Ворота в семью Божию через усыновление.

В категориях: Библия говорит,Комментарии

семью

ПРЕДНАЧЕРТАНИЯ БОЖИИ (Еф. 1,5-6)

Уильям Баркли

Здесь Павел говорит нам о предопределении Божием. Картину усыновления он употребляет неоднократно, чтобы показать, что делает Бог для людей (ср. Рим. 8,23; Гал. 4,5). Бог усыновил нас как Своих детей в Свою семью.

В древнем мире, там, где соблюдали римское право, эта картина приобретала еще большее значение, чем для нас. Ибо там семья была основана на отцовской власти – патриа потестас. Отец обладал неограниченной властью над своими детьми в течение всего времени, пока были живы он и они. Он мог продать своего ребенка в рабство и даже убить его. У Диона Кассия мы читаем, что: "римский закон дает отцу абсолютную власть над своим сыном на протяжении всей жизни сына. Он дает ему право, если он захочет, посадить его в тюрьму, наказывать его плетьми, заставить его работать в оковах рабом в своем имении, даже убить его. Эта власть не теряла своей силы даже тогда, когда его сын достиг возраста, активно участвовал в политических делах, и сограждане сочли бы его достойным занимать должность судьи или члена городского совета, и даже если он в почете у всех людей". Конечно, предполагалось, что, когда отец решал судить своего сына, он посоветуется со взрослыми мужчинами, членами семьи; но он вовсе не был обязан делать этого.

Были случаи, когда отец действительно выносил сыну смертный приговор. Саллюстий (в "Заговоре Катилины" 39) сообщает о том, как Авл Фульвий присоединился к мятежнику Катилине. Он был арестован во время бегства и возвращен. И его отец приказал убить его. Он сделал это, основываясь на своей личной власти, заявив, что "он родил его не для Катилины и против своей родины, а для своей родины против Катилины".

По римскому праву, ребенок не мог владеть каким-либо имуществом, и любое оказанное ему по завещанию наследство, любой подарок становился собственностью его отца. Независимо от возраста, почестей или ответственности он оставался в полной власти своего отца.

Понятно, что в таких условиях усыновление было очень серьезным шагом. Но, тем не менее, оно было нормальным явлением, потому что детей часто усыновляли, чтобы предотвратить вымирание рода. Сам обряд усыновления был очень впечатлительным. Он совершался в форме символической продажи, при которой использовались медные монеты и весы. Родной отец дважды продавал своего сына и дважды символически выкупал его. Наконец, он продавал его в третий раз и больше уже не выкупал; после этого усыновляющий отец шел к претору, одному из главных чиновников римского городского совета и ходатайствовал об усыновлении. Лишь после того, как все эти процедуры были осуществлены, усыновление было завершено. Усыновленному давали все права законного сына в новой семье, и его лишали всех прав в старой родной семье. Перед законом он был теперь другим человеком. Настолько другим, что упразднялись все долги и все прежние обязательства, связанные с прежней семьей, как будто бы их и не было.

Вот что Павел имеет в виду, говоря, что Бог сделал для нас. Мы находились всецело во власти греха и всего мирского. Бог через Иисуса взял нас из власти греха под свою власть и это усыновление прочно стирает наше прошлое и делает нас новыми людьми.

Три главных условия Божьего спасения и усыновления.

Павел знакомит ефесян с тремя важными концепциями христианской веры.

  1. Искупление, по-гречески аполутросис, происходит от глагола лутроун, что значит выкупать. Выкупали человека, находящегося в плену, или раба или человека от смертной казни. Когда Бог освободил детей Израилевых из египетского плена, в описании этого события употреблялось данное слово. Его употребляли по отношению к действиям Божиим по избавлению Его избранного народа в пору бедствий. В каждом случае смысл заключается в том, чтобы освободить человека из положения, из которого он сам был бессилен выбраться или избавить его от наказания, которого он никогда сам не смог бы оплатить.

Итак, Павел, прежде всего, говорит, что Бог выручил людей из положения, из которого они сами никогда не смогли бы выбраться. Именно таковым было действие христианства. Когда христианство явилось в мир, людей преследовало чувство собственного бессилия. Они видели пагубные стороны своей жизни, но знали, что сами они бессильны исправить их.

Философия Сенеки полна этого ощущения беспомощности и крушения надежд. Люди, говорил он, вполне осознали свое бессилие в некоторых делах. О себе он говорил, что он – несносный человек, хомо нон толерабилис. "Люди – говорил он в отчаянии– любят и одновременно ненавидят свои пороки. Им нужна рука, которая бы подняла их". Лучшие мыслители языческого мира знали, что они попали под власть какой-то силы, от которой они сами бессильны избавиться. Они жаждали освобождения.

И именно это освобождение дал им Иисус Христос. И в настоящее время Он может вырвать людей из беспомощной рабской зависимости, которая одновременно и влечет их, и вызывает у них отвращение. Иисус и сегодня может возродить благородного из плохого человека.

  1. Прощение грехов. Людей древнего мира преследовало чувство греха. Можно сказать, что весь Ветхий Завет представляет собой развернутое высказывание: "Душа согрешающая, та умрет" (Иез. 18,4). Люди сознавали свои провинности и испытывали ужас перед своими богами. Иногда говорят, что греки не имели чувства греха. Ничто не может быть дальше от истины. "Люди, – говорит Гесиод, – утешают себя тем, что является их погибелью". Все трагедии Эсхила утверждают одну мораль: "От расплаты никто не уйдет". Если человек совершил злодеяние, его преследовала Немезида, и наказание так же верно следовало за совершенным грехом, как ночь за днем. Шекспир в трагедии "Ричард Третий" выразил это так:

У совести моей сто языков,
Все разные рассказывают сказки,
Но каждый подлецом меня зовет.

Уж если что-нибудь было знакомо людям древности, так это было чувство греха и ужаса перед Богом. Иисус изменил все это. Он учил не Божьей ненависти, а о Его любви. Благодаря тому, что Иисус явился в мир, люди, даже в своей греховности, познали любовь Божию.

  1. Премудрость и разумение, по-гречески софия и фронесис, и то и другое явил нам Христос. Вот что очень интересно: греки много писали об этих двух словах; человек, обладавший ими, был подготовлен к жизни. Аристотель определил мудрость, как знание самых важных драгоценностей. Цицерон определял ее как светское и божественное знания. Она исследует постоянные вопросы жизни и смерти, Бога и человека, времени и вечности.

Разумение, фронесис, Аристотель определял, как знание человеческих проблем, в которых важно планирование. Плутарх определял фронесис, как практическое знание проблем, касающихся людей. Цицерон же определял его, как знание того, чего нужно добиваться и чего следует избегать. Платон считал, что это знание того, что следует делать и чего не следует делать. Другими словами, фронесис – это здравый смысл, дающий человеку способность разбираться в практических проблемах жизни и решать их. Павел утверждает, что Иисус явил нам мудрость, интеллектуальное знание, которое удовлетворяет запросы разума, и разумение, практическое знание, которое позволяет нам разрешать ежедневные проблемы жизни. Христиане обладают определенным совершенством. Среди них есть такие, которые лучше всего чувствуют себя в кабинете, хорошо разбираются в богословских и философских вопросах, но в то же время беспомощны и непрактичны при решении ежедневных проблем. Другие же настолько заняты разрешением будничных проблем, что у них нет времени думать о глубоких истинах.

В свете даров Божиих, которые явил миру Христос, люди обоих типов несовершенны. Только Христос дает нам решение наших проблем и вечных, и насущных.

bible.by

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: