Служители церкви – евангельский стандарт.

В категориях: Личное достоинство и совесть,Преображаясь и возрастая

служитель

Андрей Суховский.

Церковь XXI века сталкивается с большим количеством проблем, которые доселе были неведомы. Общество стремительно преображается, культура обретает все более причудливые формы. Модерн сменился постмодерном, тот в свою очередь уступил место трансмодерну.

Будни современного человека совсем не похожи на размеренный стиль жизни предыдущих поколений. Информационный бум, возросшая социальная мобильность вынуждают людей каждый день принимать множество решений, ориентироваться в огромном потоке данных, поспевать за новостями. В ситуации возросшей неопределенности общество еще сильнее нуждается в ориентирах, в надежных истинах. Но где их обрести?

Книжное знание не обладает достаточной убедительностью. Необходимо увидеть, как принципы и идеалы претворяются в жизнь. Нужны носители живого опыта, подающие пример, вдохновляющие своими убеждениями. Правда, таких — как известно еще со времен Диогена — днем с огнем не сыщешь.

Но разве Церковь не обладает в достатке людьми, способными на нравственное лидерство? Увы, кризис лидерства затронул и христианство. Сегодня с еще большей актуальностью звучит фраза апостола Павла: «Верно слово: если кто епископства желает, доброго дела желает» (1 Тим. 3:1). Верующим необходимо вернуться к истокам и заново осмыслить новозаветное учение о духовном авторитете.

Что подразумевает Павел, говоря о епископстве?

Желание епископства имеет мало общего с последующей церковной иерархией, где появились протопресвитеры, архиепископы, иподьяконы, митрополиты, экзархи и т.п. У Павла речь идет о простом стремлении взять на себя ответственность за благополучие общины.

Почему он начинает с заверения, что это доброе дело?

Когда мы говорим о епископстве, о церковном управлении, неизбежно возникает отсылка к более широкой проблеме власти. В этой сфере у людей скорее негативный опыт. Многие согласятся с метким замечанием Джона Актона: «Всякая власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно».

Очевидно, что и в первой церкви эта тема живо обсуждалась. Не лучше ли отказаться от всех форм управления? Разве мистического Божьего водительства будет недостаточно?

Идею епископства чрезвычайно просто дискредитировать. Человек слаб. Даже к самым чистым нашим мотивам примешивается эгоизм. А ведь мотивы далеко не у всех чисты. Возникает конкуренция, соревновательность, амбиции и обиды, разные фракции. Порой разглядеть доброе в деле епископства очень сложно. Появляется соблазн отбросить саму идею.

Именно этому, похоже, противостоит Павел. Как бы ни велики были издержки подобного служения, альтернативы еще хуже. Епископство остается добрым делом, даже несмотря на человеческое несовершенство. Павел даже использует особое удостоверение — «верно слово» — чтобы убедить своих читателей. Интересно, что выражение «Верно слово» встречается только в письмах к Тимофею и Титу, то есть в пастырских посланиях. Верно слово, что «Христос Иисус пришел в мир спасти грешников...» (1 Тим. 1:15), что «благочестие на все полезно» (1 Тим. 4:8-9), что «если мы с Ним умерли, то с Ним и оживем» (2 Тим. 2:11), что Он спас нас не по делам праведности, но на дела праведности (Тит. 3:5-8). Заметим, что все эти отрывки относятся к теме сотериологии. Только в одном случае, который мы и разбираем, заверение относится к церковному устройству.

Желание доброго дела

Из утверждения Павла, что желание епископства — это желание доброго дела, следует несколько важных положений. Если дело доброе, то всякий должен желать, чтобы оно было осуществлено. Не желать доброго - значит совершить нравственную ошибку.

Конечно, реализуемость какого-то конкретного доброго дела будет зависеть от жизненного контекста человека. Не всякий может взять на себя церковное служение. Не всякий, стало быть, должен желать его для себя. Хотя, в определенном смысле каждый христианин призван к служению, имеющему епископские черты (Евр. 10:24; 12:15).

Однако, поскольку желание добра имеет характер этического долга, христианину, обладающему способностями и возможностью для епископского служения, следует его желать и стремиться к нему. Остальным же следует желать, чтобы такой человек стал епископом.

К чему должен стремиться, желающий епископства? Смысл, спрятанный за понятиями.

Очевидно, что не первенства и не главенства. Подобного некогда жаждали ученики Иисуса (Лк. 9:46), к этому стремился Диотреф (3 Ин. 9), но и в том, и в другом случае примеры отрицательные. Желание епископства — это желание самого доброго дела, а не должности.

Каково же это дело? К чему, собственно, призван епископ?

Сам термин содержит подсказку. На русский язык греческое существительное «ἐπίσκοπος» переводится по-разному. Среди вариантов: блюститель, страж, смотритель, наблюдатель, надзиратель. (Последнее слово приобрело в русском языке негативный, тюремный оттенок. Гораздо лучше слово «приглядывающий» или «присматривающий».)

Кому вы доверите догляд за самым важным для вас? Тому, кто сохранит, убережет, позаботится.

Очевидно, такой человек должен обладать достаточной зрелостью (интеллектуальной, эмоциональной, нравственной). Именно такие качества передает другое греческое слово — «пресвитер» (старейшина). Здесь подразумевается не столько календарный возраст, сколько духовная развитость (поэтому, пресвитер не может быть из новообращенных).

Таким образом, слово «пресвитер» и слово «епископ» раскрывают смысловые грани единого служения. Нужно иметь ввиду, что для Павла и других новозаветных авторов термины «пресвитер» и «епископ» были синонимичными. Оба эти понятия связывались с пастырским служением. Особенно показательны в этом отношении два отрывка. «Пастырей (епископов) ваших умоляю я, сопастырь и свидетель страданий Христовых и соучастник в славе, которая должна открыться: пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая (исполняя задачи епископа) за ним не принужденно…» (1 Пeт. 5:1–2). Обращаясь к пресвитерам Ефеса в «Деяниях апостолов», Павел говорит: «Итак внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями (епископами), пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею» (20:28).

Служение епископа-пресвитера

В двух словах предназначение епископа-пресвитера можно описать, как попечение о церкви (1 Тим. 3:5; Тит. 1:7).

В Новом Завете для описания этого труда используется образ пастыря (1 Пет. 5:1-3). Он ведь и должен присматривать за стадом и оберегать его.

Но как это осуществляется, если перейти от языка метафор к прозе жизни?

Пресвитеры должны охранять церковь от лжеучений (Деян. 20:28-32), наставлять в Слове (Гал. 6:6), вразумлять (1 Фесс. 5:12, Тит. 1:9), помогать становлению верующих в служении (Еф. 4:12), присматривать за духовным состоянием членов общины (1 Пет. 5:2; Евр. 13:17).

Неизменной и самой важной задачей является помощь верующим в достижении духовной зрелости, «возраста Христова» (Еф. 4:13-16).

Как достигнуть этой цели?

Очевидно, что инструменты пресвитерского служения схожи с апостольскими, — это молитва и служение Слова (Деян. 6:2-4; 1 Тим. 4:14-16). За пресвитерами также изначально закрепилось выполнение и неких обрядов, таких как молитва за болящих (Иак. 5:14,15).

Однако основная задача епископов-пресвитеров состояла в здравом руководстве общиной. Греческое слово «προΐστημι» (начальствовать), использованное Павлом в 1 Тим. 5:17, подразумевает задачи управления, лидерства (не зря в 1 Фес. 5:12 оно переведено как «предстоятель», то есть, стоящий впереди). Но это лидерство нравственного толка, не совместимое с любовью к первенству или господству над другими (Мф. 20:25-26, 1 Пет. 5:3).

Из вышесказанного ясно, что для осуществления возложенной на него миссии епископ-пресвитер должен обладать целым рядом важных качеств. В пастырских посланиях мы обнаруживаем два разных списка требований к такому служителю.

 sukhovskiy.blogspot.ru

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: