Отношения между Царством Божьим и Церковью.

В категориях: Библия говорит,Трудные места

церков

С первых десятилетий между Царством Божьим и Церковью  сложились особые взаимоотношения.

Джорж Лэдд.

Решение этой проблемы будет зависеть от определения Царства. Если понимать Царство динамически, его нельзя отождествлять с Церковью. Царство — это прежде всего динамическое, царственное правление Бога, а затем сфера, в которой это правление осуществляется. Выражаясь библейским языком, Царство Божие — это не его подданные. Народ Божий входит в Царство, живет в нем, подчиняется его правлению. Церковь — это общество Царства, но она никогда не может быть самим Царством. Ученики Иисуса принадлежат Царству, как Царство принадлежит им; но они не являются Царством. Царство — это правление Бога; церковь — общество, состоящее из людей.

Церковь — это не Царство Божье.

В Новом Завете верующие не приравниваются к Царству. Первые миссионеры проповедовали Царство Божье, а не Церковь (Деян. 8:12; 19:8; 20:25; 28:23,31). В этих отрывках заменить слово «царство» словом «церковь» невозможно. О людях как basileia говорится только в Отк. 1:6 и 5:10; но так происходит не потому, что люди — подданные Божьего царства, а потому, что они будут править вместе со Христом. «Мы будем царствовать на земле» (Отк. 5:10). В этих высказываниях «царство» — синоним слова «цари» и не относится к людям, которыми правит Бог.

Нигде в евангелиях Иисус не приравнивает Своих учеников к Царству. Часто подобное отождествление обнаруживали в притче о плевелах, и в самом деле: кажется, что слова о Сыне Человеческом, Который соберет всех делающих беззаконие «из Царства» (Мф. 13:41) перед приходом Царства Отца (Мф. 13:43), предполагают отождествление церкви с Царством Христовым. Но из самой притчи с очевидностью следует, что поле — это мир, а не церковь (Мф. 13:38). Послание притчи не имеет ничего общего с природой церкви, но гласит, что Царство Божье вошло в историю, не изменив существующей структуры общества. Добро и зло в мире по–прежнему перемешаны, и так будет вплоть до последних времен, хоть Царство Божье и пришло. Слова об исключении зла из Царства относятся к будущему, а не к настоящему.

Ошибочно также отождествлять Царство и церковь на основании Мф. 16:18–19. Вое слишком большое внимание уделяет метафорам, когда указывает, что в первой части говорится о строительстве дома, а во второй — об установке в нем дверей и запоров. «Просто невозможно, чтобы в первой части дом означал одно, а во второй — другое». Поэтому Вое с уверенностью заявляет, что Царство и церковь — одно.

Однако метафоричность языка как раз и позволяет так гибко использовать разные оттенки значения. В этом отрывке говорится о неразрывной связи церкви и Царства, но не об их идентичности. Многие из фраз о входе в Царство ясно показывают, что войти туда не означает вступить в церковь. Было бы неверно говорить, что «церковь — это форма Царства Божьего, которую оно приняло на период между уходом и возвращением Иисуса». В самом деле, между этими двумя понятиями существует некая аналогия, так как и Царство как сфера Божьего правления, и церковь — системы, в которые могут войти люди. Но Царство как сфера текущего правления Бога невидимо, оно — не явление этого мира, в то время как церковь — эмпирическое тело, объединяющее в себе людей.

Джон Брайт справедливо говорит, что нигде в Писании нет ни малейшего намека на то, что зримая церковь может либо быть Царством, либо породить его. Церковь — это народ Царства, а не само Царство. Следовательно, не следует даже говорить о церкви как «части Царства» или же о том, что в эсхатологические времена церковь и Царство станут синонимами.

Царство Божие создает Церковь.

Царство формирует Церковь. Динамическое правление Бога, присутствующее в миссии Иисуса, побуждает людей к отклику, собирает их в новый тип общества. Присутствие Царства означало исполнение ветхозаветных обетовании Израиля, связанных с ожиданием Мессии; но, когда народ в целом отверг предложение, те, кто все–таки принял его, стали новым народом Божьим, детьми Царства, подлинным Израилем, зародышем церкви. «Церковь — лишь результат пришествия Царства Божьего в мир в миссии Иисуса Христа».

Притча о неводе показывает нам характер церкви и ее отношения с Царством. Царство — это действие, подобное вытаскиванию невода из моря. В результате этого действия в невод попадает как хорошая рыба, так и плохая; когда же невод вытаскивается на берег, рыба должна быть рассортирована. Так действует на человечество Царство Божье. Оно не создает однородного общества; даже среди апостолов Иисуса мог оказаться предатель. Притчу эту надо толковать в контексте служения Иисуса, но принципы, которые из нее следуют, относятся к церкви. Царство Божье, воздействуя на людей, приводит к образованию смешанного общества, сначала — учеников Иисуса, потом — церкви.

Эсхатологическое пришествие Царства будет означать суд как над человеческим обществом вообще (плевелы), так и над церковью в частности (невод). Пока эти времена не настали, общество, образовавшееся сейчас в результате действия Царства Божьего, будет включать в себя не только истинных детей Божьих. Получается, что эмпирическая церковь — неоднозначный образ. Это — люди Царства, однако они не идеальны, потому что среди них есть и те, кто не являются истинными детьми Царства. Следовательно, вход в Царство означает принадлежность к церкви; но вступление в церковь не обязательно тождественно входу в Царство.

Джорж Лэдд, Богословие Нового Завета: Пер. с англ. — СПб.: Христианское общество «Библия для всех», 2003. — 800 с. 

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: