, в самых разных сообществах и компаниях находились пытливые граждане, которые, увидев поблизости себя человека с задумчивым лицом, считали своим долгом поинтересоваться, не случилось ли чего.

Поначалу это любопытство не несло в себе никакого умысла и носило характер традиционно русского не то сочувствия, не то подозрения типа: «А ты почему не пьешь?»

Выяснение неясных позиций продолжилось уже в ходе гражданской войны в Украине, когда все тот же задумчивый тип человека пытался поговорить о плюсах и минусах той или иной тактической и политической победы в другой стране. Такое сомнение в абсолютной однозначности событий в Украине тут же толковалось большинством явно не в пользу размышляющего. И сразу большинству становилось ясно: «Казачок-то засланный».

Есть версия, что такие проверки взглядов на важные события носят организованный характер, что соответствующие службы в условиях мобилизационного проекта поставили перед патриотической общественностью задачу – всячески пресекать очернительство наших планов и действий, отлавливать паникеров и маловеров.

По-моему, это чушь. Было бы даже лучше, если бы им это было поручено. Они все-таки могут отличить реальность от бреда. Но сейчас мы имеем дело с иным феноменом.

Никому не желал жить во времена перемен китайский мудрец. А мы, кажется, на них и попали.

Страна с очень странной гибридной экономикой, без четкой цели развития и соответствующих для ее достижения институтов, монополия государства во всех сферах деятельности, отсутствие реальной конкуренции, закупоренность социальных лифтов, коррупция на всех направлениях соприкосновения человека с властью.

Ну как тут простому гражданину не согласиться с неглупым соседом, поведавшим, что это все не случайно и не просто так. Значит, есть тайные силы, которые все это устроили. И скорее всего это даже не Обама и не Меркель, а кто-то покруче. И не один. У них повсюду свои люди. Они наших, говорят, столько навербовали, что уже девать некуда. Это все из тех, кто нашего президента критикует или Америке все места облизывает. Надо что-то делать. Россию мы им не отдадим…

Вот так в жизни выглядит упрощенная мной до пародии работа по введению человека в самое старое в истории учение – в теорию заговора.

Всемирная и вечная паранойя

Недавно ушедший от нас замечательный всемирно известный философ, писатель Умберто Эко пять лет назад в интервью газете Guardian в очередной раз коснулся темы, которая его волновала всегда. Это волнение, как он сам говорил, было вызвано тем, что первые 10 лет жизни его школьным образованием занимались итальянские фашисты: «Они использовали всемирный заговор о том, что вы, англичане, евреи и капиталисты, плетете интриги против бедного итальянского народа. У Гитлера было то же самое».

Умберто Эко считал, что «паранойя всемирного заговора вечна». Потому что она сильна абсолютной невозможностью ее раскрыть. Веру в заговор он определял как способ не чувствовать себя ответственным за что-то: «Именно поэтому все диктатуры используют идею всемирного заговора как оружие».

Кажется, это у Стругацких: «Когда факты перевешивают веру, приходится либо менять мировоззрение, либо становиться фанатиком».

Ну а насчет эффективности этого феномена применительно к России уже давно высказался Виктор Пелевин: «Антирусский заговор, безусловно, существует – проблема только в том, что в нем участвует все взрослое население России».

Вера во всемирный заговор – это доказательство отсутствия каких-либо представлений о том, как действительно устроен мир. Эту веру во всевозможные мифы живо используют те, кто тоже не светоч разума, но очень хотят возглавить что-нибудь яркое и громкое. А что может быть лучше и легче, чем активная, наступательная любовь к родине? Или к родине и власти, если власть тоже понимает, что мы окружена врагами извне и изнутри.

С внешними иродами понятно. На кого мы хотим наступать в своей стране? Можно на инородцев. Или на извращенцев. На богатых или на бедных. Кажется, это в новелле у Стефана Цвейга высмеивается выбор главного врага – между евреями и велосипедистами.

Недавно в Интернете я обнаружил сайт «Пятая колонна». Серьезный такой ресурс со списками и портретами «врагов России». Кроме «опасных личностей» есть там и враги в виде организаций, СМИ и т.д. Так вот среди них есть построенный в Екатеринбурге Центр первого президента России Бориса Николаевича Ельцина, на недавнем открытии которого был нынешний президент Владимир Владимирович Путин. Это к вопросу о критериях в выборе «врагов России».

...Помню, много лет назад в Вашингтоне я увидел, как мимо Лафайет-парка проезжал на огромном квадрацикле парень с развернутым лозунгом: «Я американец! А ты можешь этим гордиться?!»

Так гордиться своей страной, конечно, можно. Он радуется, что живет в Америке, в которой есть условия для самореализации и достижения успеха. Дальше многое, если не все, зависит от тебя.

То, что я сейчас сообщил, – великая американская банальность, этакая психотерапевтическая фишка. Чтобы утешать даже тех, у кого ничего не получится. И парень на квадрацикле это знает. Он не будет гордиться цветом кожи или тем, что родился французом или чистокровным немцем. Он американец. Это политическая нация. Разноголосая, но сплоченная. Хотя в случае каких-нибудь военных действий США в другой стране американские патриоты начнут выявлять сторонников врагов Америки у себя, я не удивлюсь. Были же у них годы маккартизма. Но теперь они считают это позором.

Мы же в своей, я бы сказал, негативной гражданской активности пока на подъеме. И расширяем поиск врагов по самым разным поводам. Да и действия против них стали отличать разнообразием форм. Оказывается, можно беспрепятственно собраться в группу и, скажем, выставку какого-нибудь продавшегося Западу художника разгромить. Или кондитерское изделие запустить в мерзкое лицо первого же попавшегося «либерала». Лучше, если это будет лицо хорошо известное. Только так и можно прославиться.

 «Как у вас с величием души?»

Но самое печальное, что и прославленные люди тоже почувствовали, что сейчас надо попасть в новый патриотический тренд. Никита Сергеевич Михалков нацелился сразу на два таких тренда. Взялся за разоблачение делишек сразу двух президентов – Горбачева и Ельцина. В своем интервью Михалков, говоря о будущем России, сказал, что надо на государственном уровне признать преступления Горбачева и Ельцина. «Они совершили реальное преступление. Вольно – невольно, руководствуясь амбициями – не амбициями, сейчас не об этом речь. Их свершения привели к развалу нашей страны! И это самая великая геополитическая катастрофа, случившаяся за это столетие».

Последней фразой Никита Сергеевич почти процитировал Путина, но в этом, вероятно, и состоял режиссерский замысел.

А вот замысел бороться с Горбачевым или Ельциным, конечно, недорого стоит. Это вообще не очень хорошая особенность российской интеллигенции – способность к постоянным и быстрым прозрениям. Только ушел очередной руководитель со своего поста или даже из жизни – начинается прозрение. Пришел новый лидер – тут же пошло новое прозрение и открытие в ранее неизвестном политике необычайных талантов.

В науке это называется отсутствием чувства историзма.

Это в науке. А в жизни – просто забрасывание камнями того, кто уже ничем не грозит очередному «разоблачителю».

У Бориса Слуцкого есть такие строки: «Как у вас с величием души? Все остальное кажется в порядке. Но, не играя в поддавки и прятки, скажите, как с величием души?»

Это, по-моему, вопрос нам всем и на все времена.

НГ –Сценарии, 29.02.2016

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: