О нашем понимании Евангелия.

В категориях: Бог творения, творчества и красоты,Личность, обращенная к Богу

еванг

Андрей КРАВЦЕВ

«Только живите достойно благовествования Христова, чтобы мне, приду ли я и увижу вас, или не приду, слышать о вас, что вы стоите в одном духе, подвизаясь единодушно за веру Евангельскую» (Флп. 1:27).

Введение

Прежде чем перейти непосредственно к теме данной статьи, хотелось бы обратить внимание на два момента в этом призыве апостола Павла к Филиппийцам: жить достойно евангельской вести.

Во-первых, на слово «живите». Соответствующее ему слово в оригинальном тексте (греч.: политеуомай) уникально для посланий апостола Павла и используется в Новом Завете всего один раз. Оно имеет политические коннотации, что, по-видимому, объясняется тем, что Павел писал в Филиппы, где значительная часть жителей были римскими гражданами1.

Вот как передают значение этого слова словари:

- «жить в своем государстве, быть гражданином» (Древнегреческо-русский словарь под ред. Дворецкого)

- «должным образом исполнять обязанности члена общества по отношению к другим его членам» (Louw & Nida Lexicon)

Отсюда можно сделать предварительный вывод о том, что речь в данном случае идет не только о личных моральных качествах человека перед Богом и не только о жизни в христианской общине, но о жизни в обществе или, другими словами, о гражданской жизни верующего.

Во-вторых, в данном тексте Павел соединяет жизнь верующего с Евангелием: критерием достойной жизни служит евангельская весть. Отсюда предварительно можно сделать еще один вывод: мы вряд ли сможем понять, как должна выглядеть жизнь верующего в обществе, пока не ответим на вопрос о том, что такое Евангелие.

Два измерения евангельской вести

Четверть века назад южноафриканский миссиолог Дэвид Бош писал о двух аспектах евангельской вести: вертикальном и горизонтальном. Вертикальный аспект говорит о примирении человека с Богом и является сердцевиной Евангелия. Его суть иногда передают с помощью так называемых «четырех духовных законов»:

(1) Бог имеет прекрасный план для жизни каждого человека;

(2) однако, человек грешен и поэтому не имеет отношений с Богом;

(3) чтобы спасти людей, Бог послал в мир Своего Сына, Иисуса Христа, Который искупил их грехи Своей жертвой;

(4) всякий, кто примет эту жертву верой, получит прощение грехов и вечную жизнь в будущем.

Такая форма презентации Евангелия помогла миллионам людей в мире обрести спасительные отношения со Христом. Ведь именно с личного примирения с Богом начинается духовная жизнь каждого христианина. В то же время эта форма благовестия (которую можно назвать «евангелием личного спасения») не исчерпывает всей полноты Евангелия Иисуса Христа. Более того, если мы ограничимся ей, то неизбежно столкнемся с определенными проблемами в понимании Библии и в духовной жизни. Здесь я обращаю внимание лишь на три проблемы, связанные с таким пониманием Евангелия:

Человекоцентричность. Точкой отсчета в данном случае выступает человек. Главный вопрос здесь: что мне делать, чтобы спастись? Эгоцентризм естественен для грешника, но чем больше христиане читают Библию, тем яснее они понимают, что эта книга, прежде всего, о Боге и Его намерениях для мира. Наша личная история является лишь частью Его великой истории, в которую вовлечено все творение.

Индивидуализм. Каждый из нас, словно пилигрим из классической книги, направляется в Небесный Город в одиночку (или с помощью близких друзей). В лучшем случае, такое понимание Евангелия церквецентрично – мы помогаем друг другу на пути в вечность. Это уже большой шаг в верном направлении, но здесь не хватает еще одного важного шага, который позволил бы увидеть, что план Бога охватывает общество и творение в целом. Главный вопрос, на который отвечает Библия, больше чем «личное» спасение отдельных людей. Он заключается в том, что Бог совершает в мире и каковы Его цели для всего творения.

Отсутствие ясной позитивной программы. Фактически, такое благовестие не имеет цели подготовить человека к жизни на земле, оно готовит человека к вечности. Главное в нем – это жизнь в небесах после смерти2. Спасение в данном случае понимается преимущественно в негативных терминах: это спасение «от чего» (от мира, от суда, от греха), но не «для чего». Неудивительно, что оно мало что может предложить в качестве ответов на насущные вопросы, связанные с жизнью в обществе: в чем цель моей земной жизни? Как относиться к миру? Работе? Культуре? Образованию? Искусству? Политике? Такой подход неизбежно производит сепаратистские тенденции, то есть тяготеет к практически полному отделению от общества. Главное в нем - не грешить и ожидать перехода в вечность.

Евангелие «личного спасения» восходит своими корнями к пиетистской традиции XVII-XIX веков и к проповедникам «пробуждения» того же периода. В нем просматривается и влияние традиции западного индивидуализма. В последние десятилетия в нашей стране оно активно распространялось американскими фундаменталистами, которые, реагируя на либеральное богословие первой половины XX века, ограничили понимание греха поступками индивидуумов, а спасение – принятием Иисуса как личного Спасителя. По всей видимости, опыт социальной изоляции евангельских христиан в бывшем СССР тоже повлиял на то, что Евангелие рассматривается главным образом как восстановление вертикальных отношений грешника с Богом.

Повторюсь, такое понимание Евангелия помогло множеству людей обрести прощение грехов. Но было бы большой ошибкой ограничивать Господа всего творения ролью «личного» Спасителя, равно как и Евангелие Царства Божьего (Мк. 1:15) нельзя сводить к евангелию индивидуального спасения. В последние десятилетия евангельские богословы все чаще говорят о так называемом миссиональном прочтении Библии, в центре которого стоит миссия Бога, то есть Его замысел установить Свое Царство в мире. Здесь мы имеем дело с другим, горизонтальным измерением Евангелия.

Начинается этот замысел с сотворения, о котором повествуют первые главы Библии, и заканчивается новым творением в ее последних главах. Между ними разворачивается то, что иногда называют драмой Писания: грех, избрание Израиля, искупление, служение Церкви, окончательная победа над грехом.

В период между грехопадением и искуплением Бог избрал Авраама и его потомков, чтобы через них благословить все народы земли. Эта цель осуществилась во Христе, который выполнил миссию Израиля и стал тем самым семенем, через которое благословение Божье придет на все народы. Благодаря сошествию Святого Духа Бог создает новый народ, в который входят уверовавшие иудеи и язычники, чтобы через них Христово благословение распространилось до конца земли. План Бога завершится восстановлением Его владычества над всем творением, что в Библии называется Божьим Царством.

В центре этого замысла стоит личность и дело Триединого Бога, сотворившего мир в Отце, искупившего его во Христе и действующего сегодня в мире Святым Духом через Церковь. Личное спасение, безусловно, тоже является частью Божьего плана. Однако те, кто во Христе, становятся новым творением не только в личном, субъективном смысле произошедшей в них перемены; они становятся причастниками нового творения, началом которого является сам воскресший Христос и которое в конечном итоге охватит весь мир: «Вот, творю все новое».

Важно также сказать несколько слов об эсхатологии, то есть о христианской надежде. Согласно «вертикальному» пониманию Евангелия, ожидания верующих устремлены к «восхищению Церкви», когда Господь «заберет Свою Церковь из мира». Материальный мир будет полностью и окончательно уничтожен.

Однако такое понимание основано на одностороннем прочтении отдельных текстов Писания и не было известно Церкви до середины XIX века. Надежда Церкви, согласно ее исторической вере, состоит в том, что воскресший и прославленный Господь «придет судить живых и мертвых и Царству Его не будет конца».

Таким образом, Царство Божье это не то, куда мы перейдем из этого мира после смерти; это то, что придет в этот мир вместе с явлением Христа. Наша вечная надежда не в том, что Бог «заберет» нас отсюда, а в том, что Он приведет сюда вместе со Христом верующих, умерших ранее, чтобы Христос воцарился навсегда вместе с Церковью на новой земле и новом небе.

Так ли это важно?

Крайне необходимо научиться видеть жизнь и миссию Церкви в свете целостной истории Бога от сотворения до нового творения. От того, какой аспект евангельской вести мы выделяем в проповедовании и служении, многое приобретает (или теряет) важные оттенки значения. Я приведу несколько примеров из разных сфер жизни верующего.

Наше понимание Библии

Не секрет, что каждый из нас подходит к Писанию с определенным набором убеждений, сложившихся в силу личного опыта, особенностей характера, церковной традиции и др. Миссиологи иногда называют такой набор богословскими парадигмами, то есть моделями, через которые мы, словно через очки, читаем Библию. Например, читая слова Христа «ищите прежде всего царства Божьего и правды Его» (Мф. 6:33), мы встречам два ключевых термина, которые приобретают разный смысл, если понимать их внутри вертикальной или горизонтальной парадигмы Евангелия:

(1) «Царство Божье»: относится ли оно главным образом к будущему, а в настоящее время выражается в чувствах мира и радости в сердце верующего? Или же это владычество Бога над всем творением, которое начинается уже сегодня и распространяется на все сферы жизни верующего?

(2) «Правда» Бога (по другим переводам: «праведность»): это праведность во внутреннем, личном смысле? Или это справедливость в общественном смысле? Соответствующее греческое слово означает и то, и другое. Какое из этих значений мы выберем, во многом будет зависеть от нашего понимания Евангелия.

Приведенная ниже таблица обобщает несколько важных отличий в акцентах при чтении Библии и показывает, почему важно, читая Писание и проповедуя, иметь в виду оба аспекта евангельской вести.

Отношение к культуре и обществу

Выше была затронута тема культурной деятельности, которая требует разъяснения. Писание свидетельствует о том, что Бог создал человека для трех видов взаимоотношений: с Собой, с другими людьми, и с творением.

Именно из этих трех отношений вытекает вся деятельность человека и то, что принято называть культурой – социальные, политические, экономические системы, религия, наука, искусство и т.д. Само слово «культура» восходит к латинскому слову, означающему возделывание земли (Быт. 2:15).

Грехопадение негативно повлияло на все три вида отношений и крайне исказило их, однако оно не упразднило ценности культурной деятельности как таковой. Иными словами, хотя далеко не все плоды культуры угодны Богу, культурная деятельность сама по себе – Божий замысел для человека. А если это так, значит, она имеет ценность перед Богом и будет продолжаться вечно. Не случайно Божий план для человека всегда связан с землей: Адаму был дарован Эдемский сад, Израилю – Палестина, а Церкви – новая земля. На практике это означает, что ни спасение, ни освящение, ни служение Церкви не может совершаться в отрыве от всех трех видов взаимоотношений3.

Далее, если Евангелие есть Благая весть о восстановлении Божьего владычества над всем творением, отсюда следует, что традиционная для многих общин модель отношений церкви и общества не отражает такого понимания Благой вести. Традиционно верующие ограничивают Царство Божье внутренним миром человека и границами Церкви. Мы делим жизнь на светскую и духовную сферы, где Царство Божье отождествляется с Церковью, а остальные сферы жизни считаются мирскими.

В действительности же мир во всей полноте принадлежит Богу, будучи Его творением. Граница между миром и Царством не всегда проходит вдоль границы между церковью и остальными областями человеческой жизни – она пересекает каждую сферу человеческой деятельности и пролегает глубоко в сердце человека. Ее не всегда легко провести, ведь она больше в мотивах наших дел, чем в том или ином виде деятельности. Между царством тьмы и Царством Бога идет борьба за владычество в каждой области жизни.

Отделение от общества зачастую не только не помогает сохранить эту границу, но и противоречит самому призванию Церкви в мире, которое состоит в том, чтобы служить в нем знаком, свидетелем и инструментом Царства Божьего. Фактически, мы просто обкрадываем себя, лишаясь возможностей для свидетельства о Царстве. Поэтому духовная зрелость предполагает не удаление из общества, а формирование навыков «к различению добра и зла» (Евр. 5:14)

Ценность культурной деятельности во многом зависит и от нашего понимания эсхатологии. «Вертикальное» понимание Евангелия неизбежно тяготеет к отрицанию вечной ценности за теми делами, на которые большинство членов церкви вынуждены тратить большую часть своей жизни.

В недавно услышанной мной проповеди известного служителя проводилась мысль о том, что ни одна из профессий в мире не имеет истинной ценности, поскольку однажды «земля и все дела на ней сгорят» (2 Пет. 3:10). Все, чем люди занимаются в этом мире, за исключением благовестия, не имеет никакой ценности с точки зрения вечности.

По сути дела, доведенная до логического конца, это форма Евангелия предполагает, что в свете грядущего уничтожения мира нет смысла заниматься ничем, кроме чисто «религиозной» деятельности – ни образованием, ни работой, ни общественной деятельностью, которая могла бы содействовать более справедливому общественному устройству. Такую эсхатологию можно назвать «аннигиляционной» (от латинского слова, означающего «уничтожение»).

Отвергая подобную крайность, многие верующие исходят из того, что поскольку Христос не пришел в первые две тысячи лет, Его пришествие может задержаться еще на неопределенный срок. Следовательно, имеет смысл заниматься и работой, и образованием, и культурной, и социальной деятельностью. Однако все это скорее носит характер вынужденной необходимости, нежели имеет позитивную мотивацию. Такую эсхатологию можно назвать «отсроченной».

Но есть и другое возможное понимание, которое, по моему убеждению, находит серьезное подтверждение в Писании: дела, сделанные во имя Христа и ради Его славы, сохранятся для вечности и будут таинственным образом восприняты и преображены в новом творении. Причем это касается не только религиозной деятельности в узком смысле этого слова – пасторства, благовестия и т.д.

Писание, понятое в свете Божьего замысла, не учит тому, что «все дела сгорят». Согласно наиболее ранним греческим рукописям Второго послания Петра, все дела на земле «будут обнаружены» - то есть их суть будет обнажена перед Богом.

Апостол Павел подтверждает ту же мысль, говоря: «огонь испытает дело каждого, каково оно есть. У кого дело, которое он строил, устоит, тот получит награду. А у кого дело сгорит, тот потерпит урон» (1 Кор. 3:14-15). Ему вторит и апостол Иоанн: «блаженны … умирающие в Господе … дела их идут вслед за ними» (Отк. 14:13). Та же мысль прослеживается в притче Господа о талантах (Мф. 25:28).

Такую эсхатологию можно назвать «преобразующей». Она вполне гармонично вписывается в общую картину Божьего замысла для Его творения: Бог спасает не только души людей, но и их тела, которые будут воскрешены к вечной жизни. Более того, Божье намерение включает преображение и освобождение всего творения, которое в настоящее время «совокупно стенает» в муках рождения нового мира, ожидая свободы, связанной с прославлением верующих (Рим. 8:19-23). Подобно тому, как тело Христа преобразилось в момент воскресения, так и тела верующих, а вместе с ними и вся «тварь» преобразятся и наследуют вечную славу Божьего Царства.

Освящение

В отличие от традиционного для многих общин понимания святости преимущественно в негативных терминах (то есть как индивидуального «отделения от греха»), Евангелие Царства Божьего помогает увидеть святость в положительном ключе - как отображение качеств Божьего характера. Освящение в данном случае понимается как процесс приведения всех сфер жизни в гармонию с характером и намерениями Бога. На практике оно реализуется через отношения с Богом, людьми и сотворенным миропорядком. Восстановление образа Бога в человеке имеет много аспектов:

Нравственный – здесь цель не только в том, чтобы освобождаться от грехов, но чтобы отражать в себе качества характера Христова (Кол. 3:8-10). Очищение от пороков является необходимым условием для святости, но само по себе не может быть конечной целью. Иначе жизнь верующего, даже очищенная от внешних пороков, вряд ли будет святой. Скорее, она будет бесплодной4.

Интеллектуальный – поскольку Бог мудр и всеведущ, познание и приобретение мудрости – благо. Мудрость есть способность видеть ситуацию с Божьей точки зрения; это способность принимать решения в свете истинных ценностей.

Творческий / эстетический – Бог есть источник красоты, а поэтому искусство, музыка, литература есть благо. Речь идет не только о религиозном искусстве в сугубо церковном контексте. Все, что служит возвеличиванию красоты Божьего замысла в природе и культуре, имеет положительную ценность5.

Материальный – сюда можно отнести уход за собственным здоровьем, облагораживание участка земли, дома, подъезда, улицы. Поскольку Бог есть Творец материального мира, Ему угодны и труд человека, и забота об экологии. Привести в порядок улицу, детскую площадку, посадить дерево – это тоже имеет отношение к реализации образа Бога в человеке, а значит, и к освящению6.

Социальный – дела милосердия, отстаивание справедливости, защита прав слабых и угнетенных (мигрантов, больных, сирот и др.), созидательное участие в жизни школы, производства, общественных объединений играют важную роль в обновлении образа Божьего в человеке (Мих. 6:8). Милосердие и справедливость и в церковной общине, и во всех сферах ответственности верующего угодны Богу и служат признаками присутствия Божьего Царства среди людей7.

Все эти аспекты освящения важны не только тем, что создают возможности для благовестия, но прежде всего тем, что такова воля Бога для человека и творения. Если спасение есть возвращение человека и всего творения к их истинной цели – славить Бога и отражать Его качества, то принципом жизни верующего должна быть реализация сотворенного потенциала в направлении нового творения8.

Подобный взгляд на освящение значительно отличается от морализма, при котором суть христианской жизни сводится к моральному усовершенствованию. В своих крайних проявлениях морализм запускает цепочку негативных последствий в жизни людей и общины в целом. Вот некоторые из них:

Страх. Поскольку святость понимается как отделение от греха, члены церкви часто рассматриваются как потенциальные грешники, а проповедь сводится к профилактике греха, то есть к обличению. Зачастую проповедники задействуют такие мотивы как чувство вины и страх. Во многих случаях ситуация усугубляется «пелагианской» версией антропологии, в которой грех рассматривается исключительно как вопрос человеческого выбора, а не как проблема человеческой природы. Результатом постоянной интроспекции и ощущения виновности и несоответствия часто является неуверенность в Боге и отсутствие дерзновения в общении с Ним. Это, в свою очередь, ведет к страху перед людьми, желанию скрыть свой внутренний мир от других, отсутствию инициативы и участия в церковной жизни.

Конформизм и внешняя святость. Под конформизмом здесь имеется в виду внешнее соответствие принятым в общине стандартам из-за страха отличаться от других и быть отверженным ими. Внешняя святость сосредотачивается исключительно на видимых признаках – одежда, речь, формы поклонения и др.

Табуирование некоторых, в том числе важных, тем. В одних общинах это могут быть вопросы, связанные с браком и сексуальностью, в других – с духовной войной и оккультным миром, в третьих – вопросы отношения к обществу, такие как социальная ответственность верующих, патриотизм, национализм, отношение к власти, войне, политике, коррупции, социальной активности. Поскольку «вертикальная» форма Евангелия чаще всего не дает ответов на эти вопросы, люди обращаются к «шаманам», в нашем случае – телевизору, интернету, мнению светских «экспертов», слухам и др.9

Слабое распознание социальных процессов. Это пункт тесно связан с предыдущим. В целом, морализм не всегда лучший советчик, помогающий ориентироваться в происходящем в обществе. Известно, что многие немецкие христиане в 1930-х годах были сторонниками Гитлера, потому что судили о его поступках с моралистической точки зрения: он боролся с гомосексуалистами, запрещал джазовую музыку, закрывал бары и др. Они смогли увидеть, против чего он выступал, но не смогли распознать чудовищную идеологию, которую он отстаивал10.

Конфликтность. Во многих общинах пасторам приходится постоянно заниматься решением конфликтов между верующими. Одной из причин конфликтности является нереализованность христиан в служении обществу, их энергия обращена вовнутрь и разрушает церковь. В общинах есть множество молодых, сильных, талантливых людей, которые после нескольких лет в христианстве все еще не могут ответить на вопрос о том, в чем смысл их жизни. «Вот, я прощен, не пью и не курю, а что дальше? Для чего я живу?» Евангелие «личного спасения» открыло им, насколько ценна их жизнь в глазах Бога. Но лишь участие в миссии Бога на земле придаст ей истинную и глубокую цель.

Сепаратистские тенденции. Поскольку освящение понимается как отделение от греха, а мир рассматривается как сфера владычества сатаны, отсюда естественно вытекают тенденции к отделению от общества и обращенность внутрь церкви. Хороший христианин – это тот, кто посещает все богослужения и активно участвует во внутрицерковной деятельности (разборы Библии, молитвенные собрания, спевки хора, посещение других общин, малые группы и др.). Неудивительно, что по статистике, новообращенный, как правило, теряет всех неверующих друзей в течении двух лет после крещения. Очень часто вся жизнь верующих ограничена кругом христианского общения. На отношения с людьми вне этого круга не остается времени.

Благовестие и служение

Уже было отмечено, что одна из причин, по которой христиане не благовествуют, состоит в том, что они практически не общаются с людьми вне своего церковного круга. Более того, жизнь в христианской среде со временем делает верующих равнодушными к внешним, что глубоко противоречит их призванию.

Но есть еще одна причина, по которой христианам трудно делиться Благой вестью. Поскольку в «вертикальном» понимании Евангелия цель Бога - спасать души для вечной жизни, земная жизнь в целом не имеет ценности и мало связана с Божьим Царством. В результате, порой нам просто не о чем говорить с людьми, которые говорят только о «земном». Свидетельствуя, мы просто ждем возможности вставить самые важные слова – о душе, рае и аде. Зачастую такое благовестие выходит неловким и ненатуральным.

Если же мы понимаем, что суть Благой вести Христа - Царство Божье, которое охватывает все творение, это дает нам возможность говорить практически обо всем с евангельской точки зрения – будь то работа, семья, увлечения, творчество, фильмы, искусство, экономика, политика, война, экология и т.д. Евангельский взгляд на эти стороны жизни естественно направляет беседу ко Христу.

Наконец, Евангелие Царства Божьего отчетливо раскрывает перед нами предназначение Церкви: само ее существование, ее жизнь и служение тесно связаны с Божьим планом спасения мира, с Божьими намерениями восстановить творение к первозданной цели.

Согласно Ин. 20:21, Церковь послана в мир подобно тому, как был послан Христос, ее задача не противостоять миру и не убегать от него, а существовать ради его спасения, служить в нем предвкушением и инструментом Божьего Царства. Христово благословение должно достичь конца земли, и именно для этой цели Он создал и послал в мир Церковь.

Лишь участие в миссии Бога привносит смысл и цель в жизни как Церкви в целом, так и отдельного верующего. А это значит, что ни освящение, ни духовное назидание не могут существовать в отрыве от миссии Церкви в обществе.

Столетие назад Иван Проханов писал: «Хотя созерцательное состояние души необходимо, хотя должно согревать наши чувства молитвой и общением с Господом, но все-таки главное назначение нашей жизни не есть покой, а упорный и непрестанный труд в Его строительстве… участие в труде Создателя и Спасителя по обновлению жизни человечества. Возможность участия в этом труде представляется христианину великой честь, славой и счастьем».

Примечания

1 В других посланиях Павел обычно пользуется термином «ходить», заимствованным из ВЗ, поскольку большая часть его аудитории состояла из обращенных иудеев, прозелитов и «боящихся Бога из язычников».

2 По словам одного пастора: «когда я стал служителем, я понимал, что моя задача – помогать людям как-то прожить время на земле между покаянием и тем моментом, когда Бог призовет их с этой земли в вечность».

3 Может показаться, что размышления о культуре имеют чисто теоретическое значение, но это не так: они имеют насущный, практический смысл. Возьму лишь один аспект: вопрос о том, почему в церковь приходит мало мужчин. Мужчины, как правило, ищут ответов на волнующие их вопросы: что значит настоящая мужественность? Как выработать в себе качества, необходимые для того, чтобы исполнять мужское призвание лидера в семье, на работе, в обществе? Что такое мужская сексуальность и подлинная близость? Как должным образом воспитывать детей? В чем цель и смысл короткой земной жизни? Мужчины хотят быть участниками дела, которое больших их личных планов. Они стремятся к профессионализму и успеху во всем, что делают, любят преодолевать вызовы, хотят действовать, ищут настоящих друзей. Они ценят развлечения и юмор. Наш подход к служению мужчинам будет во многом зависеть от того, видим ли мы в таких вопросах и стремлениях естественный результат сотворения мужчины по образу Бога или считаем их проявлением греховной природы. К сожалению, духовная жизнь во многих общинах часто сводится к посещению собраний и прослушиванию проповедей, которые редко затрагивают подобные темы.

4 «Евангелие ставит для всякой новой жизни идеал совершенства – «будьте совершенны, как совершен Небесный Отец ваш. Совершенство есть более широкое понятие. Оно включает в себе и святость и все другое: трезвость, разумность, чистоту» (И.С. Проханов).

5 «Ветхая жизнь человека лишена красоты; часто бывает уродлива и всегда обезображена. Причине ее обезображения – грех» (И.С. Проханов).

6 «Евангельское село должно сиять, как яркий маяк среди далекой окрестности и звать другие села к преобразованию и обновлению их жизни» (И.С. Проханов).

7 «Тем, что мы способны улучшить жизнь человечества даже неверующего, мы свидетельствуем о великой силе и истинности евангелия и даем людям доказательство того, что наша вера в совершенство жизни на небесах не есть мечта, а великая истина» (И.С. Проханов).

8 «Новая жизнь восстанавливает все стороны духовного человека в их полном совершенстве… и создает гармонию между умом, волей и сердцем» (И.С. Проханов).

9 Некоторые миссиологи обращают внимание на то, что исторически синкретизм возникал в тех случаях, когда западная версия христианства, привнесенная в ту или иную культуру, касалась только духовных вопросов спасения души, но не отвечала на повседневные потребности новобращенных (например, исцеление от болезней, защита от духов, повышение урожая и пр.). В таких случаях люди испытывали искушение обращаться к тем, кто, как им кажется, помогал решать эти вопросы в прошлом. Отсюда возникает двоеверие: человек посещает церковь по воскресеньям, а в будние дни обращается к шаманам или ходит в мечеть. Активизация политических «баталий» в церквях на фоне происходящего в обществе в последние два года объясняется, на мой взгляд, прежде всего отсутствием ясной социальной позиции евангельских церквей. Когда люди не получают ясных библейских ориентиров в этих вопросах, богословский вакуум заполняется за счет средств массовой информации и сплетен, зачастую принимаемых без критической оценки.

10 Приведу менее драматичный, но не менее актуальный для наших церквей пример: выбирая себе партнеров для служения, мы зачастую руководствуемся моралистическими критериями. Например, в США есть большая церковь с сильным лидером, который выступает против гомосексуалистов, современного поклонения, либерального богословия и т.д. Правильно ли будет сотрудничать с этой церковью, не узнав предварительно, за что выступает ее руководство? Какая идеологию оно отстаивает? Какими богословские принципы считает важнейшими? Вполне может так случиться, что спустя какое-то время эти принципы и эта идеология начнут приносить горькие плоды разделения как внутри общин, так и между церковью и обществом.

Газета Мирт №1 (92) - 2016

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: