Основные направления развития современного богословия Таинств.

В категориях: Бог творения, творчества и красоты,Личность, обращенная к Богу

таинства

Владимир Дегтярев.

Cовременное богословское учение о Таинствах призвано выработать такой подход, который был бы укоренен в Священном Писании и Предании Церкви, соответствовал бы нынешней культуре и мировоззрению современного человека, принимал бы во внимание актуальный уровень научных исследований. Прежде, чем перейти к обсуждению конкретных взглядов и интерпретаций, характерных для после-Соборного богословия, следует обратить внимание на некоторые черты, свойственные всем без исключения направлениям современной науки о Таинствах.

  1. Для всех них исходной точкой является символизм Таинств, причем XX век принес новое, более углубленное понимание природы символа. Здесь нам следует обратиться к некоторым общим положениям, выработанным наукой о знаках - семиотикой.

«Знаком» мы называем предметы, людей и их действия, посредством которых возможно познание некой стоящей за ними реальности. Знак является своего рода мостом между разными видами реальности, инструментом познания иных миров. В нынешней своей кондиции человек постигает реальность не иначе, как под покровом знаков. Язык (речь), благодаря которому становится возможным общение, представляет собой систему знаков. Само бытие человека в мире имеет «знаковый характер»: его материальное тело «знаменует» для него самого и для окружающих его духовную личность.

Существуют разные типы знаков. Есть знаки информирующие, знаки, рассчитанные на пробуждение определенной реакции. К их числу относятся, скажем, цвета светофора, дорожные указатели или логотипы торговой марки («бренды»). Иной характер имеет знаковый язык поэзии или изобразительного искусства, приоткрывающий внутренний мир художника-творца. Общим свойством всех знаков является то, что они одновременно и раскрывают стоящую за ними реальность другого порядка, и скрывают ее. Благодаря этой своей последней особенности, знак является своего рода призывом, побуждающим человека отправиться на поиски скрытой за ним действительности. Здесь действует закон аналогии – «подобия непохожего».

Более глубокое проникновение в природу знака указывает на наличие знаков особого рода – символов. Всякий символ является знаком, но не всякий знак является символом. Этимологически слово «символ» происходит от греческого глагола син-баллейн: «вместе бросать», «совмещать», «составлять единое целое», «быть взаимозаменяемым». Существительное симболе означает: «связка», «пакт», «контракт», а также «сустав», «сочленение (колено, локоть)». Наконец, греческое симболлон означает предмет, разломанный на две части, которые соединяют вместе для идентификации (скажем, для распознания «нужного человека» в ту эпоху, когда отсутствовали привычные нам удостоверения личности).

Символ, следовательно, является знаком идентификации. Символ не просто указывает, подобно иным знакам, на иную реальность, но вводит в эту реальность, делает ее доступной. Сам символ является частью этой реальности, «соучаствует» в ней. Отсюда, однако, не вытекает, будто символ сам по себе, по своей природе, включает в себя ту реальность, которую он призван символизировать. Нечто (предмет, слово, действие) становится настоящим символом в процессе, в акте; он неотделим от действия, в котором он обретает свое внутреннее содержание. Так крест сам по себе – это всего лишь две соединенные деревянные палки, но в христианском культе он – символ нашего Искупления. Символ является реальностью живой и динамичной, событием, которое происходит в длящемся действии.

Внутренняя природа символа ускользает от рационально-логического мышления. Пытаться исчерпать содержание символа, окончательно выяснить его смысл – значит уничтожить его. Символ, в отличие от знаков, понимаемых «условно», «по принятой договоренности» (информирующих знаков), всегда многозначен. Его главная характерная черта – это то, что его нельзя «ухватить», трактовать инструментально. Символ всегда ставит человека перед глубиной и богатством значений. Сокровенная логика символа строится на диалектике дара и жертвы. Символ всегда существует в отношении к кому-то, кто способен его воспринять и пережить.

Из всего сказанного видно, что с понятием символа неразрывно связано понятие «таинства» в изначальном значении этого слова: как того, что происходит между мной и реальностью высшего порядка, которая таинственным образом выходит мне навстречу сквозь материальные покровы, становится явной для моего взора, однако никоим образом не может быть выражена в категориях рассудочного мышления, поскольку сама попытка такого выражения разрушила бы длящийся процесс постижения, процесс моего общения с таинственной реальностью.

Если подвести краткий итог нашим рассуждениям, то можно утверждать, что символы, в отличие от знаков, только информирующих о некой иной реальности (всевозможных «этикеток», «логотипов» и «брендов»), являются знаками «реализующими» эту реальность. Они созидают или делают актуальной ту реальность, которую возвещают. Примером такого знака может быть, скажем, известная по романам об индейцах «трубка мира». Она указывает на происходящее примирение врагов, символизирует его, но одновременно и делает его реальным: примирение происходит по мере того, как вчерашние соперники раскуривают эту трубку; если же обряд раскуривания трубки по каким-то причинам отложен, то противоборствующие стороны формально все еще остаются в состоянии вражды.

Мир церковных Таинств как раз и является миром так понимаемых символов. Обряды Крещения не просто указывают на примирение с Богом, которое произошло «где-то и когда-то», но и осуществляют это примирение для конкретного человека, в данный момент принимающего Крещение. Обряд Причащения не только указывает на абстрактную возможность жить с Богом и в Боге, но и переводит эту возможность в разряд реальности, причем как в духовном, так и в физическом измерении. В итоге мы можем дать следующее определение: Таинство содержит в себе (или осуществляет) то, что оно символизирует, посредством своего символизирования.

  1. С другой стороны, современная наука о человеке раскрыла громадное антропологическое значение символов, без использования которых личная и общественная жизнь подвержена дегуманизации, а то и вовсе невозможна. В символах выражает себя подсознательная глубина нашей психики (психоанализ), осуществляется процесс познания, мышления и говорения (философия языка), становится возможной социальная жизнь (этнография и социальная философия), происходит личная и групповая идентификация (социология и социальная психология).

Эти научные открытия не только позволяют по-новому интерпретировать природу церковных Таинств, но и способствуют выявлению их значения в контексте жизни конкретного человека. Ниже мы обсудим основные пути новых сакраментологических интерпретаций.

Священнодействия Церкви: Таинства

Курс заочного христианского обучения. Институт философии, теологии и истории святого Фомы Католический Центр Духовного Развития ”ИНИГО”. Редактор Владимир Дегтярев, Новосибирск, 2008.

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: