Наш путь к Славе Христа лежит через святость и освящение.

В категориях: Личное освящение - свеча, зажженная во тьме,Преображаясь и возрастая

святость

Джеймс Пакер.

И в греческом, и еврейском языках слова «святость» и «освящение» — однокоренные. В Библии они имеют огромное значение, потому что используются часто: около 1000 раз в Ветхом Завете, и около 300 раз в Новом. Эти слова всегда несут в себе значение «отделенный от чего-нибудь». Слова «святость» и «освящение» используются в Библии только в религиозном смысле, тогда, когда говорится о взаимоотношениях Бога и Его творения. Они могут употребляться для раскрытия четырех тем, которые, вместе взятые, заключают в себе практически все библейское учение. Эти слова могут описывать, во-первых, природу Бога, во-вторых, обязанность человека, в-третьих, воздействие благодати на христианина и церковь, и, в-четвертых, состояние будущей славы.

Уравновешенный взгляд

Эти темы нельзя рассматривать отдельно друг от друга, поскольку Библия увязывает их вместе одним набором слов. Особенно важно помнить об этом, когда мы говорим о третьей теме — о святости как о действии благодати. Потому что именно здесь мы, евангельские христиане, часто впадаем в заблуждение. Слишком часто мы обсуждаем проблему освящения в отрыве от других богословских учений, а это опасно. Наши «движения святости», «уроки святости» и «вечера святости» направляют наше внимание исключительно на вопрос личной святости, и самим своим существованием подталкивают нас к тому, чтобы изучать его, не задумываясь о том, как святость, возникающая под действием благодати, связана святостью Бога, святостью Его закона и святостью небес.

Нам нужно понять, что такой подход (можно назвать его фрагментарным) неверен. Он разделяет на части то, что соединил Сам Бог, и неизбежно уводит нас с истинного пути. Истина же заключается в том, что три других темы создают контекст и определяют единственно правильную точку зрения, с которой можно рассмотреть библейское учение об освящении. Оторвавшись от этого контекста, мы не сможем понять это учение, так же как нам не удастся понять значение какой-то детали большой картины, если мы не будем видеть, какое место она в ней занимает.

Может оказаться, что чрезмерное увлечение одной темой личной святости, вырванной из богословского контекста, приведет к одностороннему развитию нашего мировоззрения и характера. Христиане, ищущие святости, часто становятся эгоцентричными, ограниченными и тщеславными, потому что слишком много размышляют о себе и слишком мало о Боге. Некоторые, превратившись в аскетов, решили, что святость — это отказ от секса, спиртного, джинсов, джаза, анекдотов, рок-музыки, длинных волос, театра, эпиляции, политической деятельности и т. п. Другие возвели в культ особые переживания («высшая жизнь», «второе благословение», «полнота Духа», «крещение Духом», «полное освящение» и т. д.), которые назвали святостью. К сожалению, стремясь к такой святости, и те, и другие иногда нарушают общепринятые принципы христианской морали. «Дело Христа безмерно страдает, — писал епископ Райл в 1879 году, — когда люди утверждают, что после проповеди искреннего приверженца идеи «святость по вере через самоосвящение», они обрели «такое благословение» и открыли «высшую жизнь», но в их повседневной жизни и в характере не произошло никаких изменений». К сожалению, эти слова актуальны и сегодня, как и слова одного популярного пастора, который в 1979 году так выразил свое отношение к «высшей жизни»: «Если у вас есть свободное время и деньги, можете заняться ей». Но мы избежим подобного рода самообмана, если будем соотносить все свои мысли об освящении со святым характером самого Бога, славу которого мы призваны отражать, и с Его святым законом, по которому мы должны жить.

А теперь мы попытаемся раскрыть четыре значения слов «святость» и «освящение».

  1. СВЯТОСТЬ БОГА

Слово «святой» в Библии выражает запредельность природы и характера Творца, указывая на бесконечное расстояние и различие между Ним и нами. В этом смысле святость — это божественность Бога, все то, что отделяет Его от человека.

Больше всего о святости Бога говорится в Ветхом Завете. О Нем часто говорится, как о «Святом Израилевом» или просто как о «Святом» (например, Ис. 40:25). Он клянется Своей святостью, т.е. Собой и всем, что Он есть (Ам. 4:2). Егоимя, то есть откровение о природе Бога, постоянно называется святым (например, Ис. 57:15). Ангелы поклоняются Ему в песне: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф» (Ис. 6:3). В Новом Завете не так часто упоминается о святости Бога, но все же слово «святой» иногда употребляется в отношении Троицы. Христос молится «Отче Святый!» (Ин. 17:11); бесы называют Христа «Святый Божий» (Мр. 1:24); имя Утешителя — Святой Дух (встречается около 100 раз).

Безграничное превосходство

Когда Бога называют «святым», то имеют в виду те божественные качества, которые указывают на безграничное превосходство триединого Иеговы над человечеством в силе и совершенстве. Слово «святой» показывает, что Бог находится отдельно от человека и выше его, Он — иное существо, обладающее высшим бытием, и что все качества Бога достойны восхищения, поклонения и благоговейного страха. Оно напоминает сотворенным людям, как они не похожи на Бога. Итак, слово «святой» указывает, во-первых, на величие и силу Бога, подчеркивая ничтожество и слабость людей; во-вторых, описывает Его совершенную чистоту и праведность, на фоне которой ярко видна нечистота и порочность человечества (чистота и праведность Бога неизбежно вызывают Его карающие действия, которые Библия называет «гневом» и «судом»); в-третьих, оно обозначает Его волевое решение, несмотря на сопротивление, сохранить Свое праведное царствование. Это решение гарантирует, что всякий грех в конечном счете будет наказан. Все это включает в себя библейское понятие «святость Бога».

Суд над грехом

Связь между святостью и судом над грехом видна, например, в Книге пророка Исаии 5:16, где пророк говорит Израилю, что «Господь Саваоф превознесется в суде, и Бог Святый явит святость Свою в правде» [в английском переводе (RV) «освящается своей праведностью» — Прим. пер.]. Когда святой Бог заявляет о Себе в праведном суде над беззаконниками, тогда Он освящается, то есть открывает и утверждает свою святость. В другом английском переводе (RSV) сказано: «Святой Бог показывает Себя святым в праведности». Дела, в которых проявляются Его могущество и справедливость, открывают Его величие и славу перед людьми. Таким образом Бог делает Себя известным и вынуждает человека почтить Его. Связь между судом и святостью раскрывается в конце другого пророчества: «...и покажу Мое величие и святость Мою, и явлю Себя пред глазами многих народов, и узнают, что Я Господь» (Иез. 38:23). [В английском языке эта фраза звучит так: «И я возвеличу Себя, и освящу Себя, и сделаю Себя известным перед глазами многих народов; и они узнают, что Я Господь» — Прим. пер.]

Бог освящает Себя, давая откровение о Своей святости в суде над грехом, а люди в Ветхом Завете проявляли почтение к этому откровению в благоговейном соблюдении Его воли (ср. Числ. 20:12; 27:14; Ис. 8:13). Такое почитание Божьей святости является сутью поклонения. В этом же смысле Петр призывает христиан: «Господа Бога святите в сердцах ваших» (1 Пет. 3:15). Мы «святим» нашего Господа Иисуса Христа, когда позволяем Ему править в нашей жизни.

  1. СВЯТОСТЬ ЧЕЛОВЕКА

Святость Бога означает не только бесконечное могущество, но и, как поется в гимне, «чистоту, внушающую страх». Бог призывает Свой народ стремиться к святости: не к Божьему могуществу, а к Божьей чистоте. «Святость» — это библейское слово, которое означает правильное отношение человека к Богу как к своему Богу, с которым он находится в завете. Бог повелевает народу, отделенному Им от других народов, быть Его народом, а значит, отделить себя от всего, что неугодно Ему и противоречит Его воле. Святость жизни — вот, что Он требует от тех, кому Он даровал общение с Собой.

Это требование звучит как бассо остинато во всей симфонии ветхозаветного закона. «И будете у Меня людьми святыми» (Исх. 22:31). «...святы будьте, ибо свят Я Господь, Бог ваш» (Лев. 19:2). «Я — Господь Бог ваш: освящайтесь и будьте святы... и не оскверняйте душ ваших... ибо Я — Господь, выведший вас из земли Египетской, чтобы быть вашим Богом. Итак будьте святы, потому что Я свят» (Лев. 11:44-45). Такое же повеление дается и в Новом Завете (1 Пет. 1:15-16). Бог требует от нас приобретать и сохранять фамильные черты: дети Божьи (народ — в Ветхом Завете (Исх. 4:22), каждый христианин в отдельности — в Новом Завете (Рим. 8:14-15)) должны стремиться быть похожими на своего Отца потому, что они Его дети. Вот в чем смысл призыва к святости. И само существительное (в Новом Завете «хагиасмос» иногда переводится словом «освящение») означает состояние отделимости от греха и жизнь, посвященную Богу.

Быть святым — значит не быть...

Во Втором послании к Коринфянам смысл святости раскрывается с позиции отделения от дел, развращающих душу: «И потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому; и Я прииму вас. И буду вам Отцом... Имея такие обетования, очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием» (2 Кор. 6:17). В другом отрывке Павел применяет этот принцип в конкретной ситуации — по отношению к греху в половой жизни. «Ибо воля Божия есть освящение ваше, чтобы вы воздерживались от блуда; чтобы каждый из вас умел соблюдать свой сосуд [под «сосудом» имеется в виду либо тело, любо жена] в святости и чести... Ибо призвал нас Бог не к нечистоте, но к святости» (1 Фес. 4:3-7). Святость и блуд — взаимоисключающие понятия.

Хотя отсутствие греха в половой жизни — это не вся святость, все же нельзя относиться к этому вопросу легкомысленно (именно поэтому и в Ветхом Завете, и в Новом эта тема освещается довольно полно и открыто).

Ветхий Завет также говорит о нравственной нечистоте и в том числе о ритуальной нечистоте. Божьи правила святости (ср. особенно Лев. 11-22) много говорят о необходимости избегать ритуальной нечистоты и о необходимости очищаться, если ее все-таки не удалось избежать. Эти правила связывали ритуальную нечистоту с пищей, болезнями, менструацией и смертью. Некоторые утверждали, что такие предписания имели лишь гигиеническую ценность, что, возможно, так и было. Но в Новом Завете об этом не говорится. Новый Завет утверждает, что все эти правила были по своей сути образами, а значит, были временным явлением. Христос ясно говорит, что на самом деле человека оскверняет не пища, а грех (Мр. 7:18-23). Павел осуждает христианских учителей, которые считали определенную пищу нечистой, и утверждает, что Бог создал все съедобное, «дабы верные и познавшие истину вкушали с благодарением» (1 Тим. 4:3-4). Из этих отрывков ясно видно, что ритуальное осквернение «нечистой» пищей и чем-либо другим «нечистым» было лишь прообразом настоящего осквернения от нечистого сердца. Бог дал ветхозаветному Израилю такие законы отчасти потому, что хотел подчеркнуть особое положение Израиля среди других народов, а отчасти для того, чтобы показать, что Он серьезно воспринимает осквернение и непременно требует очищения от него.

Быть святым — значит быть...

Быть святым — значит хранить верность Богу и проявлять преданность, милосердие, благожелательность, доброту, долготерпение, праведность подобно тому, как Бог проявляет их в Своих отношениях с человечеством. Новый Завет подчеркивает содержательную сторону святости, представляя праведность как путь к святости (Рим. 6:19; ср. Еф. 4:24). Согласно Новому Завету, святостью являются не чувства или духовные переживания, а такой образ жизни, мировоззрение и поведение, в которых отражается характер Отца и Сына.

Святость христианина, также как и святость его Господа, — это такие отношения с этим миром, при которых христианин находится в мире, не являясь его частью (ср. Ин. 17:14-16). Святость требует отделения и в то же время участия; отстранения и в то же время вовлечения.

Быть частью мира — значит быть подвластным страстям, господствующим в мире: стремлению к удовольствиям, прибыли и высокому положению («похоть плоти, похоть очей и гордость житейская» 1 Ин. 2:16). Христиане должны отвергнуть это господство, хотя мир будет их за это ненавидеть так же, как он ненавидел Христа, ненавидеть за то, что дети Божьи считают заботы мира ненужными и пустыми (а так оно и есть), а порабощение этими заботами рассматривают как потерю человеческого облика (что тоже правда).

В жизни святого человека вещи — не главное. Жизнь христианина отличается умеренностью, воздержанием от роскоши и отсутствием показухи. Святой знает, что все его имущество дано ему Богом для разумного распоряжения; он готов лишиться всего ради Господа. Святые люди не пренебрегают вещами этого мира, как если бы Бог не был творцом всего и сам не обеспечивал их ими (манихейство, вера в то, что все материальное — зло, не имеет никакого отношения к святости), но они и не находятся в рабстве у вещей. Святые не смотрят украдкой по сторонам, сравнивая то впечатление, которое они производят, с тем впечатлением, которое производят другие. Святой человек свободен от собственнической страсти и других форм эгоизма. Сокровище христианина находится у Бога, там же, где и его сердце (ср. Мтф. 6:19-21). Решительный отказ верующего от системы ценностей этого мира и откровенная, преданная, горячая любовь к Богу могут раздражать людей, находящихся рядом, но не потому, что верующий человек странный, а они нормальные, а потому, что он намного честнее и человечнее, чем они.

Однако быть святым, то есть отделенным, не означает становиться безразличным к нуждам других людей. Утверждение реформаторов о том, что нельзя быть святым вне этого мира, т.е. в монастыре или хижине отшельника, возможно, несколько преувеличено, но в нем есть большая доля истины. Как нет, по словам Джона Весли, ничего более нехристианского, чем одинокий христианин, так и нет ничего более противоречащего святости, чем потеря интереса к ближним. Отделение от этого мира и его нечестивых устремлений положение должно быть дополнено участием в жизни нуждающихся этого мира.

Внешним проявлением святости самого Христа было общение со всякого рода людьми, включая мытарей и людей с дурной репутацией, которым Он уделял не меньше внимания, чем остальным. Он не проходил мимо незнатных и неимущих, мимо тех, к кому общество относилось как к ничтожеству. Наоборот, Иисус был знаменит Своей нераввинской привычкой сближаться с подобными людьми и проводить с ними время (ср. Мтф. 9:9-13; 11:5, 19). Эта часть святости Иисуса должна быть частью святости и Его учеников. Если отделение, о котором говорилось выше, — это исполнение первой великой заповеди, то участие в жизни людей есть исполнение второй. Генерал Бут как-то выбрал в качестве новогоднего лозунга для Армии спасения всего одно слово — «другие». Святые носят этот лозунг в своем сердце постоянно, находясь дома и вне дома, в семье и в более широком кругу людей. Итак, святые — это не компания умиротворенных людей. В них слишком много жизни, поэтому в молитве и труде они расточают себя в любви к другим. Христос, которого мы видим в Евангелиях, и Павел, о котором мы узнаем из Деяний и его посланий, — тому пример.

Слово «святость» для современного человека значит что-то бледное, безжизненное, отрешенное и пассивное. Это говорит о том, как мало на самом деле он знает о ней. Святость в библейском смысле этого слова — это самое утверждающее, дышащее энергией и жизнью, а часто и страстью качество.

  1. ДАР СВЯТОСТИ

Августин молился Богу так: «Даруй, что повелеваешь, и повелевай, что желаешь», и эта его молитва выражает глубокое понимание библейского богословия. Бог действительно дает то, что желает, и святость, которую Он требует от Своих детей, — тоже Его дар. Бог сам освящает грешников. В Ветхом Завете Он объявляет: «Я Господь, освящающий вас» (Исх. 31:13; Лев. 20:8; 21:8). И в Новом Завете говорится о «Христе Иисусе, Который сделался для нас... освящением» (1 Кор. 1:30). «Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее» (Еф. 5:25-26). «[Вы] освятились... именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего» (1 Кор. 6:11). «...освящены мы единократным принесением тела Иисуса Христа» (Евр. 10:10). Святость, или освящение, в этих отрывках представлена как дар от Бога.

Положение

Новый Завет ясно говорит, что дар освящения состоит из двух частей. Первая из них — это новое положение освященных по отношению к миру и Богу. Бог раз и навсегда освящает грешников, то есть приводит их к Себе, отделяет их от мира, избавляет от власти греха и сатаны и вступает с ними в общение. Поэтому в таком смысле освящение похоже на оправдание, усыновление и возрождение. В Послании к Евреям глагол «освятить» всегда используется в этом значении (ср. Евр. 2:11; 10:10, 14, 29; 13:12). С этой точки зрения освящение — это благословение, которое христианин раз и навсегда получает по вере с момента обращения ко Христу (ср. Деян. 26:18), и может смотреть на него, как на дело прошлого. Поэтому Новый Завет называет верующих святыми («хагиос»): они были «освящены во Христе Иисусе» (ср. 1 Кор. 1:2). Новый Завет не говорит, что христиане должны вести святую жизнь для того, чтобы стать святыми, наоборот, он утверждает, что вследствие того, что они стали святыми, они впредь должны жить свято. Это первая и основная часть Божьего дара освящения.

Развитие

Вторая часть дара освящения — преобразование и рост. В этом смысле освящение — это работа Святого Духа в верующем на протяжении всей его жизни, приводящая к возрастанию христинина в благодати (1 Пет 2:2; 2 Пет 3:18; Еф. 4:14-15) и все большему уподоблению его разума, сердца и всей жизни образу Господа Иисуса Христа (Рим. 12:2; 2 Кор. 3:18; Еф. 4:23-24; Кол. 3:10). Глагол «освятить» используется в этом смысле в Евангелии от Иоанна 17:17, Первом послании к Фессалоникийцам 5:23 и Послании к Ефесянам 5:26.

В этом деле освящения Бог призывает нас к сотрудничеству, потому что Он «производит в [нас] и хотение и действие по Своему благоволению» (Фил. 2:13). Он призывает нас Духом умерщвлять свои грехи (Рим. 8:13; Кол. 3:5) и совершать добрые дела, которые очень подробно описаны в нравоучительных частях Нового Завета. В гимн, где говорится, что «святость — в вере во Христа, не в моих усилиях», закралась ошибка. Конечно, святость — в вере во Христа. Все свои силы для святой жизни мы должны черпать в Нем верой и молитвой, потому что без Него мы ничего не можем делать (Ин. 15:5-6). Но святость также и в «моих усилиях», потому что после того, как мы на коленях признали свою немощь и попросили о помощи, мы должны встать на ноги, чтобы бороться с грехом (Евр. 12:4), противостать дьяволу (Иак. 4:17), подвизаться добрым подвигом веры (1 Тим. 6:12; ср. Еф. 6:10-18). Святости не может быть в вере без дел, также как и в делах без веры. Очень важно сохранять в этом вопросе равновесие, хотя это не всегда удается.

  1. СВЯТОСТЬ НЕБЕС

Святость — это результат и цель нашего избрания (Еф. 1:4), нашего искупления (Еф. 5:25-27), нашего призвания Богом (1 Фес. 4:7; ср. 1 Пет. 1:15; 2 Тим. 1:9) и Его очищающих испытаний, которые Он посылает нам (Евр. 12:10). Тем не менее, полностью достичь святости в этом мире невозможно. Видение Захарии о восстановленном Иерусалиме, в котором «на конских уборах будет начертано: “Святыня Господу”... и все котлы в Иерусалиме и Иудее будут святынею Господа Саваофа» (Зах. 14:20-21), — это образ той святости, к которой предопределена Церковь; но эта святость не станет реальной, пока новый Иерусалим, «святой город», не явится, как невеста, украшенная для жениха (Откр. 21:2).

Когда работа благодати завершится, Божий народ будет отделен не только от власти греха, но и от его присутствия. На небесах не будет греха, потому что те, кто будут там, уже не смогут грешить. Прославление значит, кроме всего прочего, и окончательное искоренение греха из нашей природы, и святость, таким образом, достигнет совершенства на небесах. Неспособность грешить станет нашей свободой и нашей радостью.

А пока мы еще на земле, для нас ежедневно звучит призыв: «Старайтесь иметь... святость, без которой никто не увидит Господа» (Евр. 12:14).

Джеймс Пакер, Слова Бога.    

reformed.org.ua

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: