reveal@mirvboge.ru

Чудо и тайна Рождества.

В категориях: Библия говорит,Личное освящение - свеча, зажженная во тьме,Преображаясь и возрастая,Трудные места

ПИСЬМ

Карл Барт и чудо Рождества.

Наталия Бевзюк, кандидат исторических наук, доцент кафедры философии основ общегуманитарных знаний Одесского национального университета им. И.И.Мечникова (Одесса, Украина)

Великий швейцарский богослов Карл Барт определил направление и основные черты христианской теологии в ХХ и ХХI в. Сформированная им диалектическая теология, привела к острой дискуссии в христианской религиозной мысли. Карл Барт оставил блестящее наследие своим потомкам – 13-ти томную «Церковную догматику», проповеди, письма, выступления на конференциях, блестящие лекции в университетских аудиториях.

Он тщательно и скрупулезно анализирует каждый момент рассматриваемого библейского текста в различных вариациях, но всегда в рамках аналогии благодати, т.к. и «жизнь человека должна восприниматься как аналогия благодати». Человечество Иисуса Христа, Его жизнь, смерть и воскресение призывает людей соответствовать в своем поведении Его служению, направлять свои действия по Божьему действию; это и есть аналогия благодати. Карл Барт считает, что не только наша праведность перед Богом (оправдание), но и наша доброта или святость (освящение) совершается Божьей благодатью в Иисусе Христе.

Центричность Иисуса Христа является идентификацией теологии Барта, который считал, что христология должна быть «сердцем догматики церкви». Ганс Урс фон Бальтазар утверждает, что К. Барт «интерпретирует все светские и мирские отношения и реалии» с «радикально христоцентричной» позиции. Если воплощение является реальностью, если суверенный Бог фактически воплотился в личности Иисуса Христа, может ли теология быть какой-либо иной, кроме как христоцентрической?

Такое воплощение К. Барт назвал «Чудом Рождества», это совершенно «новое событие», в отличие от какого-либо другого и превосходящее историческое понимание. Рождение Иисуса от Девы Барт называет «чудом и тайной Рождества» и как знак присутствия Бога в истории человечества. Рождественская история – это история «нового человека», нового начала с того дня, когда Бог стал плотью в Иисусе Христе, Он возлюбил мир и примирил его в Себе, Он ввел оправданного и освященного человека как второго Адама (который был до первого).

Для Барта понимание воплощения Бога через рождество Христа имело особенное значение как кульминация вечной цели Бога, как уникальное откровение Бога в истории времени. Это Любовь, о которой Павел говорит, что она никогда не заканчивается и представлена в Рождественском послании и узнаваема во многих местах. Бог обращается через откровение, которое раскрывается только по вере, Он не требует и не ожидает ничего, кроме веры, Сам являясь Любовью, которая никогда не терпит неудачу, ибо свершилось событие, говорящее: «Et incarnatus est».

 

То, что Бог мог стать человеком и тем самым сделал возможным истинную человечность, постепенно становится главной идеей, занимающей К. Барта.

Основой его взглядов был трансцендентный Бог, Тот, Кто стоит над нами, а также над нашими высокими и глубокими чувствами, устремлениями, интуициями» – «над пространством, временем и возможностями». Центром теологии Барта был Иисус Христос, поэтому весь путь «Сына Божьего на чужбину» стал предметом исследования теолога. Скрупулезно разъясняя каждый момент Его присутствия в мире, К. Барт начинает с «Чуда Рождества» (один из параграфов первого тома «Церковной Догматики»), о котором пишет с трогательной любовью и большой осторожностью, улавливая каждый момент этого удивительного события; разбирая все детали условий и обстоятельств прихода в мир Бога в Иисусе Христе.

Теолог рассматривает рождественское повествование не как миф или легенду, а как историческое событие, которое происходит в конкретном месте и с очень конкретными людьми: «Если происходит то, что Бог приходит к нам как один из нас… тогда это есть, очевидно, реальное историческое событие, происходящее в пространстве и во времени как истории…». Поэтому Рождество, считает К. Барт, это не церковная история, восхваляющая смирение, мир и добрую волю, а поразительное воспоминание о беспрецедентном, чудесном и таинственном проникновении Бога в мир «посреди всех болезней и природных бедствий, всех войн и революций, заключений мира и нарушений мира, посреди прогресса, застоя и регресса, посреди заслуженных и незаслуженных несчастий…». Вторжение божественной любви в трагическую судьбу человечества – это «новое событие», нечто, что происходит в истории, но которое не может быть понято только как событие в историческом процессе. Это «новое начало» не может сравниться с другими событиями, оно не имеет аналога. Иисус Христос – это внутренний смысл творения и искупления, который ведет к осознанию Богочеловечности Иисуса Христа.

Вочеловечивания Бога имело целью примирение Бога с человеком. Поэтому смысл этого события приобретает форму значения, особую направленность жизни человека. К. Барт связывает историчность события с конкретным регионом мира, с участием исторического лица – Иисус родился в семье Иосифа, Он законнорожденный, пусть и «не физический, но рожденный в браке, не единственный, но законный сын Иосифа, а значит и Давида». Ссылаясь на Матфея (Мф. 1:18-25 «Насаждение Иисуса в род Давида»), К. Барт замечает, что такая связь «не могла прочнее связать Иисуса с домом Давида, чем это сделала данная в Откровении воля Бога». Такая позиция К. Барта поддерживает преемственность с Жаном Кальвином, который также указывал на родственную связь с домом Давида: «Христос и произошел от семени Давида»… «по плоти», чтобы разумели мы Христа, имеющего нечто большее, чем плоть, то, что принес Он с небес…».

Эти слова не обязательно означают биологическую преемственность. Иосиф в Рождестве отходит на задний план, его место занимает Бог, «как творец, созидающий и утверждающий нечто новое». Так Рождество становится делом Божьим, а человек – лишь как участник этого дела, как «обитель»: «…обитель в человеке, действует и говорит в нем». Кульминацией Рождества, этого удивительного события в толковании К. Барта, становится девственность Марии. «Рождество девы» – это что-то необычное в человеческой истории, но и одновременно нечто, что не может быть обычным – рождество от Девы. К. Барт, в толковании этого события, трогательно пишет о Марии как матери Искупителя, в которой выражена милость Божья, потому что она не только родила Христа, давая ему человеческий облик, но и потому, что она несла его под сердцем как та, кто чиста божественно.

К. Барт обосновывает это положение (во второй части главы «Чудо Рождества») как «суверенность божественного действия и тайну Рождества путем прямого и абсолютно конкретного отрицания». Такую особую миссию Марии, ее девственность церковь выразила в догмате и «поставила этот догмат в качестве, так сказать, стражи дверей, ведущих к тайне Рождества». К. Барт рассматривает этот догмат в дуализме (deus), выраженном в Иисусе Христе, как настоящем Сыне настоящей матери, и в этом полном смысле – человеке, «истинном человеке и истинном Боге».

 

Девственное рождение является чудом, знаком «в творческом деле всемогущего Божества», тайной вочеловечения Сына. Это событие становится необъемлемой частью понимания тайны Евангелия и самого Христа. «Иисус Христос – настоящий сын настоящей матери, причем оба реальны в этом так же, как и другие сыновья у других матерей: сын рожден из тела, из плоти и крови своей матери. Так и не иначе родился Иисус Христос. В этом полном смысле Он и есть человек». Поэтому Рождество может быть понято только как знак, данный Богом в Своей свободе, как «знак свободы и непосредственности».

В лице Марии выражено милосердное отношение и любовь Бога к человеку через Иисуса Христа: «Когда пришло время, Бог послал Сына Своего, рожденного от женщины по закону» (Гал. 4,5) и она становится вечным носителем Христа. Без девственности Марии была бы утрачена искупительная тайна ее Сына. «Через Святого Духа человек может быть Сыном Божьим и одновременно вторым Адамом». В Рождестве мы неожиданно обнаруживаем, что приход Бога выражен в духовном личном присутствии Бога: личностно в Иисусе Христе и духовно в Святом Духе.

Однако Святой Дух «никогда не обозначался как божественный отец», пусть даже только человека Иисуса Христа. К. Барт отвергает всякую возможность обозначить Бога в трех «лицах» или трех «разных личностях» «…со своим сознанием, волей и действием, с тремя особыми влияниями и откровениями, с тремя различными именами». Бог един и у Него «есть триединое имя Отца, Сына и Святого Духа», как название различных способов бытия Бога. Иисус Христос «есть единственный Сын Божий, Filius Dei unicus (лат. – Единственный сын Божий)».

В лекции 1956 г. «Человечество Бога» К. Барт настаивает на том, что с самого начала, от основания мира, Бог Отец намеревался общаться с человечеством через человека Иисуса Христа. По его словам, Бог выходит из Своей сокрытости и прячет Себя в человеке, что делает Рождество Иисуса Христа тайной Откровения: «…в этом Иисусе Бог подлинно спустился Сам в человеческое и сокрыл Себя в нем». Бог в Иисусе Христе открыт и закрыт одновременно, Иисус является той точкой, в которой осуществляется воплощение Бога в человеке и в которой выражен смысл такого воплощения. В истории Иисуса Христа, пишет К. Барт, выражено «единство, которое стало событием», «единство истинного, снизошедшего до общения с человеком и потому свободно милостивого Бога с истинным, возвышенным до общения с Богом и потому свободно благодарным человеком. Так «Бог был во Христе». Иисус – не просто человек, Он – человек в мире, вечность во времени, истина в знании.

В этом заключается сложность воплощения Иисуса Христа: Он одновременно человек и Бог, который спасает мир от хаоса и гибели. Иисус осуществляет открытость Бога и Своей человечностью одновременного укрывает Его: тайное дает о себе знать через явное, – в этом особенность Рождества Иисуса Христа, когда за очевидным кроется нечто большее, чем очевидность. «Иисус по плоти» – это та возможность, которая несет в себе все симптомы невозможного. Его жизнь – это история в истории, она вещественна среди вещей, временна во времени, человечна в человечестве, но эта история наполнена смыслом, эта вещественность – указаниями на начало и конец, это время – памятью о вечности, эта человечность – говорящим Божеством». Его присутствие – это уже возможность стать присутствующим.

В этом сопряжении присутствия и присутствующего и обнаруживает себя то воплощение, которое несет в себе Иисус Христос. Такое присутствие рождает «новое начало»; оно не может сравниться с другими событиями, не может быть выведено в контексте других событий, не имеет аналога. Это начало приходит в качестве нового смысла и становится основой силы человека. В воплощении Божьего слова осуществляется акт присутствия истины: «…У меня есть пища, которой вы не знаете» (Ин 4:32). Поэтому рождественская история представлена не как самостоятельная история о начале жизни Иисуса Христа, это божественная история, которая повторяется в жизни Иисуса Христа и которая повторяется у каждого человека. Другими словами, Рождество является прообразом нового начала, каждого нового творения. С момента Рождества, с того дня, когда Бог стал плотью, сегодня всегда является новым днем, в котором разрушается греховная история человека, рожденного от греховного Адама.

Иисус Христос – как точка пересечения двух миров – мира Бога и «мира изначального откровения, как «место излома между известными (тварными – Н.П.) и неизвестными (Божественными – Н.П.) нам мирами». В Рождестве будущее уже началось. Это не неопределенное (слепое, неизвестное) будущее наполнено определенным смыслом, свободой, способностью и властью. Это будущее началось с того, когда Бог возлюбил и примирил в себе мир, – в мир пришел Иисус Христос, освященный человек. Это будущее присутствует уже в сегодняшнем дне, каждый человек несет его в себе и только через Иисуса Христа оно может быть открыто: «Бог, который стоял бы в конце этого пути, не был бы Богом».

Рождественская история является только началом событий в Откровении Божьем; Рождество говорит о рождении Спасителя. Это основа рождественской истории. «Спаситель – это тот, Кто приносит нам спасение, Кто спасает нас, Кто освобождает нас. Он тот, Кто приносит спасение всем! Он не делает исключений, потому что мы все нуждаемся в Его спасении и потому что Он есть Сын Божий, который является Отцом всех нас. Когда Он стал человеком, Он стал нашим братом».

К. Барт не разделяет позицию Ж. Кальвина о двойном предопределении, так как в принципе невозможно предопределение к осуждению со стороны Бога, после того, как Бог Сам Себя подверг осуждению (на Голгофе). Ибо Бог есть любовь, а значит, свет и спасение. Бог спасает человеческую личность, которая «возникает вследствие жертвы Христовой на пепелище опустошенной природы».

Карл Барт утверждает, что есть только путь Бога к человеку через Иисуса Христа, а не от человека к Богу. В Иисусе Христе примиряется непримиримое: Бог и человек, вечность и время, смерть и воскресение. В Рождестве осуществляется великая любовь Бога к миру, когда Он «отправился на чужбину». В Его нисхождении к людям есть «свобода Его любви». «Бог любит, потому что в этом есть Его сущность: как Отец, Сын и Дух, Он есть любовь чистая и простая и Он любит Свои создания… Бог любит вечно….

История Иисуса Христа – это не только величайшая из всех историй, но это также самая большая история любви, когда-либо рассказанная. Воплощение знаменует собой начало великой истории любви и личной любви Бога к человечеству. Рождество – это то место, где мы находим Божьего Сына, пересекающегося с человечеством. Рождество – это история невозможного: Бог становится человеком. Вечный, неизменный Бог входит в историю человечества, нашу историю со всеми ее изменениями и вариациями, Могучий Бог смиряет Себя, становясь беспомощным младенцем.

Рождество – это вечная история любви к нам; космическое любовное письмо, завернутое в пеленки, лежащее в яслях с сообщением каждому человеку: «В твой самый темный час, когда двери, в которые ты постучишь, захлопнуться перед тобой, когда друзья отвернуться от тебя, когда все кажется потерянным – не бойся! Ты не одинок! Бог всего творения говорит в такие моменты: Закрой глаза, сделай глубокий вдох, а затем повтори вечную истину: «Иисус любит меня; я это знаю. Ибо Библия говорит мне об этом».

(редактировал Зайченко А.С.)

bogomysliye.com/index.php

 

Добавьте свой комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: