Иисус в Своем крещении встречается с Духом Святым.

В категориях: Библия говорит,Комментарии

kreshhenie

Джон Дрейн.

Неприметно для окружающих Иисус достигает возраста примерно тридцати лет. Его родственник Иоанн Креститель положил начало религиозному движению и привлек к себе значительное число последователей. Иоанн жил простой жизнью в Иудейской пустыне, носил одежду из верблюжьей шерсти и питался той пищей, которую можно было раздобыть в пустыне — «саранчой и диким медом» (Марка 1:6).

Иоанн Креститель

Помимо Иоанна в ту пору подвизались и другие странствующие пророки. Многие предрекали скорый приход долгожданного Мессии, который положит начало новому образу жизни. На юге той же пустыни, в Кумране, люди обсуждали те же проблемы. В более поздние годы множество как пророков, так и пустых болтунов все еще собирали народ в Иудейской пустыне, то ли ища себе славы, то ли в самом деле надеясь организовать повстанческое движение и прогнать римлян из родных краев. Иоанна из этой породы людей выделяло одно существенное отличие: он не стремился к славе. Он не считал себя мессианским избавителем, предназначенным для истребления политической и социальной несправедливости. Он видел себя лишь «вестником», «голосом», посланным к людям с благой вестью о том, что Мессия грядет и скоро всем откроется сущность Царства Божьего (Марка 1:2-3).

У читателей Ветхого Завета подобный пророк ассоциировался с библейским пророком Илией (Малахия 4:5). Евангелисты ясно дают понять, что Иоанн был таким «двойником» Илии. Его жизнеописание и его весть имеют явное сходство с биографией и речами Илии в 3 Царств 17—19.

Новый Завет и еврейский историк Иосиф Флавий достаточно похоже передают призыв Иоанна к народу — привести свою жизнь в порядок подготовиться к принятию Того, Кто несет от Бога новый уклад (Иосиф Флавий, Иудейские древности 18.5.2). Ранние пророки часто осуждали народ за неподчинение установленным Богом моральным и духовным нормам. Они предупреждали о том, что евреи, оставаясь Божьим народом, навлекут на себя суд, ибо не сумели жить согласно Божьим требованиям. Нынешняя духовная привилегия избранности обернется тем более суровым приговором. То же самое говорит Иоанн. Он призывает людей срочно изменить свой образ жизни и приготовиться к встрече с Богом. Те, кто пожелает откликнуться на призыв, могут продемонстрировать свою готовность к переменам, приняв крещение. Греческое слово, используемое в этом контексте, означало «погружаться» и применялось, например, к процедуре окрашивания одежды — ее погружали в глубокий чан. К этому и сводился религиозный обряд крещения, с тем только отличием, что в воду погружали не ткань, а людей. Иоанн совершал крещение в реке Иордан.

Большинству евреев этот обряд был уже знаком. Возможно, он использовался в церемонии принятия язычников в иудаизм (прозелиты или «боящиеся Бога»). Известно, что позднее данный обряд совершался над прозелитами. Рукописи Мертвого моря сообщают, что ессены регулярно совершали омовение с целью сохранить нравственную и религиозную чистоту. На руинах кумранского монастыря сразу же бросается в глаза невероятно сложная система водопроводных труб и цистерн, с помощью которых в пустыне хранили достаточное количество воды для частых обрядов омовения. Разумеется, имелись и отличия: обряд ессенов не совпадал во всех деталях с омовением прозелитов. В отличие от ритуального омовения ессеев, которые в Кумране могли повторяться многократно, омовение прозелита совершалось только один раз. И не в качестве обряда очищения, а в качестве обряда инициации, символизирующей момент, когда новообращенный становился членом общины верующих.

Трудно определить, проистекал ли обряд Иоанна из многократных омовений, принятых у ессенов, или из однократного омовения прозелита. Радикальная весть Иоанна и вызванное ею сопротивление наводят на мысль, что он призывал людей, уже числившихся членами общины Завета, пройти обряд, который они считали уместным лишь для тех, что некогда были неверующими. Иоанн утверждал: сердца должны полностью преобразиться, прежде чем его народ станет частью нарождающейся общины. Евреям, как и язычникам, впервые услышавшим о Боге, тоже предстояло начать с нуля.

Однако даже сам Иоанн не до конца осознавал все последствия своей проповеди. Приход Мессии он понимал, как того требовала традиция — как день суда и приговора. По его словам, обещанный Избавитель срубит под корень деревья, не дающие плода, и, отвеяв мякину от пшеницы, сожжет ее (Лука 3:7-17). Этот пророк был наделен большей духовной зоркостью, нежели его собратья и современники, которые пребывали в уверенности, что гнев Божий обрушится исключительно на римлян. Но и он не вполне постиг подлинную природу грядущего Царства Божьего. Ведь в учении Иисуса это Царство основывалось не столько на осуждении и каре, сколько на более благородных чувствах: любви, прощении, равной заботе обо всех людях. Именно это труднее всего было постичь Израилю как нации. Даже ученики Иисуса не могли до конца охватить своим умом, как Божья воля может свершиться через самоотверженное служение Бога людям и через Божье страдание ради них (Матфея 8:31-33). Хотя Иоанн и провозгласил пришествие Божьего Царства, истинная сущность Царства стала очевидной только после смерти и Воскресения Иисуса.

Крещение Иисуса

Когда Иисус пришел к Иоанну и попросил о крещении, Иоанн поначалу не хотел допускать Его к обряду покаяния. В конце концов, если Иисус состоял в особых отношениях с Богом — а Иоанн безусловно верил, что это так, — в чем Ему было каяться? Но Иисус заверил Иоанна, что непременно должен принять участие в этом обряде, добавив: «Так надлежит нам исполнять все, чего требует Бог» (Матфея 3:15).

Что Иисус хочет этим сказать? Напрашивается объяснение: Иисус желает продемонстрировать единство с людьми, уже осуществившими решительные перемены в своей жизни, поскольку эти люди станут Его первыми учениками. Евангелия не отделяют Иисуса от прочих людей. Напротив, они свидетельствуют, что особые отношения с Богом стали для Него мощным стимулом, чтобы войти в жизнь самых обычных людей. Но слова Иисуса вызывают у нас и другие ассоциации. Они соединяют начало и конец: крещение стало первым шагом на пути к кресту — кульминации и цели всей Его жизни. Эта тема зазвучит более явственно, когда смерть Иисуса будет уподоблена «крещению», в котором воля Божья осуществилась с большей полнотой, чем во дни Иоанна (Марка 10:38)[4].

Евангелия изображают крещение Иисуса как начало длительного процесса обретения и передачи откровения об истинной природе отношений Иисуса с Богом. Согласно Марку, в тот момент Иисус услышал слова: «Ты — Сын Мой Возлюбленный, в котором Мое благоволение» (Марка 1:11). Эта фраза — единение двух известных мест из еврейской Библии. Прежде всего, это отголосок Псалма 2:7: «Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя». Первоначально эту фразу относили к царю древней Иудеи. Но к эпохе Иисуса она превратилась в предсказание о грядущем Мессии. Здесь же мы находим явный намек на строки о страдающем служителе Божьем у Исайи (42:1), где о Нем сказано: «Избранный Мой, в котором Мое благоволение». До пришествия Иисуса концепция страдающего «служителя Божьего», по-видимому, не связывалась с ожиданием Мессии.

Итак, рассказ о крещении задает две ключевые темы, которые пронизывают все повествование об Иисусе. Иисус получает подтверждение Своих особых отношений с Богом: Он Тот, Кому предстоит возвестить Царство Божье. В то же время звучит напоминание: обещанный Избавитель окажется совсем не таким, какого ожидало большинство иудеев. Он будет вести жизнь слуги и страдальца. Не так-то просто осуществить это на практике.

В тот момент, когда Иисус начинает Свой нелегкий путь, евангелисты напоминают: Бог оказывает Ему поддержку личным участием и присутствием, проявившимся во время крещения, когда Святой Дух спустился к Нему в образе голубя.

Джон Дрейн.

Путеводитель по Новому Завету. Пер. с англ. / Джон Дрейн — М: Триада, 2007. — 620 с. John Drane. Introducing the New Testament by Lion Publishing pic, Oxford, England.

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: