Блаженный Августин – величайший муж Церкви.

В категориях: Бог творения, творчества и красоты,Возрастая в личной жизни,Личность, обращенная к Богу,Созидая свой внутренний мир

avgust

Конференция церкви «Вифлеем» для пасторов 3 февраля 1998 г., Джон Пайпер

26го августа 410 года случилось невообразимое: через 900 лет незыблемой безопасности Рим был захвачен готами под предводительством Алариха. Св. Иероним, переводчик латинской Вульгаты, бывший в то время в Палестине, писал: «Если Рим может погибнуть, то что тогда может устоять?» Но Рим не погиб в одночасье. Прошло еще 66 лет, прежде чем германцы свергли последнего императора, однако весть о вторжении со скоростью взрывной волны достигла города Гиппон, отстоящего примерно на расстоянии 450 миль к юго-западу от Рима, на побережье Северной Африки, в котором Августин был епископом. Ему было тогда 55 лет, и был он на вершине своего служения. Он проживет еще 20 лет и умрет 28 августа 430 года, как раз тогда, когда 80 000 вторгшихся вандалов будут готовиться к штурму города. Другими словами, Августин жил в смутное время, одно из таких, которые знаменуют смену целых цивилизаций.

Он слышал о том, как вторгшиеся вандалы замучили насмерть двух других епископов. Но когда его друзья напомнили ему слова Иисуса: «…бегите в другой город» (Мф. 10:23), – он сказал: «пусть никто не думает, что сможет завладеть нашим кораблем так просто, что моряки, а тем более капитан, покинут его в момент опасности». Он служил епископом в Гиппоне с 396 года, а до этого в течение пяти лет был там старшим проповедующим. Всего он прослужил в этой церкви почти 40 лет и был известен во всем христианском мире как влюбленный в Бога, стоящий на библейских основах, четко и последовательно отстаивающий истины Евангелия пастырь своего стада и защитник веры от больших угроз, которые представляли для нее распространенные тогда манихейство, донатизм и пелагианство.

За четыре года до своей смерти он передал обязанности управления церковью в Гиппоне своему помощнику Ираклию. На церемонии передачи полномочий Ираклий встал за кафедру на проповедь, а старик-епископ сидел на своем епископском возвышении за спиной у него.  Исполненный чувства неловкости от понимания своей несостоятельности в присутствии Августина, Ираклий сказал: «Сверчок трещит, лебедь молчит».

Если бы Ираклий только смог заглянуть на шестнадцать веков вперед и посмотреть на то огромное влияние, которое имеет сейчас Августин, он бы не молчал тогда; не молчит он и сегодня. Он не молчал все эти 1600 лет.

Влияние, которое сейчас имеет Августин в западном мире, просто ошеломляет. Адольф Гарнак сказал, что он – самый великий из всех мужей, что были у церкви со времен Павла до Лютера-реформатора. Бенджамин Уорфильд утверждал, что своими сочинениями Августин «вошел в историю и Церкви, и мира как революционная сила, не только открыв эпоху в истории Церкви, но и… определив ход ее истории в западном мире вплоть до сего дня». Он обладал «таким литературным талантом, равного которому нет в анналах Церкви». «Все развитие западной цивилизации, на всех ее этапах, проходило под мощным влиянием его учения». Издатели журнала «Христианская история» говорят просто: «После   Иисуса и Павла Августин из Гиппона – самая влиятельная фигура в истории христианства».

Самой удивительной особенностью влияния Августина является то, что оно распространяется даже на радикально противоположные ему религиозные течения. Его почитают как одного из величайших отцов католической церкви, и вместе с тем именно он, Августин, «дал нам Реформацию», – не только лишь в том смысле, что «Лютер был монахом-августинцем, или что Кальвин цитировал Августина больше, чем какого-либо иного богослова…, но и потому еще, что Реформация показала полный триумф августинской доктрины о благодати над приверженцами пелагианского взгляда на человека». «Обе стороны в этой полемике [между реформаторами и антиреформаторами] очень часто ссылались на труды Августина».

Генри Чедвик, пытаясь осмыслить масштабы влияния Августина, говорит о нем так: «Ансельм, Фома Аквинский, Петрарка (никогда не расстававшийся с карманным экземпляром «Исповеди»), Лютер, Беллармин, Паскаль и Кьеркегор, – все они стоят в тени его ветвистого дуба. Его сочинения были среди любимых книг Витгенштейна. Он был bete noire [«ночным кошмаром» = самой сильной антипатией] Ницше. Его психологический анализ предвосхитил теорию Фрейда: он первым открыл существование «подсознательного».

И такому необыкновенному влиянию есть свои причины. Агостино Трапе дает превосходную характеристику талантов Августина, делающих его уникальным явлением в истории церкви:

Августин был…философом, богословом, мистиком и поэтом в одном лице… Его высокие таланты прекрасно дополняли друг друга, что делало его удивительно очаровательным человеком, обаянию которого трудно было противостоять. Он философ, но не холодный мыслитель; он богослов, но также еще и мастер духовной жизни; он мистик, но также еще и пастор; он поэт, но также еще и полемист. Таким образом, каждый читатель находит в нем для себя что-то привлекательное, и даже вызывающее восхищение: глубина метафизической интуиции, огромное богатство теологических доказательств, синтез мысли и чувства, психологическую глубину, проявлявшуюся в масштабах духовных подъемов, а также богатство воображения, душевную чувствительность и мистическое рвение.

Я думаю, это и есть его точная, без преувеличения, характеристика. Это – то, к чему я пришел.

Практически каждый, кто говорит или пишет об Августине, должен отказаться от претензий на то, чтобы охватить все его наследие. Бенедикт Грешель, написавший самое последнее введение в биографию Августина, посетил Институт наследия Августина, находящийся рядом с Университетом Вильянова (штат Пенсильвания), в котором книги об Августине составляют отдельную библиотеку. В компьютере поисковик выдал ему пять миллионов результатов по «Августину». Многие из нас подписались бы под этими его словами:

«Я почувствовал себя, как человек, который собрался написать путеводитель по швейцарским Альпам... Спустя сорок лет я все еще могу во время моих недельных уединений погружаться в размышления над «Исповедью» на всю неделю, и когда она проходит, возвращаться назад с чувством неудовлетворенности, ощущая, что еще очень много золота остается не раскопанным на этих нескольких страницах. Лично я твердо знаю, что никогда в этой жизни не смогу преодолеть тягу к августинским Альпам».

Однако тот факт, что никто не может исчерпать тему Альп, не препятствует людям, даже простым людям, прибегать к этой теме. И потому я решился отправиться туда, и приглашаю вас присоединиться ко мне. Если вы не знаете, с чего начать ваше личное знакомство с ним, то, я думаю, почти каждый скажет вам: начните с «Исповеди», истории его жизни с самого начала вплоть до его обращения и смерти матери. Другие четыре «великие книги»: «О христианском учении» (397-426 гг.); «Энхиридион: о вере, надежде и любви» (421 г.), который, по выражению Уорфильда, является «его самой серьезной попыткой систематизировать свои взгляды»; «О Троице» (395-420 гг.), в которой дается Троице самое четкое определение; и «Град Божий» (413-426 гг.), который отражает реакцию Августина на распад империи и его попытку показать смысл истории.

Джон Пайпер.

БЛАЖЕННЫЙ АВГУСТИН, ЛЕБЕДЬ не молчит.

© Перевод на русский язык, «IN LUMINE», Чернигов 14000 Украина, 21.07.2009.  

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: