Когда душепопечительство подменяется психологией.

В категориях: Возрастая в личной жизни,Личность, обращенная к Богу,Наука и Бог,Созидая свой внутренний мир

психол

Насколько научна психология?

Джон Ф. Мак-Артур

Психология — это не форма научного познания, как, например, термодинамика или органическая химия. Когда мы говорим о психологии, мы говорим о замысловатой гамме идей и теорий, многие из которых довольно-таки противоречивы. Психология ещё даже не показала себя способной эффективно познавать человеческий разум, умственные и эмоциональные процессы. Таким образом, она вряд ли может считаться наукой.

Многие, я уверен, возразят против моего определения психологии как псевдонауки. Но это в точности то, чем она является — самое последнее из человеческих изобретений, предназначенная объяснять, ставить диагноз и лечить проблемы поведения, не касаясь духовных и нравственных вопросов. В прошлом столетии кипел спор о другом виде «поведенческой науки» под названием френология. Френология считала, что характер личности определяется формой черепа человека. Вы, возможно, видели старые френологические диаграммы — карты головы с помеченными областями, показывающие, какая область мозга определяет конкретную эмоцию и черту характера. Френологи прощупывали головы людей, диагностируя проблемы по расположению шишек у них на голове.

Если вы думаете, что поведенческая наука с того времени сильно продвинулась вперед, задайте себе вопрос, насколько здраво окружать взрослого человека подушками, для того чтобы он опять представил себя в положении зародыша и вспомнил свои внутриутробные желания. Стоя перед таким выбором, я думаю, что предпочёл бы, чтобы у меня прощупывали шишки на голове.

Современные психологи используют сотни душепопечительских подходов и приемов, основанных на множестве конфликтных теорий, поэтому невозможно говорить о психотерапии, как о единой и последовательной науке. Однако, ниже изложенные взгляды, популяризованные психологией, проникли в церковь из обширного ассортимента в психологическом резервуаре и оказывают серьёзное разрушительное влияние своим подходом к оказанию помощи людям. Эти взгляды утверждают:

  • Человек по своей природе в основном добр.
  • Ответы на проблемы людей находятся внутри их самих.
  • Ключ к пониманию и исправлению отношений и поступков человека лежит где-то в его прошлом.
  • Проблемы личности являются результатом неправильного обращения с ней других людей.
  • По своей природе человеческие проблемы могут быть чисто психологическими.
  • Глубоко укоренившиеся проблемы могут быть решены только профессионалами, использующими терапию.
  • Для решения отдельных видов проблем Священное Писание, молитва и Святой Дух — недостаточные и упрощенные средства.

По иронии, ещё до того, как церковь сильно увлеклась «поведенческой наукой», те, кто хорошо с ней знаком, начинали сомневаться в том, является ли психотерапия наукой вообще. Несколько лет тому назад журнал «Тайм» напечатал передовую статью под названием «Психиатрия на диване». Там говорилось следующее:

Похоже, психиатрия заняла круговую оборону. Многие психиатры хотят предоставить лечение обычных, повседневных нервнобольных («сильно обеспокоенных») психологам и практикующим любителям. В итоге, разве нужно усердно учиться на врача… чтобы располагающе беседовать и говорить пациенту: «Вы слишком строги к себе!»? И если психиатрия — это медицинское лечение, то почему практикующие её врачи не могут показать измеримые научные результаты, какие достигаются другими докторами?

Сами психиатры признают, что их профессия часто напоминает современную алхимию — полная жаргона, неясностей и мистификации, но является драгоценным маленьким реальным знанием…

Как всегда, психиатры сами себя строго критикуют. Томас Жаж, откровенный зануда в своей профессии, утверждает, что на самом деле нет такого понятия как душевная болезнь, есть только обычные проблемы жизни. Другой психиатр, Фуллер Торрей, также выступающий против психотерапии, готов допустить, что есть несколько заболеваний мозга, таких как шизофрения, но говорит, что их можно лечить конкретными лекарствами, которые могут назначаться любым врачом или терапевтом… В противоположность ему шотландский психиатр и поэт Р. Д. Лейнг уверен, что шизофрения реальна, и считает, что она полезна для человека. Лейнг объясняет: это психоделическая эпифания, намного превосходящая обычный опыт.

Даже опытные практики не уверены, что психиатрия может отличить нормального от ненормального.

Статья продолжала анализировать просчеты психиатрии, отмечая, что «из всех пациентов треть, в конце концов, «вылечивается», трети лечение помогает отчасти, а трети вообще не помогает».2Но в ней утверждалось: «Проблема в том, что большинство видов лечения, включая и нетрадиционные, также приводят к некоторому улучшению у двух третей пациентов. Критики доказывают, что многие пациенты идут на обследование после моральной травмы, связанной с разводом или смертью близкого человека, и, рано или поздно, когда пройдет потрясение, им обязательно станет лучше. Одно исследование показывает улучшение у людей, только ожидающих психоаналитического лечения; возможно, простое решение пройти курс лечения является полезным.»

Статья заканчивается пессимистическим прогнозом Росса Болдессарини, психиатра и биохимика Исследовательского Центра Мейлмен. В интервью журналу «Тайм» он сказал: «В обозримом будущем мы не сможем найти причины и лекарств для душевных болезней».

Несколько лет спустя в Финиксе, штат Аризона, конференция под названием «Эволюция психотерапии» собрала 7000 ведущих специалистов по психическому здоровью со всего мира. Это была самая большая такая встреча в истории, названная её организаторами Олимпом психотерапии. И на ней было сделано несколько поразительных признаний.

Например, газета «Лос-Анджелес Таймс» цитировала Лейнга, который «сказал, что не мог вспомнить какого-либо существенного открытия в человеческих отношениях, сделанного за столетнюю историю психотерапии. «Не думаю, что мы ушли далеко от Сократа, Шекспира, Толстого или Флауберта», — сказал он».5 Лейнг добавил:

«И вообще я не считаю психологию наукой. Она не похожа на химию или физику, где мы выстраиваем комплекс знания и прогресса».

Он также признался, что в его нынешней личной борьбе с депрессией напевание любимой мелодии иногда помогает больше, чем любой рецепт, предлагаемый психотерапией.

Журнал «Тайм», рассказывая о конференции, отметил, что в открытой дискуссии между специалистами по шизофрении три «эксперта» из четырёх сказали, что такой болезни вообще не существует.

Р. Д. Лейнг, известный психолог студенческих выступлений в 60е годы, бережёт своё романтическое мнение о шизофрениках, как о смелых жертвах, бросивших вызов злой культуре. Он предположил, что многих людей называют шизофрениками просто потому, что они днем спят, а ночью бодрствуют. «Шизофрении не существовало, пока не было придумано это слово», — сказал он… На одной из следующих открытых дискуссий женщина из зала спросила Лейнга, как бы он повел себя с шизофрениками. В течение 27 минут Лейнг крутил, вилял, и, наконец, предложил лечение людям, которых он не считает больными: «Я лечу их точно так, как кого-либо другого. Я веду себя по обычным правилам вежливости и любезности».

На конференции ясно вырисовалась одна истина: среди самих психологов очень мало согласия. Нет единой «науки» психотерапии; есть только множество противоположных взглядов на теорию и практику психотерапии. Доктор Джозеф Волп, ведущий исследователь поведенческой терапии, охарактеризовал конференцию в Финиксе как «смесь противоречивых голосов».

И она действительно была такой. Один специалист, Джей Халей, описал то, что он назвал подходом «пуделя». Очевидно, он подразумевал, что психотерапия как пушистое животное, которое выглядит упитанным, пока не намокнет, — в нём кажется больше веса, чем есть на самом деле. Вот его подход к терапии:

Убедите пациента принять твёрдое решение измениться, затем гарантируйте ему исцеление, но в течение нескольких недель не говорите, в чём оно состоит. «Однажды отложив ответ, вы никогда не потеряете их как пациентов, — сказал он. — Они должны узнать, в чём состоит исцеление». Одна женщина сильно страдала от переедания. Она безудержно ела, а затем вырывала всё, что съела. Так происходило от пяти до двадцати пяти раз в день. Ей было сказано, что она вылечится, если будет давать психотерапевту один цент после того, как вырвет первый раз, и удваивать сумму после каждого следующего раза. Халей говорит: «Они вскоре подсчитают, что сумма растет так быстро, что через несколько дней они будут должны психотерапевтам сотни тысяч долларов, поэтому они перестают рвать».

Джеффри Цайг, организатор конференции, констатировал, что только в Соединенных Штатах насчитывается около сотни различных теорий психотерапии. Большинство из них, по его словам, «обречены на провал».

Психологи не только продают мнимые лекарства по высокой цене, но они также придумывают болезни, которые потом сами станут лечить. Их маркетинговая стратегия очень эффективна — придумать проблему или трудность, твердить о ней до тех пор, пока люди не поверят, что они безнадежно больны, а затем предложить свой выход. Некоторые из мнимых проблем нашей культуры трогательно банальны: личный имидж, внешность, зависимость, эмоциональное оскорбление, кризис среднего возраста, несбывшиеся мечты. «Слабости» сегодняшнего дня когда-то более правильно называли терзаниями эгоизма. Эгоцентричность стала ведущей маркетинговой стратегией для психотерапевтов. Поощряя естественную тенденцию людей к само-снисхождению, психология завоевала авторитет у жаждущей публики. И церковь, не бодрствуя, пошла у неё на поводу.

Психология не более научна, чем атеистическая теория эволюции, на которой она основана. Как и теистическая эволюция, «христианская психология» является попыткой гармонизировать две изначально противоположные системы мышления. Библию нельзя объединить с современной психологией без серьёзного компромисса или полного оставления принципов достаточности Писания.

Хотя психотерапия и стала прибыльным делом, она не может решить духовных проблем человека. В лучшем случае, она может изредка использовать человеческую проницательность для поверхностного изменения поведения. Она в одинаковой степени успешна и бессильна для христиан и для неверующих, потому что даёт только временное улучшение — что-то типа умственного или душевного массажа. Но она не может изменить человеческое сердце, и даже эксперты психотерапии это признают.

Джон Ф. Мак-Артур. «Наша достаточность во Христе». Перевод: С. Омельченко. Славянское Евангельское Общество, © 2005, Второе издание на русском языке.

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: